“Будто бы Розанов перед смертью же действительно причастился, но после сказал: “Дайте мне изображение Иеговы”. Его не оказалось. “Тогда дайте мне статую Озириса”. Ему подали и он поклонился Озирису… Это - евреи: Гершензон, Эфрос и др. Буквально повсюду эта легенда. Из самых разнообразных кружков… Испугались, что папа во Христе умер, и перед смертью понял Его. И поклонился Ему”.

(Эфрос Абрам Маркович 1888-1954 гг. - видный “деятель” советской культуры, искусствовед, псевдоним - Россций. Гершензон Михаил Осипович - “более” видный деятель советской культуры: возглавлял Всероссийский союз писателей, председатель Лит. Секции Госуд. Академии художеств).

“З. Н. Гиппиус вскоре после смерти Розанова передала мне от слова до слова рассказы про Иегову и Озириса, присоединила к нему ещё Аписа, Изиду и Астарту” (всех Богов каких только знала), - вспоминал Голлербах.

“А как там у Вас приняли папину кончину?”, - спросила в конце письма дочь Розанова Голлербаха. “У нас приняли эту смерть вот как. В “Доме Литераторов”, где обычно вывешивались известия о смерти самого маленького журналиста, на смерть Розанова не откликнулись ни чем: никакого “вечера памяти”, никакого доклада, даже панихиды не было…”, - отвечал Голлербах.

В конце этого же года - 1919-го супружеская тройка: Гиппиус, Мережковский и Философов не стали рисковать с непредсказуемыми и опасными, как лезвие бритвы, большевиками и, прихватив с собой своего секретаря В. А. Злобина, под видом командировки поехали в западные области России и - убежали в Польшу. В Польше эти “гонимые судьбой и большевиками “мученики” озвучили “правильные” “домашние заготовки” - о миссионерской роли поляков и Польши в истории и судьбе всего человечества, что Иосиф Пилсудский - это пророк польской нации и образец для других и т.п. И поляки “купились” на эту лесть, ласкающее их эго, - и славная тройка с присоединившимся к ним кровавым террористом Савинковым фактически стали советниками главы Польши, читали лекции в различных городах Польши, финансировались польским правительством, получили квартиры, наняли прислугу - в общем опять были в масле, сметане и творожке.

Голлербах рассказывал, что через четыре года после смерти Розанова, т. е. - в 1923 г, он бегал по различным редакциям и просил напечатать какие-то произведения Розанова, но все отказали - боялись комиссаров. А комиссары ненавидели и мёртвого Розанова, и память о нём хотели стереть навсегда - даже могилу Розанова уничтожили.

“В 1923 году кладбище в Черниговском монастыре было срыто, и, несмотря на официальную охранительную бумагу от Реставрационных мастерских в Москве, - могилы К. Леонтьева и В. Розанова уничтожены. Чёрный гранитный памятник Леонтьеву разбит в куски, а крест на могиле Розанова - сожжён”, - отметил в своём исследовании Александр Николюкин.

Победившие “марксисты” расправлялись даже с мёртвыми.

Если мы перейдем в современность и спросим, - как теперь еврейские идеологи относятся к В. Розанову? На этот вопрос Я. Рабинович из Израиля дает предельно простой ответ:

“К Розанову никаких претензий нет и быть не может: жил, думал, как хотел, саморазоблачался, ошибался, из-за дела Бейлиса “поехала крыша” и пострадала репутация, из-за чего потом много каялся…”. - Как ловко и просто для неграмотных…

Теперь, когда мы достаточно подробно изучили жизнь и творчество В. В. Розанова, не совсем понятно - почему еврейские идеологи в начале XXI века решили сделать из Розанова великого философа и противопоставить его действительно великим - Соловьёву, Флоренскому, Ильину… Опять понадеялись на хроническую неграмотность русских интеллигентских “масс”…

В последних главах мы глазами и умом Розанова наблюдали происходящее в России - и лишний раз увидели ту страшную трагедию, которая произошла в России.

Заканчивая эту главу, следует сказать ещё несколько слов о Розанове. С одной стороны, мы видим беспомощность и трагедию русской интеллигенции, не способную ни “силой” своего ума ни соответственно - “силой” воли противостоять агрессии в информационной войне, и не способную достойно возглавить и повести свой народ. И вот результат. А также результат игр в демократию, свободу и в “прогрессивных”.

Личность Розанова неоднозначна и вызывает много оценок, в том числе и немало положительных. На его примере мы видели мучительный путь “проб и ошибок” к правде. Он был похож на большого ребёнка, очень любознательного, готового заглянуть в любопытстве и под юбку и в древнейшие манускрипты - “Отчего я так люблю детство? Такое дождливое, тягучее, осеннее детство? Люблю”, - писал в 57-летнем возрасте Розанов. Он подкупал своей прямотой и искренностью -

“”навязались” и не отвязываются (мысли). Так одна очень грязная мысль мучит меня лет 10. Смешная, забавная, “и вообразить нельзя””.

Был прав в оценке В. Розанова Н. Бердяев, говоря о нём - “гениальный обыватель”. Розанов смаковал всеми органами чувств эту обывательщину, и находил в ней много прелести и мелких мудростей. Иногда В. Розанов высказывал очень глубокие антилиберальные мысли:

“Устраните берега, и река разольётся в болото”.

Розанов написал много интересных лирических и исследовательских книг. Интересна и малоизвестна его книга “О подразумеваемом смысле нашей монархии” (1912 г.). А среди интересных книг самая глубокая и полезная для последующих поколений - это, несомненно, его “Обонятельное и осязательное…”. Эффект этой книги в прекращении древних еврейских ритуалов в России на долгое время был весомый, если не решающий.

На поставленный в начале всей этой темы вопрос - могла ли российская интеллигенция в этот период понять опасность технологии “свободы” “Тайны…”, эффективно противостоять вражеским идеологам, вражеской идеологии и защитить Россию, свой народ и себя - В. Розанов своим примером, своей жизнью и трагической судьбой дал яркий и убедительный отрицательный ответ - НЕТ. Россия и русский народ были обречены на БЕДУ, - не было в России в самый тяжелый период истории “Достоевских”, а были “Розановы”, а большинство - и того хуже, Розанов всё-таки прозрел ещё до революции, а не революция его прозрела…

После прозрения у Розанова была единственная надежда спасения России - на Царя, на русского императора и его окружение, и с иерархической верхушкой российского общества, с верховной элитой и её проблемами мы познакомимся далее в этой книге. А после этой темы нам следует рассмотреть два важных события происшедших в 1911 году: “дело Бейлиса” и убийство еврейским террористом П. А. Столыпина.

Суд по обвинению еврея Бейлиса в умышленном умерщвлении украинского мальчика состоялся в 1913 году, но поскольку мы этой темы частично уже касались в этой главе, рассматривая судьбу В. Розанова, то в следующей главе это знаковое событие в истории России рассмотрим.

Вот - что мне меньше всего хотелось исследовать, анализировать - так именно этот случай убийства мальчика Андрея Ющинского в 1911 году. Почему? Потому что это чисто уголовный случай, это якобы не знаковый исторический, показывающий или доказывающий какую-либо важную тенденцию и т.д. Кроме того, к этому случаю всегда было некое противное и брезгливое отношение, и не хотелось в этом состоянии долго прибывать. И даже прочитав в 2003 году книгу С. Резника с его “удивительными” доказательствами - желания разбирать это событие не появилось. Шимона Резника из США можно понять - ведь он поставил перед собой задачу: провести параллельное исследование истории, чтобы попытаться опровергнуть А. Солженицына, да и трогательно его признание: