— Хорошо. Но мне нужно, чтобы ты понимал, что я не могу гарантировать твою безопасность в Хейвендейле.

— Я не могу гарантировать свою безопасность здесь.

— Тут у меня шансы лучше, — сказал она.

— Ага. Я вспомню это в следующий раз, когда застряну в дереве, и дракон попытается съесть меня.

Он открыл двери и ступил в просторную столовую, на кухне неподалеку кипела активность и тихие разговоры. Медные чайники мерцали в свете утра, проникающем в открытые окна. Полная повариха вытерла пот со лба, поставила в одну из печей в каменных стенах три буханки теста. Слуги ощипывали дичь, а справа от него, среди гобеленов и окон-витражей, за одним из сдвинутых столов сидела Шарлотта, упирая локти в доски, подпирая ладонями подбородок. Она улыбнулась ему, и его сердце сжалось.

Славандрия сказала, что не могла обещать ему безопасность в Хейвендейле. Значит, Шарлотте тоже. Если они останутся в Фолхоллоу, Славандрия сможет укрыть ее, пока они с Эриком будут спасать мир с его родителями. А потом они отправятся домой. У них не будет повода оставаться.

Нет! Этого и хотела Славандрия. Чтобы он оставался пешкой в ее игре. Он не повелся на это. Он заберет Шарлотту домой, отдаст ее грозному отцу. Тот ее убережет. Он не сомневался.

Дэвид сглотнул и повернулся к троим крупным мужчинам за столом рядом с ней, их руки, похожие на бревна, были скрещены перед ними, они общались с королем, королевой и Трогом. Он попытался услышать их разговор, Славандрия села с ними.

Двое слуг пробежали мимо него, неся тарелки хлеба, бекона и вареных яиц. Его желудок урчал и просил идти за ними, но голос разума требовал, чтобы он оставался на месте.

«Я хочу, чтобы ты уже решил, что делать. Твои мысли мешают мне думать, и мне не хотелось бы страдать из-за твоих эмоций».

Дэвид развернулся, удивленный вмешательством в мысли так сильно, что забыл, что в голове была буря.

— Мирит! — дракон на два фута выше Дэвида опустил шею и заурчал.

Дэвид обвил руками шею зверя, уткнулся лицом в красно-золотую гриву перьев.

— Я думал, ты погиб, — Дэвид потянул за козлиные рога дракона и заглянул в рубиновые глаза Мирита. — Ты перестал дышать. Я ощущал, как ты ускользаешь. А потом увидел тебя с Шарлоттой на поле Валнор. Как? Я не понимаю.

«Я побывал на грани смерти немного, пока не прибыла твоя суженая самка».

«Суженая кто? — Мирит посмотрел на Шарлотту. Дэвид оглянулся. — О, нет. Нет. Она не моя… это не так. Совсем».

Мирит фыркнул.

«Ты можешь сказать, что небо под тобой. Но так не станет».

Дэвид сжал губы и смотрел на пол. Как смел Мирит лезть в его мысли и анализировать чувства? Кем он себя возомнил? Судьей? Но если он хотел мучить себя вечность, разве это было чье-то еще дело? Он посмотрел в глаза зверя.

«Хватит. Я хочу, чтобы ты ушел из моей головы. Убирайся. Пожалуйста».

Мирит провел бронированным хвостом по полу, скрежет вызвал дрожь на спине Дэвида.

«Как хочешь. Твоя нерешительность уже мне надоела, — дракон ткнулся в щеку Дэвида, показывая мирный настрой. — Тебе нужно поесть. Твой желудок урчит почти так же громко, как мой».

Дверь открылась с тихим скрипом, и вошел Эрик.

Мирит буркнул:

«А, ворчун».

Дэвид рассмеялся. Да, с ним было непросто. Но он был опасен с мечом.

«Может, нужно дать ему время вырастить симпатию ко мне».

«Вырастить можно бородавки. От этого привлекательнее не станешь».

Дэвид вскинул бровь.

«Ого. Это жестоко».

«Он вспыльчивый, и его привлекают красавицы, — он взглянул на стол, где сидела Шарлотта с остальными. — Будь осторожнее с тем, что отбрасываешь».

«И как это понимать?».

Мирит отошел и устроился на озаренном солнцем участке на полу. Он обвил себя шестифутовым хвостом, его чешуя сияла всеми оттенками осени.

«Разбирайся», — сказал он, и связь пропала.

Дэвид отмахнулся от дракона. Ладно. Так тому и быть. Он сел за стол рядом с Шарлоттой.

— Кстати, тот зверь отказывался оставлять тебя, пока ты болел, — сказал Эрик, устроившись на скамье напротив Шарлотты и Дэвида. Он взял из корзинки кусок хлеба и рвал его, пока говорил. — Славандрии пришлось приковать его в яме, потому что он атаковал всех, кто пытался подойти к тебе.

— В яме? — Дэвид положил себе в тарелку две ложки омлета.

Эрик кивнул.

— Это старая арена на севере отсюда. Бывший король Брэмара пытал там тех, кто был против его тирании.

— Это кошмарно, — сказала Шарлотта. — Прошу, скажи, что ее больше так не используют.

Эрик тряхнул головой.

— Ее забросили в конце Великой войны.

«Она не заброшена, — влез в голову Дэвида Мирит. — Там обитают души мертвых страдальцев».

Мурашки побежали по спине Дэвида, он поежился. Он добавил на тарелку бекон.

— А она не могла держать его в другом месте? Звучит ужасно.

Эрик налил себе в кубок яблочный сидр из графина.

— Я бы согласился, будь это ее первый вариант, — сказал он, делая несколько глотков. — Но он выбил дверь комнаты, разрушил приемную в покоях Славандрии и заморозил все в подземелье, чтобы быть ближе к тебе. Куда еще она могла его поместить? И он пробыл там всего два дня, и Славандрия перевела его сюда.

— Сюда? В столовую?

— Почему нет? Тут еда. Тепло, — Эрик вытер левую руку о полотенце и протянул ее Шарлотте. — Простите. Нас толком не представили. Я — Эрик Хамден, оруженосец Трога.

— Я знаю, — Шарлотта проигнорировала жест. — Мы говорили до этого, помнишь?

Эрик убрал руку.

— Да, но прошу меня простить, если слова мне показались немного удручающими.

— Как так? — спросила Шарлотта. — Мы почти не говорили.

— В том и причина моего расстройства. Ты отказывалась от моих стараний утешить тебя. Я пытался помочь в тяжелое время, а ты назвала меня хамом. И этим, — он прижал кулак к груди, словно вонзая кинжал в сердце, — ранила меня до глубины души.

Дэвид закатил глаза.

— Ты издеваешься.

Шарлотта рассмеялась. Ее щеки порозовели.

— Прости. Я не понимала.

Эрик взялся за омлет.

— Я не могу тебя винить за это, учитывая обстоятельства. Наверное, жутко испытывать смерть друга не раз, не два, а три раза, — он опустил вилку на тарелку.

Сердце Дэвида полетело на пол.

— Что? Что ты имеешь в виду?

— И все же, — Эрик не слушал его, — мне было интересно, кто ты, так что прошу, мне нужно имя. Я не могу звать тебя и дальше «девушка, что не отходит от него», — он посмотрел на Дэвида и ухмыльнулся.

Ярость кипела под кожей Дэвида. Кем о себя возомнил, раз так ведет себя перед Шарлоттой?

«Его привлекают красавицы. Будь осторожен».

Дэвид сосредоточился на дыхании — вдох носом, выдох ртом. Еще и еще. Об этом говорил Мирит. Он стиснул зубы, не доверяя себе говорить.

Шарлотта прижала ногу к ноге Дэвида, словно успокаивая его, и убрала пару прядей волос за ухо.

— Шарлотта. Шарлотта Стин, — она протянула руку Эрику.

Он поднялся и поцеловал ее ладонь.

— Рад знакомству, миледи, — Эрик опустился на скамью и улыбнулся Дэвиду, зеленые глаза хитро сияли.

Дэвид сжал кулаки.

— Взаимно, — Шарлотта в тайне вытерла ладонь с поцелуем о ногу Дэвида.

Дэвид хрустел кусочком бекона.

«Хорошо. Ей не понравилось».

— Что привело тебя в Фолхоллоу, леди Шарлотта? — спросил Эрик. — Приключения? Красивый пейзаж? Любовь?

Шарлотта рассмеялась.

— Нет. Ничего такого. Неудачно совпали события.

— Звучит интересно.

— Это очень интересно, — сказал Дэвид, — и когда-нибудь ты все об этом услышишь, но мы можем на минутку вернуться ко мне и смерти?

— Это случилось три раза за ночь, — сказала Шарлотта. — Первый был после конца боя, мы принесли тебя сюда. Ты отдыхал в постели. Мы со Славандрией только закончили урок исцеления костей, как ты стал содрогаться. Твое сердце остановилось, и ты стал белым. Славандрия вернула тебя, успокоила Мирита и убрала его в свои покои, но через пару часов ты снова перестал дышать. Мирит был в ужасе, и Славандрия отключила его какими-то чарами, убрала в подземелье, но это не помешало ему примчаться к тебе, когда ты снова умер. Он стал вести себя как скорпион, ударять по всем, включая Славандрию и меня. Она убрала его магией, — ее голос стал тише. — Я не знала, что она отправила его в яму, — она оглянулась на Мирита. — Наверное, он очень боялся, — она посмотрела на Дэвида. — Я боялась.