Поиск
Это был свет, который любил.
Я не умела, а он умел.
Я поплыла, почему-то застыв.
Свет и любил, и манил.
Так излилась серебристым дождем
Грустно-любовная смесь.
Ода любви, разрази меня гром,
Мною напишется здесь.
Тут преисполнилось сердце хвалой.
Грянул бесчисленный хор.
Переплелись звуки с душой.
Господи! Стих – мой позор.
* * *
Я тобой опьянен, опьянен!
Ты одела для загса венец.
Я как Пушкин сегодня влюблен.
Ангел мой! Я ведь пьян, как Дантес.
Хочешь, прыгну в костюме с моста?
Этот загс – мой последний причал.
Я тобой опьянен неспроста.
Я счастливей невест не встречал.
И ласкает нас Питер с моста.
Дядя Питер! Спасибо тебе!
Зарифмую я тут «до утра».
В вальсе кружатся толпы невест.
* * *
Во мне – любовь от всей Вселенной.
В тебе – истоки от Востока.
Я весь влюблёно-несравненный
И патетично одинокий.
* * *
Тащит грехи свои русская баба,
Тащит безропотно. Пишет стихи.
И пожалеть её вроде бы надо.
Только забыть невозможно грехи.
Топчет она свое женское поле.
Жизнь её плетью хлестает. И крест
Свято несёт по грехам за собою,
Чтоб вдохновенно грешить среди мест!
* * *
Бежали дни в истошном беге…
Средь жизни строчек зрел побег.
Рулады страстные набега
Тихонько спрятались в душе
Чрезмерно пряными клише.
И, громкий крик маня в желанья,
Рвалась моя любовь на свет,
Как мотылёк в огонь летела,
Любовь, не ведая про смерть.
Пожар дыханья стал скучнеть…
И, осадив кнутом мечтанья,
Сочась сквозь жизнь, как боль и стон,
Любовь! спасёшь ты от стенанья!
И страсть станцует вальс-бостон!
И стих мой будет – чемпион!
* * *
Хорошо нам жить под Водолеем!
Пишем мы, силенок не жалея.
Кризис добротой преодолеем.
И стихи клепаем, как умеем.
* * *
Неистово желанья усмиряя,
Сжигая тысячи дымящихся свечей,
Сама, как штепсель, вдруг перегорая,
Она искала, где погорячей.
* * *
Сунусь я дегтем в медовую бочку —
Вылечу сердца твои я болезни.
Лечатся мёдом. Лечатся дёгтем.
Очень попытки лечиться полезны.
* * *
Соловьи стихают в роще дальней.
Плачет затуманенный закат.
И слеза скатилась так печально,
Что листок умылся невпопад.
* * *
Не травитесь, поэтки,
Ядом вечной любви!
Покаяньем кокетки
От судьбы не уйти.
За пределом Вселенной
Обретая покой,
Стих лепите нетленный
В восхожденьях душой.
И в неведомой дали
Так сплетайте строки,
Чтоб мужчины, рыдая,
Никуда не ушли.
* * *
В забубённом Сестрорецке,
Шкурку солнцем прокалив,
Я мечтал о стихо-рецках
Шелупонью всех сразив.
Нецензурно ресторанно
Я, как чудик, стих писал,
От Кореи до Урала
Поражая наповал.
Перья все мои побиты,
В голове дыра. Сибирь?
В Тель-Авив бы мне уехать!
Там я был бы как Снегирь!
* * *
Обрастал я шерстью, вырастая.
Шкура волчья, хвост и волчья пасть…
В человечьей полуночной стае
Зайцем гибну. Как бы не пропасть?
* * *
Ты в храм мой вошел в вожделенном хотенье,
Приник к алтарю, не спросясь разрешенья.
И так ты рванул по аллее растленья,
Что я покачнулась, упав в раздвоенье.
Смычок твой пиликал по порванным струнам,
Поскольку не первый открыл ты темницу.
Как птичка я билась в мистерии лунной
И стала похожа на курицу-птицу.
Разливши симфонию в храм мой поющий,
Ты так ликовал всемогуще и страстно,
Что я помолилась о годе грядущем:
Ведь буду как утка с яйцом. Очень странно!
* * *
Бесплатная доставка пиццы
Мне не мерещится, не снится.
Рвану-ка я на заграницу,
Чтоб лицезреть там груди, лица
И кис гламурных ипостась.
И, зудом томным возродясь,
Собой в коня преобразясь,
Любить иных, в постель ложась.
* * *
Улыбалась игриво с востока, проснувшись, светило.
И высокие травы шептали июльский сонет.
Тридцать лет, тридцать лет – это в браке, ребята, не хило!
Ты придешь в мои сны. И любовь тут же скажет «огромный привет!»
* * *
Как трудно жить,
Когда ножом ударят
И кровь сосут из лезвия в спине.
С насмешкою по телу, ох, блуждают
Враги с надменным взглядом на душе.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: