- И это все, что ты можешь мне сказать?

- Ну, да.

Возможно, она не поняла, что произошло.

- Я накормил тебя кровью другого вампира. Она текла по твоему горлу. Ты ее пила.

- Ага, и ее кровь давали многим агентам А.У.Ч., так что я это переживу.

Он так беспокоился, а это вся ее реакция? МакКилл вскочил и стал вышагивать перед кроватью.

- Раз ты можешь справиться со всем этим, давай начнем с твоих извинений. Но прежде, я расскажу, за что ты должна попросить прощения. Ты обездвижила меня, бросила в незнакомой обстановке с незнакомыми людьми, которые могли попытаться меня убить.

- Теперь послушай...

- Я не закончил! Затем ты боролась с вампирами. Хотя знала об опасности. - Он уже кричал, но не мог ничего поделать. - Ты чуть не умерла. Как ты посмела чуть не умереть, Ава! У тебя не было на это разрешения.

Ава моргнула.

- Мне нужно на это разрешение?

- Молчи! - Когда она говорила, его гнев только усиливался. - Твоя рука была настолько повреждена, что я сомневался, сможет ли она функционировать. Твоя шея была изуродована, а я думал, что ты... думал, что ты...

МакКилл даже не мог подобрать слов.

- Но все обошлось, - только и было ему ответом.

Гнев... усилился. Он хотел, чтобы она кричала в ответ, беспокоилась, хоть что-то.

- Из-за руки наша сделка едва не стала недействительной, но я решил, что ты все еще можешь угодить мне другой.

Ава прищурилась, и он подумал, что вызвал ее реакцию, но она только сказала:

- Рана не настолько ужасна.

Так. Много. Гнева. МакКилл сжал руки. Не говоря ни слова, он подошел к кровати, перекинул Аву через плечо и отправился в душ. Он поставил ее внутрь и оставил там, закрыв за собой дверь.

- Не выходи, пока не будешь готова за все извиниться!

МакКилл ждал ответа, но не получил.

Кипя от злости, он ворвался в гостиную, плюхнулся на диван и погладил Хеллину. Она не могла говорить, поэтому не злила. Ей даже удалось немного успокоить его, лизнув с обожанием в глазах. Если бы все, обращенные им, так вели себя, он бы обратил Аву до захода солнца. Она бы слишком сильно любила его, чтобы злиться.

В какой-то момент МакКилл услышал, как Ава вышла из ванной, пересекла комнату и оделась, но не пришла к нему. Это к лучшему. Начали привозить заказы Девина, и МакКилл заполнил шкафы и напоил Хеллину. После четвертого кормления, она сытая заснула на полу.

МакКилл решил, что достаточно успокоился, чтобы поговорить с Авой. Ну, успокоился насколько это возможно, не отшлепав ее. Отшлепать. Да. Это приемлемо.

Он схватил хлыст, который принес с собой во время первого визита - кто-то положил его на журнальный столик - и направился в спальню с намерением связать ее, прежде чем перекинуть через колени. Она сидела на краю кровати, завернувшись в пушистое белое полотенце. Не став ее хватать, МакКилл изучал Аву.

Ее плечи поникли, волосы были причесаны до блеска, а все порезы и синяки почти исчезли. Ее кожа вновь стала цвета идеального загара, а сердце бешено колотилось. Ава слегка пахла Брайд, цветами и мятой, но под новыми запахами угадывались ароматы орхидей и ирисок.

Его рот мгновенно наполнился слюной. Все мысли о порке испарились, и, хотя МакКилл хотел наброситься на нее, взять ее, владеть ею, расстроенное состояние Авы не дало ему сдвинуться с места.

- Что случилось?

- Я... я проиграла, - сказала она, и ее голос слегка дрогнул.

Эта дрожь... он сомневался, что она захочет об этом упоминать, но Ава это сделала, поэтому сначала придется разобраться с той ситуацией.　

- Ты проиграла, потому что сглупила.

Ее подбородок задрожал.

- Ты не щадишь мои чувства.

- Ты знаешь, что это так.

Она сейчас... заплачет? Эта женщина, которая часто рявкала, дважды ударила его ножом, один раз - электрошокером и поцеловала так, что он потерял голову, отступает?

Она пожала плечами и отвела взгляд.

- Возможно.

- Что еще тебя беспокоит? - осторожно спросил он.

- Просто... - Ава сглотнула. - Ты на меня сердишься.

И это стало причиной непролитых слез?

- Да.　

Хотя он презирал саму мысль, что может заставить ее плакать, МакКилл не отступил. Ее безопасность превыше ее чувств.

- Так теперь ты собираешься выпороть меня и уйти. - Она плавно поднялась и, наконец, наконец, он увидел ярость, которую так жаждал. Волны гнева исходили от нее, которые обернулись вокруг МакКилла и сжали. Он радовался этому. - Знаешь что? Ничего страшного. Сделай это! Уходи! В любом случае, я не хотела, чтобы ты был здесь.

В ее голосе он услышал смесь гнева и страха, и не обрадовался этому. Особенно, потому что эти слова резали, как острый нож по сердцу.　

- Я предположу, что это в тебе говорит кровь Брайд, а не ты. Поскольку ты знаешь, что я никогда бы повредил твою кожу. Также ты знаешь, что я здесь, чтобы остаться.

Вот так просто весь запал Авы исчез, и она с надеждой взглянула на него из-под густых ресниц.

- Ты остаешься?

Боль в его сердце тоже прошла. Он ценил надежду больше гнева.

- Да. Почему я должен уходить? Теперь я здесь живу.

- Но я продолжаю причинять тебе боль и чуть не довожу себя до смерти. Хотя ты предупредил меня об опасности.

- И этого ты больше не сделаешь. Пообещай.

Этот приказ он не позволит ей проигнорировать.

- Обещаю и сожалею, - прошептала она. - Но почему тебя так волнует... тебе нужна моя кровь. - В конце ее голос повысился и надломился. - Теперь ясно. Ты остаешься не потому что я тебе нравлюсь, а потому что нуждаешься во мне. Почему еще ты бы переехал к низменному человеку? Хотя официально ты не переехал. Я бы не согласилась на такое постоянно.

Когда-то он думал также - низменный человек - теперь груз лег на его плечи, но он не позволит весу сломить его и обратить в бегство. Результат слишком важен.

- Ты не низменный человек, Ава. Ты мой человек. И, да, я здесь ради твоей крови. - Он не солжет о таком. Просто не сможет. - Но также я здесь ради тебя. Ради твоих поцелуев... твоего тела. - МакКилл решительно подошел к Аве. - И теперь я собираюсь взять тебя.

Так много мыслей пронеслось в голове Авы, когда МакКилл подошел ближе, и каким-то образом она смогла обдумать каждую в мгновение ока. Она отключилась во время драки. Значит проиграла.

МакКилл спас ее как девицу в беде. Это смущает. Он также организовал ее исцеление. Это умиляет. Ава поверила, что он не превратит её в вампира, и надежда оправдалась. Это сбивает с толку.

Почему она доверилась ему, когда была наиболее уязвимой? Почему МакКилл помог, когда мог ударить? Ава бросила его, практически беспомощного. "Практически", потому что он всегда находил способ спастись. И почему при ее пробуждении, увидев нависающего над ней МакКилла, она знала, что все будет хорошо?

Как будто они окончательно сошлись и навсегда останутся вместе. Словно он стал частью её жизни. Будто он именно там, где должен быть.

Затем он вылетел из комнаты, взбешенный и закипающий от ярости. Ава приняла душ и подумала, что он собирает свои вещи. И заплакала. Заплакала, как чертов ребенок!

Она сказала себе, что не нуждалась в нем. Не нуждалась ни в ком и никогда. Так всегда было и всегда будет. Ава даже могла прожить без Ноэль, если это необходимо, хотя и не желательно. Но МакКилл...

Забрался ей под кожу, оставив ее неуверенной и испуганной, но жаждущей. Отчаянно нуждающейся. Он...

Стоял перед ней, и она смотрела прямо на него.

Его лицо зажило, все намеки на ожоги исчезли. Его ноздри раздувались, когда он втягивал воздух. Цвет кожи приобрел обычный оттенок, а обычно фиолетовые глаза стали изумрудными и напоминали зеленый мигающий сигнал светофора, который достиг её души.

Ава не хотела, чтобы он остался, только потому что нуждался в её крови. Она хотела, чтобы он её желал. Чтобы она ему нравилась. Нравилась её улыбка, её смех, её чувство юмора. Её грубость, неделикатность, все. Все хорошее и плохое. И да, она знала, насколько это непросто. С приказами ни один мужчина не мог бы смириться.