Поиск
Сабина
Молю тебя, отец, во гневе благородном
Несчастье общее не делай безысходным.
Старый Гораций
Да, сердцу твоему утешиться легко.
Ведь ранено оно не слишком глубоко,
И павшего на нас избегла ты проклятья:
Судьбой пощажены и твой супруг, и братья.
Мы подданные — да, но града твоего,
И муж твой предал нас, но братьям — торжество.
И, видя славы их высокое сиянье,
Стыду Горациев не даришь ты вниманья.
Но так любим тобой преступный твой супруг,
Что не избегнешь ты таких же слез и мук.
Не думай страстными спасти его слезами.
Еще до вечера — я в том клянусь богами —
Рука, рука моя, свершая приговор,
И кровь его прольет, и смоет наш позор.
Сабина
Скорей за ним! Ведь он сейчас на все способен.
Неужто лик судьбы всегда жесток и злобен?
Зачем должны мы ждать лишь горя и тоски
И вечно трепетать родительской руки?!
ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
Старый Гораций, Камилла.
Старый Гораций
В защиту подлого твои напрасны речи.
Пусть, от врага бежав, с отцом страшится встречи.
Хоть жизнь ему мила, но он ее не спас,
Когда не поспешил с отцовских скрыться глаз.
Пускай жена его заботится об этом.
Я ж небесами вновь клянусь пред целым светом…
Камилла
Смягчись, отец, смягчись! Ведь так неумолим
Не будет к беглецу и побежденный Рим.
Простит великий град и в самом тяжком горе
Того, кто одолеть не смог в неравном споре.
Старый Гораций
Что мне до этого? Пусть римляне простят —
Заветы старины иное мне велят.
Я знаю путь того, кто стал по праву славным:
Непобежденный, он падет в бою неравном;
И мужеская мощь, бесстрашна и тверда,
Хоть сокрушенная, не сдастся никогда.
Молчи. Я знать хочу, зачем пришел Валерий.
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Старый Гораций, Валерий, Камилла.
Валерий
Отцу, скорбящему о тягостной потере,
Царь утешенье шлет…
Старый Гораций
Не стоит продолжать,
И незачем меня, Валерий, утешать.
Двух сыновей война скосила слишком скоро,
Но, мертвые, они не ведают позора.
Когда за родину дано погибнуть им,
Я рад.
Валерий
Но третий сын — кому сравниться с ним?
Ведь он — замена всем, как лучший между ними.
Старый Гораций
Зачем не сгинул он, а с ним и наше имя!
Валерий
Один лишь ты грозить решаешься ему.
Старый Гораций
И покарать его мне должно одному.
Валерий
За что? За мужество, достойное героя?
Старый Гораций
Какое мужество — бежать во время боя?
Валерий
За бегство ловкое — он славою покрыт.
Старый Гораций
Во мне еще сильней смущение и стыд.
Поистине, пример, достойный удивленья:
От боя уклонясь, достигнуть прославленья.
Валерий
Чего стыдишься ты, скажи мне наконец?
Гордись! Ты нашего спасителя отец!
Он торжество и власть принес родному граду,—
Какую можешь ты еще желать награду?
Старый Гораций
Что слышу от тебя? Где торжество и власть?
Под руку недругов нам суждено подпасть!
Валерий
Об их победе речь странна и неуместна.
Возможно ль, что тебе еще не все известно?
Старый Гораций
Я знаю — он бежал и предал край родной.
Валерий
Он предал бы его, на том закончив бой;
Но бой не кончился, и вскоре все узрели,
Что бегством он сумел достичь победной цели.
Старый Гораций
Как, торжествует Рим?
Валерий
Спеши теперь узнать,
Что доблестного ты не вправе осуждать.
Один вступил в борьбу с тремя. Но волей рока
Он — невредим, а те — изранены жестоко.
Слабее всех троих, но каждого сильней,
Он с честью выскользнет из роковых сетей.
И вот твой сын бежит, чтоб хитрость боевая
Врагов запутала, в погоне разделяя.
Они спешат за ним. Кто легче ранен, тот
Преследует быстрей, а слабый отстает.
Настигнуть беглеца все трое рвутся страстно,
Но, разделенные, не действуют согласно.
А он, заметивши, что хитрость удалась,
Остановился вдруг: победы близок час.
Вот подбежал твой зять. Объятый возмущеньем,
Что враг стоит и ждет с надменным дерзновеньем,
Наносит он удар, но тщетен гордый пыл:
Ему, чтоб одолеть, уже не хватит сил.
Альбанцы в трепете: беда грозит их дому.
На помощь первому велят спешить второму.
Изнемогает он в усильях роковых,
Но видит, добежав, что брата нет в живых.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: