— Наташа.

Ну, конечно, как не дать орхидею маминой подруге.

— Руслана.

Наша пышечка, наряженная в темно-синее платье свободного кроя, вздохнула с явным облегчением. Наверное, опасалась, что безупречная мама Андрея отбракует ее из=за нестандартной внешности.

— Кристина.

Так, значит дрессировщица тоже остается.

— Алиса.

Камбрия перекочевала в руки Лисы.

— Вероника.

Ну что ж, певица тоже в игре. Хотя я и считала ее главной кандидаткой на вылет.

— Ася.

Ну наконец-то! Я ждала этого момента весь вечер. Я шагнула вперед, навстречу Андрею и золотое платье заискрилось в вечернем освещении. Я не знала, какой цветок Амалия приготовила для нее. Амалия не сказала мне.

Андрей протянул мне орхидею и я едва не вскрикнула. Такого необычного цветка я не видела никогда в жизни.

— Какая красивая!

Угольно черные лепестки и нежно-розовая сердцевина.

— Какое чудо… Как она называется? — прошептала я.

— Черная жемчужина, — ответила Амалия, впервые за день одарив меня искренней и открытой улыбкой. — Очень редкий сорт.

Я вернулась на свое место совершенно счастливая.

Вера и Мила замерли в напряжении. В руках Андрея осталась только одна нежно-сиреневая орхидея. И этот цветок Амалия тоже срезала без меня. И вот теперь, стоя под прицелом камер, я пыталась угадать, кому из них двоих он предназначен.

Мое сердце вновь колотилось так, будто я сама была одной из кандидаток на вылет. Кто уйдет? И кто на самом деле принял это решение — Андрей или Амалия? Андрей вряд ли выгонит Веру. Она симпатична ему как человек, да и… И, конечно, не только. Ни к чему себя обманывать. Их поцелуй я видела своими глазами. В нем было столько страсти… И не только со стороны Веры.

Не может нормальный половозрелый мужчина смотреть на звезду «Playboy» Веру Пыльеву и видеть в ней только хорошего человека. Андрей точно не отправит ее домой. По крайней мере, не сейчас. А вот Амалия — другое дело.

Мила… О ней я мало что могу сказать. Мы почти не общались здесь. Книг ее я не читала. Знаю, что к следующему сезону наш канал готовится снимать сериал по ее книгам. И это, безусловно, повод для руководства подержать ее здесь подольше.

— Андрей, твое решение! — сдали нервы у Комаровского.

— Вера, — произнес Истомин и Пыльева подошла к нему с таким видом, будто бы нисколько не сомневалась, что останется здесь.

— Мила, прости. Мне было очень приятно познакомиться с тобой, — говорил Андрей писательнице.

— Жаль. Но мы действительно с тобой хотим разного.

Истомин кивнул.

— Она призналась ему на свидании, что не хочет детей, — шепнула мне Лиса.

Я буду жалеть только об одном, — заявила писательница на прощание. — Что так и не узнала, кто скинул с крыши Машку, отравил Веру и покалечил Аиду. — Мне бы это очень пригодилось для новой книги.

— Это вырезать! — рявкнула Аида.

— Не беспокойтесь, — отозвался оператор Миша. — Мы уже и не снимаем.

Во время завтрака вдруг вошел дворецкий и внес небольшую корзинку. Внутри, конечно же, лежал конверт.

— Ну, кто откроет? — спросил Комаровский.

Алиса успела первая.

— Вера и Ася. Хочу понять, что мне ближе — лед или пламя.

Так. Это явно писал не Истомин. Это писали редакторы.

Мы отправились в спальню наряжаться на свидание. Илона сообщила, что нам потребуется теплая и красивая повседневная одежда. Я натянула любимые джинсы, вязаный белый свитер и вставила в уши сережки-жемчужины. Вера остановила свой выбор на шерстяном платье, облегавшем умопомрачительную фигуру и высоченных каблуках. На меня она смотрела исключительно сверху вниз. Причем разница в росте явно была не единственной причиной для этого. Во взгляде модели читалось молчаливое превосходство. Ну еще бы. Он так ее целовал. Уфф. Забыть не могу. Так и стоит эта сцена перед глазами.

Истомин заехал за нами на лимузине.

— Как вы думаете, почему я пригласил на свидание именно вас? — спросил Андрей, когда мы вместе с оператором сели в машину.

Я пожала плечами.

— Ты объяснил это в записке. Мы с Верой абсолютно разные, но самое главное, что ни одна из нас не играет.

— Это ты так считаешь, а я считаю, что ты играешь и на проект пришла за рейтингами, — тут же возразила мне Вера.

Это было чистой правдой, но я оскорбилась до глубины души. Пришла я, может, и за рейтингами. Но осталась совершенно по другой причине. Похоже, Вера решила, что настало время сбросить маски и идти в наступление.

— Вера, — сказала я как можно спокойнее. — Ведь ты не знаешь, что происходит между нами. Ты же не присутствуешь на наших свиданиях. Тогда как ты можешь так говорить?

Пыльева фыркнула и замолчала, отвернувшись к окну.

Нас привезли к дому, похожему на белый куб.

— Кронпринц ждет вас внутри, сообщила редакторша. Мы с Верой выбрались и машины, стараясь не запачкать платья и пошли к зданию. Съемочная группа бежала следом.

Войдя внутрь, я охнула. Стены были изо льда. И пол тоже.

— Пальто не снимаем, — скомандовала Ольга, наш редактор.

Звучала странная музыка, под которую актеры в масках извивались в не менее странном танце.

— А… Интересно, что мы тут будем делать? — Вера взяла меня под руку, мигом забыв про свои претензии.

Нам навстречу вышел Андрей.

— Вы обе очень красивые, но вы произвели на меня совершенно противоположенное впечатление. Вера, благодаря своему образу жизни, привыкла к гламуру, роскоши и вечеринкам. Ася показалась мне очень закрытой девушкой, можно даже сказать, холодной. Сегодня я хочу узнать, какие вы на самом деле.

Это тоже напоминало заученную по бумажке речь. Похоже, Людмила решила серьезно вмешаться в ход событий. Столкнуть двух главных претенденток на победу лбами и сделать из этого шоу. Что ж. Все правильно. Все по законам телевидения. Значит, Лиса уже не фаворитка. Одна ошибка и ее рейтинги упали.

— Андрей, а мы где? — спросила я, улыбаясь и заглядывая в глаза Истомину в надежде, что он перестанет, наконец, играть по сценарию.

— Мы в мастерской ледяных скульптур, — пояснил кронпринц, избегая встречаться со мной взглядом. — Проходите.

Он толкнул одну из дверей и мы оказались в комнате, уставленной ледяными кубиками разного размера. На них, в поставках, стояли свечи. Лед и пламя. Очень красиво.

— Это Себастьян, — представил Истомин мужчину средних лет в вязаном свитере. — Он скульптор. Сегодня он научит нас азам.

— Мы будем делать ледяные скульптуры? — захлопала в ладоши Вера. — Как здорово!

— У меня для тебя более заманчивое предложение, — ответил Истомин с загадочной улыбкой. — Ты такая красивая, Вера…

Я вспыхнула. Так он позвал меня сюда, чтобы издеваться? Чтобы говорить при мне комплименты Пыльевой?

— …и я бы хотел, чтобы сегодня ты позировала для Себастьяна, он сделает ледяную скульптуру с тебя.

Вера гордо задрала нос и, несмотря на протесты Ольги, скинула пальто, выставив на всеобщее обозрение роскошный бюст. Довольный скульптор усадил ее в кресло и взялся за работу.

— Ну, а у меня какое задание? — хмыкнула я. — Подавать горячие напитки?

— А мы с тобой будем делать ледяное сердце, — ничуть не смутился Андрей. — Ты умеешь обращаться с бензопилой?

Вот так вопрос.

— С бензопилой? Ну… честно признаться, никогда не пробовала.

— Сегодня научишься.

Он взял пилу в руки и повел меня к большому ледяному кубу, стоящему на подставке.

— Все как в жизни, Ася… — сказал он мне, когда мы отошли достаточно далеко от Веры и Себастьяна. Впервые за день он заглянул мне в глаза. Как я соскучилась по его взгляду. Ведь это единственное, что между нами было. Мы ведь с ним даже не целовались ни разу. Никогда в жизни я и подумать не могла, что взглядом можно так нежно прикасаться.

— Все, как в жизни. Мы с тобой должны отсечь все лишнее, чтобы осталось только сердце. Только любовь. Ты меня понимаешь?