-В ближайшее время у вас появится тайный помощник, который будет подсказывать обо всех трёх заданиях в турнире. Директор Дамблдор хотел к этому подключить лорда Принца, но тот на него так посмотрел, что директор тут же решил, что сипуха будет в самый раз.

Как только эльф это произнес, в камине взметнулось пламя, и из него вылетела испуганная птица. Испуганно ухая, она принялась метаться по комнате, попутно сшибая всё подряд.

Иру хватило нескольких секунд, чтобы поймать птицу и успокоить своей магией.

Пока эльф возился с птицей, я присел у маленького письма, которое уронила сова, когда влетела в комнату.

С виду это был просто конверт без всяких ухищрений, но в магическом спектре я уловил и чары Доверия, и малый Империус, и Чары Слежения, и Руну Скачивания и Печать на магию.

-Мило, очень мило, - цежу сквозь зубы, заодно решая, как поступить. То ли возвратить с гневной отповедью, то ли молча уничтожить, но дать понять, что я недоволен, то ли законсервировать и в нужный момент предъявить как улику?

За меня решил Хогвартс. Замок просто создал вокруг письма сферу и перенёс её в своё хранилище. Но вечером всё же шкоду сделал старику: «пригласил» Миртл в башню директора, и там их вместе замуровал на четыре дня.

Мне же оставалось договориться с моими драконами о том, чтобы потренироваться с ними, вернее, на них в Тайной Комнате.

В ответ я получил жадные взгляды, и надежду...

21

За несколько дней до первого задания турнира.

Гарольд оказался на горной равнине, по-своему прекрасной, необузданной, тёплой и дикой, как сама первозданная природа. Где-то внизу виднелись проплешины полян с некошеными травами, кустарниками с клочьями паутины или даже шерсти диких животных, удерживаемыми колючими ветками. В разных местах по одному или в ряд стояли низкорослые деревья с буйно цветущими голубыми цветками.

Зигзагообразные ленты небольших рек, несколько озёр, объединяющихся в одно большое озеро. А по границе этой закрытой равнины высились горные хребты, скалы с их скудной растительностью.

Взобравшись на ближайший большой валун и осмотревшись, волшебник зорко выискивал в траве и камнях известные ему знаки, способные помочь в дальнейшем поиске.

Оплавленные огнём камни, копоть, несколько скелетов виднелись у ближайшей скалы. Вот к ней-то Гарольд и направился, чтобы не только удостовериться в увиденном и найти нужный проход, но и осмотреть эту громадину.

Ломанная, но оказавшаяся большой скала-гора своей рваной верхушкой прочно застряла в нависших облаках. Но всё же еле видимая тропа дарила надежду, что подъём на вершину окажется не очень тяжелым.

Поттер довольно мурлыкнул себе под нос, заметив, как что-то ярко-белое мелькнуло в одной из пещер, расположенных почти у самой верхушки.

Жаль, только было одного: нельзя было пользоваться магией, потому что её могли бы засечь, но наличие тропы позволяло думать, что это возможно избежать.

Кое-где парню приходилось перепрыгивать препятствия, почти прижиматься всем телом к земле, а то и вовсе замирать. И этому были причины. Это было связано и с переменчивым ветром, что свободно мог лететь, как ему вздумается. И иногда из-за рева дракона, вдруг раздававшегося очень близко.

Да-да, дракона, который сейчас находился в одной из пещер, куда так стремился молодой маг.

Но хорошая тропа оказалась недолгой. Она резко оборвалась почти на середине восхождения по причине камней-валунов, преградивших проход, который и сам резко заканчивался на карнизе, нависшем над пропастью.

Так что остальной путь уже был не так хорош, как в начале.

Недовольно бурча себе под нос, Гарольд Поттер всё же воспользовался магией, дабы скорее добраться до вершины, а там, может быть, её не почувствуют. Так он надеялся, пробираясь по крутым уступам.

Пещер оказалось несколько. В каждой из них, казалось, притаился большой зверь, готовый кинуться на чужака. Но страх конкурировал с холодом, так что магу оставалось выбирать: то ли бояться, то ли накинуть на себя Согревающее заклинание.

Не прошло и нескольких минут, как послышалось порыкивание из ближайших пещер. Ещё раз удостоверившись, что четвёртая по счету - та, что искал маг, он, довольно улыбнувшись, медленно направился к ней.

Дыхание сбивается, пульс бешено учащается, как и стук сердца в груди, а магия пошаливает - всё это и недавно появившаяся привычка бурчать под нос вынуждали действовать ещё медленней.

Мгновение, и пальцы касаются холодного камня, на котором виднеются борозды от чьих-то когтей. Замерев и сжав кулаки, парень сделал шаг внутрь чёрного провала.

-Рум..., - раздалось внезапно около заострённого уха, а затем жар опалил его.

Развернувшись как можно осторожнее, парень с досадой и недоверием увидел белоснежную чешуйчатую драконью морду, находившуюся в паре сантиметров от его лица.

-Доволен? - с обречённостью и сарказмом осведомился Гарольд у дракона.

-Фыр, - был ему ответ, а затем хвост резко взметнулся в сторону парня.

Не удержавшись и попятившись, волшебник полетел вглубь пещеры.

Падение было быстрым, а потом всё резко пришло в движение.

Поттер ещё ощущал свободное падение, когда горная равнина исчезла, и он оказался в богато обставленной комнате.

Напротив нескольких больших кресел, на диване, с бокалом красного вина восседал Северус, чьи глаза чёрным огнём опаляли тело парня.

Нервно облизнувшись, парень быстро осмотрелся, чтобы понять, что комната напоминает кабинет Люциуса Малфоя. Вот только там точно не было места для огромного дракона, сверкавшего своим стальным взором и чему-то довольно скалившегося.

Даже казалось, что это белое создание смеётся над незадачливым молодым волшебником.

-Хм, - зельевар фыркнул, этим звуком, вновь привлекая внимание к своей персоне. - На этот раз вам, лорд Гарольд, удалось продержаться дольше, а также добраться до цели.

-Но я опять сделал что-то не то. - Досадовал Гарольд, запуская пальцы в свои волосы.

-Да. Вы не учли потоки ветра, вы слишком громко ворчали под нос нелестные эпитеты, и вы были заняты природой, но не зверем. Это я ещё не напомнил о том, что и магией вы пользовались, хотя знали, что не следовало.

-А драконы не просто животные, как считают многие, они ещё и умные хищники, - это уже продолжил анализировать Люциус, который, несколько секунд назад вспыхнув магическим огнём, вновь стал самим собой. Но стальной взгляд так и продолжал буравить молодого мага. - Я тебя очень явственно чувствовал, а твои эпитеты и бурчание были слышны очень отчетливо.

Пока лорд, растягивая слова, неспешно говорил, парень затравленно наблюдал за его приближением.

Невольно облизнувшись, Гарольд ещё пытался справиться со своим внутренним зверем по имени «Хочу». А Люциус уже был намного ближе, достаточно, чтобы, остановившись в шаге от желанного тела, податься вперёд всем корпусом.

Намерения были недвусмысленными и притягательными, особенно, когда глаза смотрят на приоткрытые губы и на зелень лихорадочно блестящих глаз.

Черноволосый парень всё так же оставался на месте, вот только он отклонялся назад, как будто пытаясь не только не соприкоснуться с мужским телом, но и выгнуться дугой. Оба чувствовали, что это непростая игра, и каждый стремился к выигрышу.

Но она резко оборвалась, когда Гарольд почувствовал, что вот-вот упадёт, и инстинктивно взмахнул руками в поисках опоры. И она нашлась очень стремительно. Как со стороны Люциуса, который, сделав резкий выпад, схватил одной рукой парня за запястье и второй притянул его за талию к себе, так и со стороны Северуса, оказавшегося позади.

Прижимая юношу к своей груди, зельевар, раздвинул коленом ноги парня, чтобы протиснуться меж них. Его музыкальные длинные пальцы удерживали подбородок, тем самым фиксируя голову на своём плече. Эта поза дала возможность белокурому любовнику прижаться сильнее и с жадностью припасть к приоткрытым влажным губам.

Магия с потоками страсти вырвалась из трёх тел, окутывая, лаская, заставляя забыть всё наносное и тревожащее и отдаться власти любви, нежности, страсти.