Вот почему долгое время шла «религиозная борьба», как на Руси, так и на Западе. Эта борьба приобрела особое значение в момент появления книгопечатания. Рукописных книг было мало, их легко можно было уничтожить, чем в Европе часто грешили, а вот с появлением печати тиражи стали большие, и нужно было успеть к этому времени ввести необходимые корректировки, чтобы все считали, что так было всегда. Но делать это необходимо осторожно, не меняя основных положений, на которые в то время обращали внимание христиане.

Учитывая интерес «корректоров» и их логику, можно выявить эти дополнения и найти «откорректированные» ими тексты.

Наша задача состоит не в том, чтобы проводить полный анализ Библии, а в том, чтобы показать метод «исправления» текста и внесения дополнений, которые впоследствии помогли реализовать цели знахарства.

Кстати, отметим, что в Талмуде установлены полномочия раввинам отменять, в определённых случаях, библейское предписание (Иев. 89б-90б), т. е. раввинам дано право корректировать Библию.

Мы уже говорили, что один из первых шагов заключался в привязке Иисуса Христа к иудейству, что и было сделано с помощью сфабрикованного родословия. Христиане считают, что Христос — Сын Божий, однако в Евангелиях от Матфея и Луки даётся некая родословная. В Евангелие от Луки в главе 3 стихи с родословной (начиная с 23 и до конца главы) просто — явная вставка, так как в 22 стихе говорится о Святом Духе, сошедшем на Иисуса в виде голубя, и затем вставлена родословная. Глава 4 начинается с того, что Иисус был введён Святым Духом в пустыню. Если удалить вставку с родословной, то логика текста восстанавливается, т.е. Святой Дух сошёл на Христа и повёл его в пустыню.

Чарльз Б. Уайт[81], сравнивая апокрифическое Евангелие от Маркиона с Евангелием от Луки, подчёркивает: «Вопрос, какое из этих двух евангелий появилось раньше, является одним из интереснейших вопросов в истории раннехристианской литературы». Сам автор пришёл к следующему выводу:

«Не может быть сомнений, что Евангелие Маркиона было написано первым, а автор Евангелия Луки дополнил его текст плодами своего воображения. … сам факт, что практически каждое слово Маркиона повторено у Луки, наряду со значительным объёмом дополнительного материала, является надежным подтверждением теории, согласно которой автор Евангелия от Луки пользовался, помимо прочего материала, полным списком Евангелия Маркиона».

Но самое интересное для нас то, что «у Маркиона полностью отсутствуют три начальные главы Луки, за исключением начальной фразы третьей главы, бывшей и начальной фразой Евангелия Маркиона: “В пятнадцатый год Тиберия Цезаря…”».

А ведь именно в третьей главе у Луки приводится родословная Христа, которой нет у Маркиона. Евангелие Маркиона не устраивало хозяев проекта, и его автора объявили «еретиком», несмотря на известный факт, что церковь Синопа, где жил Маркион, получила непосредственно от Апостола Павла собрание записей о жизни и учении Христа, которыми Маркион лишь воспользовался.

Приведём некоторые сравниваемые тексты (добавления, наличествующие в тексте Луки выделены нами жирным):

Маркион (1:4): Говоря: Оставь нас; что Тебе до нас, Иисус?

Лука (4:34): Говоря: Оставь нас; что Тебе до нас, Иисус Назарянин?

Маркион (1:10): И пришёл в Назарет, и вошёл, по обыкновению Своему, в день субботний в синагогу, и встал читать.

Лука (4:16): И пришёл в Назарет, где был воспитан, и вошёл, по обыкновению Своему, в день субботний в синагогу, и встал читать.

Из текстов видно, что авторы Евангелия от Луки искусственно привязывают Христа к иудейскому городу.

Маркион (16:9): Иисус сказал ему: ныне пришло спасение дому сему.

Лука (19:9): Иисус сказал ему: ныне пришло спасение дому сему, потому что и он сын Авраама.

Маркион (21:7): Что Сыну Человека надлежало пострадать и быть предану.

Лука (24:7): Сказывая, что Сыну Человеческому надлежит быть предану в руки человеков грешников, и быть распяту, и в третий день воскреснуть.

Маркион (20:2): И начали обвинять Его, говоря: мы нашли, что Он развращает народ наш, и разрушает Закон и пророков, и запрещает давать подать кесарю, и совращает женщин и детей.

Лука (23:2): И начали обвинять Его, говоря: мы нашли, что Он развращает народ наш и запрещает давать подать кесарю, называя Себя Христом Царём.

Уайт рассуждает только о первичности текста Маркиона по сравнению с Лукой, но не понимает, для чего Лука изменял текст. Для нас же это не является загадкой, так как мы знаем, что у авторов ростовщического проекта были свои цели и соответственно им они корректировали все произведения, прежде чем включить их в канон Нового завета.[82]

Кстати, вы не увидите родословной Христа и в других апокрифах.

Ганс Йонас автор книги «Гностицизм»[83] исследовал творчество Маркиона и привёл интересные для нас факты:

«Канон, который Маркион положил для Церкви, был, понятно, беден по содержанию. То, что Ветхий Завет полностью остался за его пределами, само собой разумеется. Из известного в наше время Нового Завета были приняты только Евангелие от Луки и десять Посланий Павла; послания тоже с некоторыми исправлениями и опущениями того, что Маркион принимал за иудаистские вставки. Последние также, на его взгляд, вторглись и в Евангелие от Луки, которое в целом он рассматривал как достоверное, т.е. данное Богом (а не Лукой); следовательно, оно нуждается в осторожном редактировании: история рождества, например, с её ссылками на Давида, должна быть убрана, а также и многое другое».

То, что Библия редактировалась целенаправленно, показывает диалог Арсения (Суханова) с монахами Афона[84], которые были тоже включены в реализацию этого проекта. Монахи доказывали Арсению, что русские священные книги искажены, на это Арсений отвечал:

«А мне думается погрешено у вас. Ибо по взятии Цареграда турками латиняне выкупили все греческие книги, а у себя, переправя, напечатали и вам роздали».

Арсений пишет, что по дороге из Молдавии в Москву он встретил одного монаха серба. У того серба на Афоне имелись книги московской печати. Монахи нашли в них расхождение с греческой и афонской практикой, подвергли серба гонению, а его московские книги сожгли.

Продолжим дальше анализировать Новый завет.

В главе 4 Евангелия от Иоанна приписали Христу то, что он не мог сказать в разговоре с самарянкой:

20. Так объясни же мне, почему наши отцы поклонялись на этой горе, а вы, иудеи, говорите, что Богу следует поклоняться в Иерусалиме?

21. Иисус ответил: — Поверь Мне, женщина, настанет такое время, когда вы будете поклоняться Отцу не на этой горе и не в Иерусалиме.

22. Вы, самаряне, и сами толком не знаете, чему вы поклоняетесь, мы же знаем, чему поклоняемся, ведь спасение — от иудеев.

23. Но наступит время, и уже наступило, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, потому что именно таких поклонников ищет себе Отец.

Ну, причем здесь «спасение — от иудеев»? После слова «поклоняемся» логически следует: мы поклоняемся Отцу истинному. Это достаточно грубый промах, можно было бы и поаккуратнее внести в текст отсебятину.

В ходе анализа нами были просмотрены разные редакции Библии, в том числе и Острожская Библия — основные тексты этих книг по своему смыслу не отличаются друг от друга, хотя есть и весьма значимые разночтения[85].

Так что в России коррекция начиналась как минимум с Острожской Библии, но в мелочах продолжалась до конца XIX века, да и в XXI веке этот процесс не прекратился.

Ещё одининтересный факт. Во время ереси жидовствующих на Руси в XV веке у еретиков были найдены Псалмы, по поводу которых архимандрит Кирилло-Белозерскогомонастыря Варлаамписал:«Ни в одном из псалмов этого перевода нет пророчеств о Христе»[86]. Хотя богословы всё валят на козни жидовствующих, это может означать, что Псалмы к тому времени ещё не были отредактированы с точки зрения контекстуальной привязки Нового завета к Ветхому.