21 февраля 2097 года, четверг.

Вчера из-за усталости я отложил разговор с отцом.

Это было ошибкой.

Когда я позвонил ему сегодня, он настаивал, что вопрос уже решён.

Тогда я и понял, что скрывалось за словами отца. Он просто не хочет покидать Канагаву.

Конечно, никому не хочется разбираться с последствиями проваленного задания, но и мне тоже! Разве так должен вести себя глава семьи?

А в конце он просто добил своего сына ещё одной новостью: оказывается, в субботу ко мне приедет Аканэ.

Великолепно, я должен показать сестре город, который и сам толком не видел!

22 февраля 2097 года, пятница.

Кажется, писать об этом уже поздновато, но я всё-таки уточню: у меня есть две младшие сестры. Старшую зовут Аканэ, а младшую — Рури. По обычаю семьи моей матери, родители дали девочкам имена, созвучные с названиями цветов.

К сожалению, мы не очень хорошо ладим, хотя Джордж считает иначе.

Но я знаю, что он не прав.

Впрочем, я всё равно стараюсь заботиться об этих девочках.

Нет, в прошлом мои сёстры и правда были добрыми детьми, но потом что-то изменилось.

Внешне они остались такими же милыми, как и раньше, но доброта стала показной.

Рури, например, вообще не разговаривает со мной. Конечно, она и раньше была тихоней, но в последнее время либо совсем не отвечает, когда я пытаюсь заговорить с ней, либо говорит такое, что хочется попросить её ещё помолчать. Между нами попросту невозможен нормальный диалог.

Аканэ, напротив, говорит много. Слишком много. Оскорбления так и сыплются, и все на меня. Вломиться в комнату брата с чаем, кофе или закусками, — которых он, к слову, и не просил, — а затем уйти со словами «извращенец», «грубиян» и «неряха» — для неё обычное дело.

«Как мило», — сказал однажды мой друг из Третьей школы, улыбаясь. Все они просто не понимают, что эту грубость я вижу изо дня в день, а свою милую сторону она не показывает мне никогда. Язвительность Аканэ уже набила оскомину.

И эта сестра приедет ко мне завтра.

Понимая, что она поднимет крик, если туристическая программа её не устроит, я начал подготовку.

Конечно, меня мало трогают оскорбления сестры, но я бы предпочёл всё же не портить себе настроение.

Вот только в столице хватает достопримечательностей. Конца и края им нет.

Даже если выбрать какой-либо из рекомендованных маршрутов, мы всё равно не управимся за день.

Мне был нужен совет от местного жителя.

Я хотел позвонить Шибе-сан, но мне не хватило смелости. Всё-таки это слишком пустячное дело.

Можете смеяться, но мужество и безрассудство — не одно и то же.

О том, чтобы искать совета у того парня, не могло быть и речи. Он — последний человек, к которому я обращусь за помощью из-за такой мелочи.

Я довольно близко сошёлся с Йошидой и Сайдзё, но знают ли они, что понравится ещё совсем юной девушке?

После недолгих раздумий я решил положиться на Саэгусу. Нет, не на Томокадзу-сана, а на Маюми-сан. Подумал, что раз я общался с ней каждый день до недавнего времени, то могу позволить себе задать ей пару вопросов.

Как оказалось, Саэгуса-сан в самом деле неплохо разбирается в местных достопримечательностях.

Но я всё же сожалею, что не нашёл другого помощника.

Поскольку мне показалось, что неожиданный звонок будет воспринят прохладно, ведь нас вряд ли можно назвать хорошими друзьями, я отправил ей письмо по электронной почте.

Если вкратце, там было примерно следующее: «Моя младшая сестра решила приехать в Токио. Мне нужно показать город, но я не знаю, куда повести её. Прошу, посоветуй что-нибудь». Конечно, я старался писать повежливее.

Ответ пришёл спустя полчаса. Не ожидал его так скоро. Я обрадовался, но тут же осознал, что мне могут и отказать, ведь сейчас Саэгуса-сан должна быть на занятиях — Университет магии, в отличие от старших школ, не закрывался.

Как оказалось, зря тревожился.

«Я не пошла на занятия — навалилось много работы по хаконскому делу. Впрочем, я закончила ещё до обеда, поэтому сейчас свободна. Рада, что ты не забыл обо мне».

Неужели я стал настолько близок с Саэгусой-сан? Что-то сомневаюсь.

И, кстати, я не давал волю воображению: эту часть ответа я процитировал дословно.

Далее она написала, что обязательно поможет, и предложила встретиться у неё дома.

Прийти в дом Саэгусы?

Слишком неожиданно.

К слову, если подумать, я ведь не нанёс визит вежливости семьям Саэгуса и Дзюмондзи, когда приехал в Токио. Это нехорошо. Знаю, мне не суждено стать главой клана — отец явно хочет отдать своё место будущему мужу Аканэ, но я всё ещё старший сын и представитель семьи Итидзё. Надо проявить уважение к хозяевам здешних мест. К тому же мы сотрудничали на важном задании, хоть оно и закончилось провалом.

Я решил воспользоваться её приглашением, чтобы исправить свою оплошность.

Долго думал, не надеть ли костюм, но в конце концов остановился на форме Третьей школы. А мотоциклу я предпочёл общественный транспорт.

По пути я купил подарок. Поскольку я не собирался вкладывать в него какой-то смысл, то выбирал не очень долго. Надеюсь, не прогадал, всё-таки стоила эта вещица немало, а мать всегда говорит, что цена часто не менее важна, чем внешний вид.

Саэгуса-сан ждала меня у входа. Видимо, всему виной моё ответное письмо, в котором я указал время своего приезда.

Поскольку глава семьи, господин Коити, был дома, я решил сначала поприветствовать его.

Должен сказать, он и правда выглядит как опасный человек. Впрочем, не думаю, что он беспринципен, хотя отец утверждает обратное. Скорее всего, Саэгуса Коити следует своим правилам, даже если они идут вразрез с мнением общества. Или, возможно, я просто ошибаюсь.

Старшего сына, Томокадзу-сана, не было дома. По словам Саэгусы-сан — чтобы не возникало путаницы, дальше я буду называть эту девушку Маюми-сан — оба её старших брата живут отдельно.

После того как я встретился с господином Коити, меня отвели в другую гостиную. У семьи Итидзё тоже просторный дом, но этот особняк явно крупнее. У нас он раскинулся вширь, а этот сделан высоким.

В первой гостиной стояли мягкие кресла, а во второй — стол и стулья. Похоже, там проводят чаепития. Интересно, мои сёстры когда-нибудь заинтересуются чайными церемониями?

Чёрный чай уже ждал нас на столе. Предложив пирожные к чаю, Маюми-сан начала воодушевлённо расспрашивать об интересах Аканэ.

В гостиной для чаепития висел большой экран. Когда я вошёл, он показывал знаменитую пейзажную картину — лодку на реке. Если не ошибаюсь, это была одна из работ Ренуара. К сожалению, не помню названия.

Итак, на этом экране мне показали так называемое «виртуальное свидание». С помощью портативного терминала Маюми-сан создавала маршруты, строила диалоги и выбирала те или иные действия. Попутно на экране сменялись городские пейзажи. Графику, должен отметить, практически невозможно отличить от реальности. Уверен, те, кто решится воспользоваться этой программой, не будут разочарованы.

Мне кажется, после столь тщательной репетиции настоящее свидание покажется скучным, но подобные сервисы, похоже, популярны среди девушек. Впрочем, меня волновал только маршрут — на диалоги я не обращал внимания. В конце концов, это будет экскурсия, а не свидание.

Пока я выбирал, куда пойти, мои предложения безжалостно критиковали.

Поначалу я думал, что она просто искренне хочет помочь, но вскоре осознал: эта девушка позвала меня сюда, чтобы развеять скуку.

Как ни посмотри, всё это время Маюми-сан просто забавлялась.

Вскоре к нам присоединились сёстры Маюми-сан, и началась пытка.

Так я узнал, что значит настоящее отчаяние.