Ее ввело в обман чрезмерное волненье.
Я к ней пришел сказать, чем кончилось сраженье.
Ее возлюбленный, мой благородный враг,
Меч выбив у меня, сказал: «Пусть будет так;
Победного венца я лучше не надену,
Но не коснусь того, кто бьется за Химену.
Мой долг меня зовет явиться во дворец.
А перед нею ты предстань как мой гонец,
Сложи к ее ногам твой меч, даримый Сидом».
Я к ней пришел; она, обманутая видом
Меча в моих руках, на нем узрела кровь,
И тут внезапный гнев явил ее любовь
С таким неистовством, с таким негодованьем,
Что я не в силах был владеть ее вниманьем.
Но я, хоть побежден, скажу, что я счастлив,
И, сердце страстное забвеньем исцелив,
Я даже буду рад моей утрате вечной,
Дарящей торжество любви столь безупречной.