— Нет, я атеист. — Марк решил, что настало время отстаивать свои интересы.

— Атеист, говоришь?! А в дьявола ты веришь?

— И в него я не верю! Я ни в кого и ни во что не верю!

— То есть получается, ты не атеист?

— Как, я же ни во что не верю! — удивленно спросил Марк.

— Атеист не верит лишь в Бога. Ты же не веришь вообще ни во что! Твое мировоззрение ближе всего к агностицизму. Марк, ты веришь только в то, что видишь и можешь потрогать руками, я права?

— Да, в самую точку. Глаза, ум, эмоции, обоняние и осязание никогда не обманут.

— Сказав «никогда» ты немного переборщил. В нашем мире не существует абсолютной истины, а об органах чувств я вообще молчу: они часто лгут нам. Значит, веришь в то, что видишь?

— Да, именно так! — кивнул головой Марк.

Если бы они беседовали вчера, то подробные расспросы уже вывели бы Марка из себя, но не в этом случае. Эвелин являла собой сосредоточие хладнокровности, здравого смысла и мудрости. Каждое её слово и предложение были особенными.

— Ты же не видишь свою совесть и ум? Получается их, нет, если рассуждать, как ты! Я права?

— Они есть! Понятия ума и совести являются абстрактными.

— Ты хочешь сказать, что Бог все же есть, но он является чем-то абстрактным?

— Нет, я так не утверждаю! Хоть я и не видел свои эмоции, мысли, совесть, разум, но они есть. Размышляя над чем-то, я подтверждаю, что у меня есть ум, испытывая стыд — я чувствую бурю эмоций внутри себя и угрызения совести, просто думая о чем-либо — создаю и разрушаю идеи силой мысли. А как Бог проявил себя? В чем он доказал свое существование?

Улыбка Эвелин стала шире обычного. Она скрестила руки и положила их на колени.

— Он существует Марк. И не в виде абстракции или конкретного субъекта. Не стоит также представлять Бога в виде строгого седого благообразного старца. Бог — это нечто необъяснимое. Он настолько непостижим, что Его сущность даже неименуема. Люди лишь изображают его в виде старца, но на самом деле никто не знает, как Он выглядит, ибо никто и никогда не видел Его. Наш дух заключен в бренную оболочку тела, которое притупляет наши чувства и способность безгранично мыслить. Даже если сейчас, после нашего с тобой разговора, в твоей голове не произойдет никаких изменений, позже ты все поймешь.

— Когда же?

— Когда умрешь! Любой человек, каким бы упертым бараном он ни был, на смертном ложе понимает, как глубоко заблуждался по тому или иному поводу. Марк, ты знаешь, что такое экзорцизм?

— Представляю лишь по фильмам. Кажется, это ритуал изгнания злых духов?

— Практически верный ответ. Спрошу еще: ты когда-нибудь наблюдал воочию обряд экзорцизма?

— Нет, никогда не видел и не желаю видеть!

— Почему не желаешь? Ты боишься злых духов?

— Не знаю почему, но мне было бы неприятно наблюдать такое. Видеть, как человек бьется в конвульсиях, как изо рта идет пена и он испытывает безумную боль. Моя мать рассказывала мне, что видела нечто подобное. После этого она стала очень впечатлительной. Я думаю, что именно это загнало маму в могилу раньше времени. С тех пор меня к таким вещам не особо тянет.

— То есть получается, ты веришь в то, что происходит при экзорцизме? Ты веришь в злых духов? Веришь в то, что они овладевают нами, порабощают нашу волю, чувства и желания?

— Получается, что в них я верю! Наверное, это из-за мамы. Она была закоренелым скептиком, и мало что могло пошатнуть её взгляды. Обряд экзорцизма поменял её мировоззрение. Я верю, что в человека может вселиться некто необъяснимый и неподвластный только потому, что моя мать верила в это.

— Если они такие злые и желают людям столько зла, кто же сдерживает их силу? Дьявол? Если они обладают такой колоссальной силой, что из человека делают тряпичную куклу, почему не поработят и не уничтожат нас всех?

Марк не знал, что ответить.

— Не знаю, — растерялся Марк. — Может, они так с нами играют? Они кукловоды, а мы их куклы.

— Дьявол силен настолько, что способен одной лишь мыслью испепелить весь мир. Чья же могущественная и непостижимая сила сдерживает всю эту адскую рать?

— Дайте подумаю, — с сарказмом сказал Марк. — Бог?

— Бог? — со смехом сказала Эвелин. — А я думала, ты скажешь королева Елизавета! А теперь скажи мне серьезно, — улыбка у Эвелин резко исчезла. — Ты задумывался когда-нибудь над этим вопросом? Если ты веришь в зло, почему не веришь в добро? Ведь на каком-то одном элементе наш мир не устоял бы. Борьба добра и зла — это есть суть всего мироздания. Это вселенская суть и важнее неё нет ничего.

Марк молчал и быстро обдумывал слова Эвелин. Она окончательно его запутала, хотя в её словах был смысл. Но он так просто не сдаст позиции!

— Наверное, в чем-то Вы правы, — тихо сказал Марк.

— Везде есть своя доля правды, хотя истина всегда относительна. Она всегда находится между плюсом и минусом — ровно посередине. Каждый человек одни и те же слова и мысли интерпретирует по-своему. В итоге получается, что из уст одного звучит правда, из уст другого — ложь.

Ты уже сделал первый шаг, Марк! Ты поверил в дьявола. Из агностика ты превратился в атеиста. Осталось лишь поверить в Бога!

— Это будет намного сложнее, — весело сказал он.

Теперь ему нравилось беседовать с Эвелин. Всегда спокойная и рассудительная она давала ему высказаться. При этом она не навязывала Марку свои взгляды и мысли. Он подумал, что её следует свести с Исааком Леви. Марк бы многое отдал, чтобы посмотреть на их интеллектуальную дуэль. Сейчас он размышлял над её словами, предполагая, каким будет следующий вопрос. Она смотрела на него и молчала. «Обдумывает, наверное, план наступления» — подумал Марк. Наконец, она начала разговор.

— Знаешь что, Марк! Я всегда считала самыми умными людьми именно атеистов!

— Почему? — не понял он.

— Они, действительно, самые умные! Любой атеист обладает огромными знаниями. Надо обладать исключительным, абсолютным, безграничным познанием, чтобы быть уверенным, будто Бога нет!

— Я так понимаю, ваши слова были иронией?

— А чем же еще? Я вообще без иронии не могу смотреть на атеистов! Ты только подумай над своими словами. Вы, атеисты, постоянно требуете доказательств существования Бога, хотя сами не можете предъявить фактов Его отсутствия. Марк, если ты ничего не знаешь о Боге, это не значит, что Его нет. Ты считаешь, что всем миром управляют законы природы?

— Да!

— Тогда позволь тебя спросить: откуда же появились эти законы природы?

«И правда, откуда?» — Марк даже никогда не задумывался над этим.

— Я не знаю. Сами собой…

— Взрослый человек говорит, что в нашем мире что-то может появиться само собой. Хотя мне кажется это самый типичный ответ неверующего на данный вопрос. Скажи мне Марк, у тебя есть отец и мать?

— К сожалению, они уже давно покинули этот мир, — Марк не понял, к чему был задан вопрос.

— Твой отец зачал тебя в чреве твоей матери. Родители создали тебя. Ты не возник сам собой, не возник из ничего, верно?

— Да, — Марк чувствовал, что начинает прогибаться под давлением Эвелин. Какими простыми сравнениями она атаковала его маленький мозг!

— Значит Вселенную и все, что мы видим вокруг, кто-то создал, правильно?

— Вселенная возникла в результате большого взрыва. Мой профессор биологии в колледже рассказывал о том, как все началось. Умнейший человек, кстати.

— Хороший, видимо, профессор! Он видел взрыв? Он присутствовал там? Вы атеисты любите говорить о том, будто верите только в то, что видите и можете потрогать. Ты и твой профессор видели, как происходил большой взрыв, как формировалась Вселенная?

— Нет, не видел, — Марк ощущал себя все большим дураком.

— Ты живешь в доме, ездишь в автомобиле. Все это создалось само собой?

— Нет.

— Если я сейчас накидаю сюда досок, как думаешь, к концу нашей беседы здесь будет стоять дом?

— Конечно, нет! Дом нужно построить!

— Видишь Марк, ты согласен с тем, что само собой никогда ничего не происходит! Во всем нужна рука творца. Из ничего можно создать только ничего. Даже для создания простейшего вещества потребуется минимум два ингредиента.