Поиск
III К Сикстинской мадонне
Вот сын ее, — он тайна Иеговы, —
Лелеем девы чистыми руками.
У ног ее земля под облаками,
4 На воздухе нетленные покровы.
И, преклонясь, с Варварою готовы
Молиться ей мы на коленях сами
Или, как Сикст, блаженными очами
8 Встречать того, кто рабства сверг оковы.
Как ангелов, младенцев окрыленных,
Узришь и нас, о дева! не смущенных:
11 Здесь угасает пред тобой тревога.
Такой тебе, Рафаэль, вестник бога,
Тебе и нам явил твой сон чудесный
14 Царицу жен — царицею небесной.
IV Восточный мотив
С чем нас сравнить с тобою, друг прелестный?
Мы два конька, скользящих на реке,
Мы два гребца на утлом челноке,
Мы два зерна в одной скорлупке тесной,
Мы две пчелы на жизненном цветке,
8 Мы две звезды на высоте небесной.
V Шопену
Ты мелькнула, ты предстала,
Снова сердце задрожало, —
Под чарующие звуки
То же счастье, те же муки,
Слышу трепетные руки, —
6 Ты еще со мной. —
Час блаженный, час печальный,
Час последний, час прощальный,
Те же легкие одежды,
Ты стоишь, склоняя вежды, —
И не нужно мне надежды:
12 Этот час — он мой.
Ты руки моей коснулась,
Разом сердце встрепенулось;
Не туда, в то горе злое,
Я несусь в мое былое, —
Я на все, на все иное
18 Отпылал — потух.
Этой песне чудотворной
Так покорен мир упорной;
Пусть же сердце, полно муки,
Торжествует час разлуки,
И, когда загаснут звуки, —
24 Разорвется вдруг.
VI Романс
Злая песнь! как больно возмутила
Ты дыханьем душу мне до дна,
До зари в груди дрожала, ныла
4 Эта песня, эта песнь одна.
И поющим отдаваться мукам
Было слаще обаянья сна,
Умереть хотелось с каждым звуком,
8 Сердцу грудь казалася тесна.
Но с зарей потухнул жар напевный,
И душа затихнула до дна;
В озаренной глубине душевной
12 Лишь улыбка уст твоих видна.
VII Музе
Пришла и села. Счастлив и тревожен,
Ласкательный твой повторяю стих;
И если дар мой пред тобой ничтожен,
4 То ревностью не ниже я других.
Заботливо храня твою свободу,
Непосвященных я к тебе не звал,
И рабскому их буйству я в угоду
8 Твоих речей не осквернял.
Все та же ты, заветная святыня,
На облаке, незримая земле,
В венце из звезд, нетленная богиня,
12 С задумчивой улыбкой на челе.
ВЫПУСК ВТОРОЙ
* * *
Не смейся, не дивися мне
В недоуменье детски-грубом,
Что перед этим дряхлым дубом
4 Я вновь стою по старине.
Не много листьев на челе
Больного старца уцелели;
Но вновь с весною прилетели
8 И жмутся горленки в дупле.
I
День проснется — и речи людские
Закипят раздраженной волной,
И помчит, разливаясь, стихия
4 Все, что вызвано алчной нуждой.
И мои зажурчат песнопенья,
Но в зыбучих струях ты найдешь
Разве ласковой думы волненья,
8 Разве сердца напрасную дрожь.
II Добро и зло
Два мира властвуют от века,
Два равноправных бытия:
Один объемлет человека,
4 Другой — душа и мысль моя.
И как в росинке чуть заметной
Весь солнца лик ты узнаешь,
Так слитно в глубине заветной
8 Все мирозданье ты найдешь.
Не лжива юная отвага:
Согнись над роковым трудом,
И мир свои раскроет блага,
12 Но быть не мысли божеством.
И даже в час отдохновенья,
Подъемля потное чело,
Не бойся горького сравненья
16 И различай добро и зло.
Но если на крылах гордыни
Познать дерзаешь ты, как бог,
Не заноси же в мир святыни
20 Своих невольничьих тревог.
Пари, всезрящий и всесильный,
И с незапятнанных высот
Добро и зло, как прах могильный,
24 В толпы людские отпадет.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: