Снова одним из лучших в корпусе показал себя танковый батальон майора Ф. П. Боридько. Во время одной из танковых атак противника в районе Обертина он уничтожил до десятка вражеских боевых машин. Высокое мужество и бесстрашие проявил экипаж лейтенанта В. И. Сыроежкина. Будучи атакован группой из 12 фашистских танков, он подбил два из них и сдержал натиск остальных до подхода главных сил батальона.

Гвардейцы-танкисты майора Ф. П. Боридько провели в боях и весь день 1 Мая. Они отметили праздник уничтожением четырех танков противника. А несколько дней спустя этот батальон участвовал совместно с другими частями корпуса в боях под Коломыей. Отразив атаки, наши танкисты и автоматчики окружили здесь большую группу гитлеровцев. Более 300 вражеских солдат и офицеров сдались в плен, а около 200 фашистов, оказавших сопротивление, были уничтожены.

Говоря об оборонительных боях корпуса в междуречье Днестра и Прута, нельзя не вспомнить добрым словом личный состав нашего 189-го отдельного медико-санитарного батальона. Ожесточенный характер вооруженной борьбы в этом районе неизбежно повлек за собой потери, особенно ранеными. Спасению их жизни отдавал все силы медицинский персонал корпуса. Люди с санитарными сумками проявляли во имя своего долга величайшую самоотверженность и бесстрашие.

Вот один из многих примеров. Было это в ночь на 1 мая. 2-й танковый батальон 45-й гвардейской танковой бригады вел бой за переправу через Днестр у Устечко. Один из наших танков, вырвавшийся вперед, был подбит. Это заметил санинструктор старшина В. С. Соловьев. Увидел он также, что экипаж не подавал признаков жизни.

— Убиты? А может, ранены? Хоть один-то, возможно, еще жив… Надо проверить!

Приняв такое решение, В. С. Соловьев подполз к подбитому танку. Противник вел сильный артиллерийско-минометный огонь. Но санинструктор, прижимаясь к земле, настойчиво, метр за метром приближался к неподвижно застывшей боевой машине. И вот он у цели. Все четверо танкистов оказались живы, но они были ранены, и это не позволяло им сдвинуться с места, а у командира танка младшего лейтенанта Бойко была перебита нога, и он был в бессознательном состоянии.

Быстро наложив жгут, Соловьев вытащил его из танка и на себе вынес в укрытие. Затем вернулся и, оказав первую помощь остальным танкистам, вывел всех их в расположение батальона.

Еще более напряженными были для В. С. Соловьева дни боев за деревню Живачев. Они длились трое суток. И все это время он бесстрашно бросался туда, где нужна была его помощь. Здесь молодой коммунист-санинструктор вынес с поля боя 18 раненых, в том числе 3 офицеров, и этим спас им жизнь. Командование высоко оценило боевые заслуги старшины В. С. Соловьева. Он был награжден двумя орденами Славы.

Доблесть и отвага, готовность к самопожертвованию во имя разгрома врага — эти высокие качества проявил в боях в междуречье Днестра и Прута весь личный состав корпуса. И они сочетались с воинским мастерством, уменьем успешно действовать в любой, самой сложной боевой обстановке. Это подтверждают результаты боевых действий корпуса. В период с 5 по 9 апреля наши соединения и части отразили все попытки окруженных прорваться к переправам через Днестр. А с 10 апреля по 10 мая, когда корпус был переброшен на рубеж Обертин — Коломыя, он столь же прочно удерживал и здесь свои позиции, отбивая ожесточенные атаки врага.

10 мая стало последним днем боевых действий корпуса в этом районе. Они продолжались более месяца. За это время соединения 1-й танковой, 18-й и 38-й армий отразили попытки противника наступлением в междуречье отбросить советские войска от Карпат и восстановить снабжение через Станислав, Черновцы, Кишинев.

В ходе этих боев врагу вновь были нанесены большие потери. Только во второй половине апреля было уничтожено до 7 тыс. солдат и офицеров противника, 117 танков, 48 артиллерийских орудий. Немалая часть этих потерь была нанесена гитлеровцам нашим корпусом. Всего же за период наступательных и оборонительных боев с 21 марта по 10 мая 1944 г. 11-й гвардейский танковый корпус уничтожил 11 350 вражеских солдат и офицеров, 88 танков, 111 орудий, 37 минометов, 141 пулемет, 743 автомашины и захватил около 600 пленных, 51 танк, 47 бронемашин, 74 орудия, 27 минометов, 1205 автомашин и 19 военных складов[124].

Но не только в этом были итоги 50-дневных боевых действий корпуса. Его воины внесли существенный вклад в успешное проведение Проскурово-Черновицкой наступательной операции 1-го Украинского фронта, в результате которой наши войска освободили значительную часть Правобережной Украины. В числе соединений Красной Армии, первыми вышедших на государственную границу СССР, был и наш 11-й гвардейский Прикарпатский танковый корпус.

Это знаменательное событие положило начало осуществлению великой освободительной миссии Красной Армии в отношении народов и стран, порабощенных германским фашизмом. Оно вселяло еще большее воодушевление в сердца наших воинов, с радостью видевших, что сбывается вера в победу над врагом, во имя которой вот уже почти три года сражались Вооруженные Силы нашей Родины, весь советский народ.

Всеми красками весны расцветала земля. Вместе с ожившей природой возвращались к жизни освобожденные города и села. Много утрат понесли советские люди за время оккупации. Но теперь они были вырваны Красной Армией из фашистской неволи, и сознание вновь обретенной свободы, возвращения на Родину придавало новые силы. И повсюду уже кипела работа на восстанавливаемых фабриках и заводах, на возрождаемых полях.

А воины Красной Армии готовились к новым боям. Нужно было завершить полное освобождение советской территории, помочь другим народам в изгнании оккупантов и, наконец, уничтожить врага в его собственном логове. Предстоял еще долгий и трудный путь борьбы. Но мы были готовы к новым боям.

12 мая 1944 г. 11-й гвардейский танковый корпус был выведен в район Тышковцы — Чернелица — Городенка для подготовки к дальнейшим боевым действиям. Здесь мы находились почти до конца июня. Соединения корпуса доукомплектовывались, вели боевую и политическую учебу.

То был период непродолжительного затишья на советско-германском фронте. Красная Армия использовала его для подготовки к летним наступательным операциям. Противник же, потерпевший крупные поражения в ходе зимнего и весеннего наступления советских войск, лихорадочно укреплял свою оборону, стягивая силы на те направления, где он ожидал наших новых ударов.

Переброска вражеских резервов на восток продолжалась во все возрастающих масштабах и после того, как наши западные союзники 6 июня 1944 г., наконец, начали высадку войск во Франции. Второй фронт в Европе был таким образом открыт, и это еще более ухудшило положение гитлеровской Германии, и без того резко осложнившееся в результате успешных наступательных операций Красной Армии. Как известно, в тот период советские войска завершали освобождение территории СССР, вступили в пределы Румынии, стояли на подступах к границам Польши, Чехословакии. Освобождение этих стран Красной Армией и перенесение боевых действий на территорию Германии было уже перспективой ближайшего времени.

В этих условиях немецко-фашистское командование и после открытия второго фронта на Западе направляло свои главные усилия на Восточный фронт. Здесь были по-прежнему сосредоточены основные силы и средства противника. Они насчитывали 4 млн. солдат и офицеров, около 49 тыс. артиллерийских орудий и минометов, более 5200 танков и штурмовых орудий, почти 2800 самолетов[125].

Больше половины этих войск противник сосредоточил на юго-западном направлении, где он ожидал главного удара со стороны Украинских фронтов. Однако просчитался. Это в значительной степени было результатом проведенных Советским командованием мероприятий по дезориентации противника в отношении ближайших планов Красной Армии. Хотя, согласно этим планам, наступательные действия намечались на всем огромном советско-германском фронте, все же основные события летом 1944 г. должны были развернуться в Белоруссии, где готовились к наступлению войска четырех фронтов — 1-го Прибалтийского и трех Белорусских, а также в полосе нашего 1-го Украинского фронта.