Тем не менее в его жизни намечается перемена к лучшему. Началось сближение с Мишелем. В 1887 году он примирился с его новой семьей и увеличил сумму на ее содержание. В 1888 году Жюль Верн встретился с молодой женой Мишеля, она очаровала писателя. Он никак не ожидал найти у этой маленькой женщины так много здравого смысла и такое ясное понимание всего происходящего. Ее терпеливое поведение поражает его, он понимает, что отныне их будет двое и что вместе они смогут оказать благотворное влияние на Мишеля. Так зародилась между ними живейшая симпатия, которая с годами будет только крепнуть.

Работая над корректурами книг, сданных в набор, Жюль Верн одновременно увлекается изучением Канады. Он попросил Жюля Этцеля достать ему книги по истории Канады, особенно касающиеся периода 1830-1840 годов, т. е. периода восстания. Вскоре он уже возвращал ему выправленные оттиски своего нового романа[104].

Писатель с интересом прочитал книгу Ровейо, ознакомился в Национальной библиотеке с трудами Гарно, очерком Ж. В. Каррье и просмотрел Рюсселя. Жюль Верн цитирует этих авторов и с их помощью знакомит читателей с доподлинной историей Канады и проблемой Квебека, которая так остро стоит сегодня. Короче говоря, этот роман сохранил свою актуальность и в наши дни.

Относительно достоинств этого произведения мнения разделились: одним оно показалось скучным, и это не может не вызывать удивления, так как речь идет о романе «в духе Купера». Воображение молодежи будоражат таинственный персонаж, у которого нет больше имени, и сменяющие друг друга драматические события. Для человека взрослого, давно утратившего непосредственность восприятия, тайна эта не составляет загадки, но, если у него сохранились некоторые эмоции, его не могут оставить безучастным описания слепого гнева толпы и печальных последствий, к коим приводят репрессии, не говоря уже о документальном интересе повествования, а это весьма существенно.

Покончив с историческим романом о Канаде, писатель обратился, а вернее, вновь вернулся, к теме, затронутой им в книге «С Земли на Луну». Жюль Верн подружился с горным инженером, отличным математиком, который предложил ему сюжет, подкрепленный «гигантской работой», — он перевел на язык цифр химерический проект математика Пушечного клуба Мастона, заключавшийся в намерении изменить направление земной оси. Бадуро уступает писателю свою работу за 2500 франков. Жюль Верн не знал, «радоваться ему или ужасаться». Он «допускает фантазию в науке, но ведь нельзя же, чтобы они вступали в противоречие друг с другом».

Не желая присваивать себе чужую заслугу, писатель потребует, чтобы математические расчеты Бадуро были напечатаны отдельно в конце романа[105]. Что же касается самого Бадуро, то он фигурирует в книге в облике Альсида Пьердэ.

Читатель снова встречается с членами Пушечного клуба, постаревшими на двадцать лет. Общее собрание Арктической промышленной компании описано живо и с юмором, но менее красочно, чем заседание Пушечного клуба. Барбикен и Николь, став обыкновенными исполнителями, отошли на второй план, уступив главенствующую роль Дж. Т. Мастону, хотя и он уже не так смешон и не так комичен, как в романе «С Земли на Луну». Книга написана с воодушевлением, несмотря на то что в ней повторяется сказанное двадцатью годами раньше. Даже появление Мастона лишено неожиданности, так как это наш старый знакомый.

Вы, конечно, помните, что Барбикен и К° покупают с торгов приполярные области с целью эксплуатировать каменноугольные залежи Северного полюса. Помните и утверждение Барбикена: «раз человек не может подойти к полюсу, то полюс подойдет к человеку», для этого, оказывается, достаточно переместить ось, вокруг которой движется земной шар, перпендикулярно к плоскости его орбиты.

Как только новая ось станет перпендикулярна эклиптике[106], не будет больше времен года, не будет ни холодных, ни жарких поясов, во всех районах земного шара установится ровный, умеренный климат. И так как расчеты грядущих перемен сделаны Мастоном, никто и не помышляет усомниться в успехе начинания.

Чтобы добиться искомых результатов, Барбикен и К°буравят галерею в толще африканской горы Килиманджаро, высота которой на тысячу метров превышает высоту Монблана. Это «ствол» пушки, которая под воздействием секретного взрывчатого вещества должна выбросить в южном направлении снаряд весом в сто восемьдесят тысяч тонн. Сила отдачи при выстреле и даст Земле толчок, необходимый для выпрямления ее оси.

Выстрел произведен, но никаких изменений не последовало, так как Мастон, повергнутый наземь громом в тот самый момент, когда писал на черной доске число 40.000.000, выражающее в метрах длину окружности земного шара, не успел приписать три последних нуля! А стало быть, для перемещения Северного полюса понадобился бы триллион пушек, подобных той, которая была выдолблена в толще Килиманджаро, а им «не уместиться на нашей планете, даже если бы вся ее поверхность состояла из одной только суши»!

В романе разоблачаются честолюбивые замыслы неосторожных людей, которые могут привести к изменению существующего порядка в природе. А нам слишком хорошо известно, сколь опасны манипуляции, которые грозят нарушить природное равновесие. Используя великую силу науки не на благо, а во вред людям, человек уничтожает самого себя.

Итак, в октябре 1888 года издатель располагал двумя романами — «Семья без имени» и «Перевернутый мир» («Вверх дном»). Писатель сообщает, что на 1890 год он задумал новый роман, «Путешествие вспять», действие которого происходит на севере Америки и в Сибири. В то же время он сотрудничает с Деннери. «Что со мной сталось бы, боже ты мой, если бы я не работал по 6-7 часов в день», — пишет он Жюлю Этцелю.

Жюль Верн, по всей видимости, и в самом деле ищет забвения в кипучей деятельности. В семье с удивлением узнают, что он выставил свою кандидатуру в Муниципальный совет. Писатель так и не утратил интереса к политике, ибо принадлежал к кружку Этцеля-отца. В их переписке часто встречаются намеки на выборы, обсуждаются актуальные вопросы. По своим убеждениям Жюль Верн считает себя приверженцем левых, и его имя фигурирует в списке социалистов, что вызывает возмущение добропорядочных амьенских граждан. Жюлю Этцелю и брату он объясняет, что ярлыки ничего не значат, главное то, к чему стремится возглавляющий их список доктор Пети, к которому он испытывает глубочайшее уважение и дружескую симпатию. Как истинный последователь идей революции сорок восьмого года и сен-симонизма, писатель хочет приносить пользу своим согражданам.

И все-таки тот факт, что он выставил свою кандидатуру, наделал много шума. Так, один из его итальянских почитателей предлагает писателю 150 000 франков, чтобы покрыть издержки избирательной кампании, предлагая ему выставить свою кандидатуру в сенат. Стоит ли говорить, что Жюль Верн только посмеялся над этим предложением.

К работе в Муниципальном совете он относился с такой же скрупулезностью, как и к редактированию своих книг. В его ведении находились вопросы искусства, и он не пропускает ни одного заседания. Благодаря его стараниям в городе построен муниципальный цирк. Возможно, идея этого сооружения, кстати сказать удавшегося на славу, явилась следствием нежного отношения писателя к циркачам, которым он воздал должное в романе «Матиас Шандор», они-то и подсказали ему сюжет новой книги. И в самом деле, «Путешествие вспять», а точнее, «Сезар Каскабель» — это история семейства бродячих акробатов, которые решили добраться из Сакраменто до Нормандии в своем фургоне, а для этого надо было пересечь весь Запад Соединенных Штатов, Аляску, Берингов пролив, Сибирь, Россию…

Первая часть книги, опубликованная в 1890 году, предназначалась, по всей видимости, юным читателям «Журнала воспитания и развлечения», это в полном смысле слова жанр «книги для юношества», к которому все более склоняется писатель. В Беринговом проливе автор чувствует себя более привычно. Фургон, терпящий бедствие посреди вздыбившихся льдов, не может оставить читателя безучастным, а уж когда льды увлекают фургон к ледяному припаю Ляховских островов, тут и говорить нечего.