Гвардии лейтенант Василий Иванович Новиков, уроженец деревни Лепешки Пушкинского района Московской области, в 1945 году был командиром взвода разведки 53-й гвардейской танковой бригады 6-го гвардейского танкового корпуса 3-й гвардейской армии. 16 января 1945 года его взвод в числе первых ворвался в польский город Радомско. За неделю боев экипаж лейтенанта Василия Новикова уничтожил четыре танка противника, большое количество гитлеровцев и первым вышел на государственную границу Польши с Германией. В одном из боев лейтенант Василий Новиков был тяжело ранен и умер в госпитале. 10 апреля отважному разведчику гвардии лейтенанту Василию Ивановичу Новикову было присвоено звание Героя Советского Союза.

Уроженец деревни Пласток Любанского района Минской области гвардии старшина Захар Григорьевич Лыщеня был командиром отделения разведки 43-го артиллерийского полка 15-й гвардейской строительной дивизии 5-й гвардейской армии, 8 февраля 1945 года в районе польского поселка Цоттвитц вместе с другим разведчиком проник в тыл вражеской обороны, захватил в плен двух немецких офицеров с ценными штабными документами. На обратном пути разведчики были обнаружены противником. Захар Лыщеня приказал второму разведчику доставить документы и пленных офицеров в штаб полка, а сам стал прикрывать отход товарища. Бой был неравным. Захар Григорьевич был тяжело ранен и попал в плен. На допросах не выдал фашистам сведений о действиях полка и был замучен.

27 июня 1945 года отважному белорусу гвардии старшине Захару Григорьевичу Лыщене, который был похоронен на кладбище в польском селе Собоциско, было присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно).

Умелые действия военных разведчиков генерал-майора Н. М. Молоткова, который находился в Польше при командовании I-й армии Войска польского, старшины А. К. Харченко, рядового М. И. Еремина и других военных разведчиков сокращали количество безвозвратных потерь. И тем не менее в кровопролитных боях на древней Польской земле против фашистских оккупантов погибло около 600 тысяч советских солдат и офицеров. В Польше в 1944 году погибли и несколько войсковых разведчиков.

Большинство офицеров и рядовых бойцов войсковой разведки, сражавшихся в Польше, в Чехословакии, в Венгрии и на территориях других восточноевропейских стран, не имели оперативных псевдонимов. Указы об их подвигах в 1945 году были опубликованы в открытой печати. Имена их знали и в городах, где они родились и выросли, и в тех местах, где они погибли. Имена их не забыты и сегодня. Летом 2007 года группа офицеров Российской армии побывала в Чехии, в тех местах, где погиб майор Александр Фомин, руководитель партизанского отряда имени Яна Гуса. Чехи, принимавшие российских офицеров, рассказали о том, что подвиг советского разведчика майора Фомина не забыт, памятный обелиск, воздвигнутый в честь советских и чешских офицеров, входивших в состав штаба отряда Фомина и погибших вместе с ним в неравном бою с фашистами, содержится в идеальном порядке…

Созвездие Героев согревает своим светом наши сердца.

Крупные войны минувших веков всегда завершались захватом войсками агрессора столицы поверженного противника. И только в войне 1812 года, когда французский император Наполеон напал на Россию и французские войска даже вошли в Москву, русские армии по руководством фельдмаршала Михаила Кутузова добились победы. В 1814 году войска антифранцузской коалиции вступили в столицу Франции. Наполеон был вынужден отречься от престола.

Великая Отечественная война должна была завершиться только падением Берлина. Это и произошло весной 1945 года. С востока к Берлину приближались войска Красной армии, с запада к германской столице катились англо-американцы. Вопрос, кто первым подойдет к Берлину и кто первым водрузит флаг Победы над Рейхстагом, имел для Сталина, Рузвельта и Черчилля принципиальное значение.

После стремительного проведения Висло-Одерской операции войска Красной армии прошли Польшу и уже в первой половине февраля 1945 года вышли к Одеру в районе Кюстрина. До Берлина оставалось чуть более 60 километров. Командующий 1-м Белорусским фронтом маршал Г. К. Жуков планировал с ходу нанести мощный удар в западном направлении и в кратчайший срок овладеть столицей Германии[273]. Однако он не сделал этого. Неожиданно Жуков изменил свой план. Что заставило его сделать это?

Этот вопрос вызывал после окончания войны острые дискуссии советских полководцев Г. К. Жукова и В. И. Чуйкова. По оценке В. И. Чуйкова, «Берлином можно было овладеть уже в феврале, а это, естественно, приблизило бы и окончание войны»[274].

В. И. Чуйков также писал: «Что касается риска, то на войне нередко приходилось идти на него. Но в данном случае риск был вполне обоснован. В Висло-Одерскую операцию наши войска прошли уже свыше 500 км, и от Одера до Берлина оставалось всего 60–80 км»[275].

У Жукова была другая точка зрения. Он утверждал: «Должен сказать, что в наступательной операции на Берлин не все обстояло просто, как это кажется В.И. Чуйкову»[276]. Далее в своих «Воспоминаниях и размышлениях» маршал Жуков подробно разобрал причины, которые стали препятствием на пути продвижения войск 1 — го Белорусского фронта к Берлину и помешали в феврале 1945 года захватить германскую столицу. Причины достаточно убедительные. Никто, кроме Г. К. Жукова, не мог бы более точно оценить обстановку, которая сложилась в конце января — первой половине февраля 1945 года на Берлинском направлении.

Одна из причин — отвлечение части сил 1-го Белорусского фронта для ликвидации группировки немцев в Восточной Померании, которая, как считали в Ставке, получила в это время значительное усиление. Вот что по этому вопросу писал Жуков: «Оценивая сложившееся положение, Ставка Верховного Главнокомандования решила в целях ликвидации гитлеровцев в Восточной Померании, силы которых к этому времени возросли до сорока дивизий, привлечь четыре общевойсковые и две танковые армии 1-го Белорусского фронта».

Историк М. Ю. Мягков, оценивая эту ситуацию в 2004 году, писал: «Советскому командованию поступила информация, что противник сосредотачивает мощные группировки войск в Восточной Померании и Верхней Силезии на флангах соединений 1-го Белорусского фронта… На решение о приостановке наступления на Берлин в феврале 1945 года большое влияние оказали данные не только собственной (советской) разведки, но и информация, полученная от западных союзников, и в первую очередь от британского Генерального штаба»[277].

Сведения об увеличении сил немцев в Восточной Померании Ставка ВГК получала от руководителей британской и американской военных миссий. Напомним, что 12 февраля начальник армейской секции английской военной миссии в Москве полковник Бринкман передал в советский Генштаб данные о переброске 6-й танковой армии СС на советско-германский фронт. Текст сообщения британского полковника был телеграфирован в штаб маршала Жукова[278].

20 февраля руководитель американской военной миссии в Москве бригадный генерал Дж. Дин также передал начальнику советского Генерального штаба сообщение о том, что немцы создают две группировки для контрнаступления: одну в Померании для удара на Торн, вторую в районе Вена — Моравска-Острава для наступления на Лодзь. В сообщении американского генерала также указывалось о переброске в эти районы 6-й танковой армии СС. Эти сведения были сообщены Жукову.

21 февраля 1945 года начальник советской военной разведки генерал-лейтенант И. Ильичев опроверг утверждения Бринкмана и Дина о переброске германским командованием 6-й танковой армии СС. По данным, добытым разведчиками ГРУ, указанная армия направлялась в Венгрию, в район озера Балатон.