Понимание той проблематики, которую мы рассмотрели в главах 2 — 4, это — необходимая основа для того, чтобы приступить к рассмотрению работы личностной психики как информационно-алгоритмической системы в разных режимах в ходе решения различных задач в жизни индивида и обществ, включая и наиболее значимые задачи — познавательно-творческого по их сути характера.

Понятно, что если в психике личности нет информации, нет алгоритмики её обработки, то нет и личности, а для психологии — нет и объекта изучения. Информацию в психику приносят органы чувств не только вещественного тела, но и биополевые[153]. Если говорить об информации, приносимой чувствами на протяжении жизни индивида, то в этом потоке можно выделить информацию, которую можно назвать «первичной». «Первичная» это — та информация, которой в психике индивида не было ранее того момента, как она впервые стала доступна личности. Вся остальная информация, приносимая органами чувств, представляет собой некие дубли, вариации и комбинации той информации, которая в качестве первичной некогда попала в психику индивида.

Поступление в психику первичной информации по своей сути аналогично поставке на стройплощадку строительных материалов, поскольку без поступления первичной информации невозможно развитие мировоззрения и миропонимания ни в аспекте расширения кругозора, ни в аспекте наращивания детальности субъективной модели Жизни. Без поступления новой первичной информации возможны только перестройка системы взаимосвязей между компонентами мировоззрения и миропонимания, и моделирование течения событий и творчество, но только на основе уже наличествующей в психике информации.

Понятие о первичной информации подводит нас к вопросу, который можно назвать исходным вопросом психологии как науки:

Самодостаточен ли человек в способности к выборке из потока событий Жизни информации, и прежде всего — первичной информации, либо же нет? Или в иной формулировке: Чем обусловлена способность человека выделить «сигнал», несущий ту или иную информацию, из потока событий Жизни?

Выбор одного из двух ответов на этот вопрос по своему существу есть выбор одного из двух классов теорий, описывающих как становление личностной психики, начиная с внутриутробного периода жизни, так и психическую деятельность индивида во всех возрастных периодах.

Каждый из двух вариантов ответа на поставленный вопрос порождает два взаимно исключающих мнения и о возможностях человека в этом Мире:

·    Если попадание информации (в том числе и первичной) в психику полностью обусловлено самой этой психикой и здоровьем организма, то субъект в пределах этих ограничений объективно имеет возможность идти по Жизни, куда и как хочет; а различие судеб и реализующих судьбы биографий[154] людей в своей основе имеет немотивированно случайный характер.

·    Если же попадание информации (и прежде всего первичной) в психику обусловлено не только психикой и здоровьем организма, но и неподвластными субъекту объективными процессами, включая и прямое распределение информации Богом Вседержителем, то:

Ø     есть области, куда одному субъекту будет позволено идти в его личностном развитии и в деятельности предоставлением ему соответствующего информационно-алгоритмического обеспечения;

Ø     но другой субъект при всём его рвении не сможет войти в те же области, будучи лишён необходимого информационно-алгоритмического обеспечения деятельности; не сможет войти в них, по крайней мере, до тех пор, пока в результате исключительно своей психической деятельности не изменит в себе самом нечто, после чего ему извне будет предоставлен доступ к соответствующему информационно-алгоритмическому обеспечению пути и деятельности;

Ø     а различие судеб и реализующих судьбы биографий людей, носит Промыслительный характер, т.е. мотивировано целями Промысла и только воспринимается в качестве якобы «случайного» в миропонимании плохо осведомлённого Я-центризма, тем более — Я-центризма, приверженного атеизму.

И такого рода различия судеб и возможностей субъектов в получении доступа к определённой информации предстают как объективные, хотя в чём-то возможно и обусловленные историей его предшествующего субъективизма.

Выбор одного из двух вариантов ответа на поставленный выше вопрос носит характер, принципиальный для понимания всей психической деятельности индивида и её взаимосвязей с Жизнью, поскольку вся субъективная психическая деятельность начинается только после того, как первичная информация стала достоянием психики субъекта. Также должно быть понятно, что все люди отличаются друг от друга информационным своеобразием психики каждого из них, в основе чего тоже лежит своеобразие получаемой ими первичной информации; а своеобразие обработки информации в психике и сами результаты обработки являются следствием первичной информации, полученной в прошлом, а так же и предпосылками к получению определённой первичной информации в дальнейшем либо к прерыванию потока первичной информации на более или менее продолжительное время до переосмысления индивидом полученного им ранее.

Однако вопрос, который был назван выше исходным вопросом психологии как науки, в исторически сложившихся традициях психологии Запада и Востока обходится молчанием и, соответственно, прямой ответ на него не даётся. Поэтому нам придётся войти в его рассмотрение самим. И ход поиска ответа на этот вопрос по своей сути будет представлять пример-иллюстрацию того, как протекает процесс всякого познания.

Способность индивида разграничить в своём восприятии Жизни разнокачественности — в общем случае можно назвать «различением». Безусловно, что отчасти способность к различению обусловлена биологией организма человека и развитостью на этой биологической основе его личностной культуры чувств:

·    Так все мы на биологической основе, соответственно генетической запрограммированности наших способностей к мировосприятию, различаем цвета в пределах спектра, высоту звуков и многое другое.

·    А на основе этого генетически запрограммированного потенциала развивается культура общества, включающая и воспроизводящая в преемственности поколений личностную культуру психической деятельности каждого человека, в том числе и культуру чувств (культуру мировосприятия).

В результате специфического развития культуры в языках северных народов существует до сотни слов, которыми обозначаются оттенки цвета «белого» снега, которые различают их представители[155]. В разных языках сложились разные наборы звуков, на основе которых строится речь, в результате чего, то, что в нашем восприятии звуков, например, сводится к некоему общему звучанию, обозначаемому буквой «Х», для араба — это несколько различных звуков, обозначаемых на письме разными буквами. Поэтому разные народы на основе своей языковой культуры в иноязычной речи «слышат» одни звуки и не слышат другие (так японцам надо учиться обращаться со звуком «Л», которого нет в их языке и который они большей частью заменяют звуком «Р»), что находит своё выражение в транслитерации[156] одних и тех же заимствованных слов в разных языках[157].

Это всё — выражение того, что исторически сложившаяся культура формирует в психике растущего в ней индивида систему распознавания явлений жизни; в основе этой системы лежит мировоззрение личности в том виде, в каком оно успело сложиться к моменту распознавания на её основе конкретного явления в потоке событий жизни. В процессе распознавания явлений жизни на основе этой субъективной системы входной поток информации, приносимой органами чувств сопоставляется с мировоззренческой моделью мира. Вследствие этого индивид способен в окружающей среде распознавать только те явления, образы которых уже наличествуют в его мировоззрении, а так же и комбинации явлений, составляющих его мировоззренческий базис.