Евреи воспринимают мир как огромную тюремную камеру, от которой потерян ключ. Надо кричать и стучаться. Зря он не догадался устроить музейный экспонат «Купе отъезжающего», показывать всем до отхода поезда и брать по иконе за вход. Русских евреев там не любят. Бюрократия страшная. Но туда надо ехать, понимаешь? Может, устроить костер из старых чемоданов?

Там, где у нас все начинается, у них все кончается, потому что мы живем справа налево. В России кончается то, отчего все хотят уехать туда, где именно это все и начинается.

У них все в порядке, но они для порядка должны делать вид, что у них не все в порядке. Я не против традиции, но сапожность процесса подавляет.

— Когда я преодолеваю частицу тебя внутри себя, я чувствую себя настоящим человеком.

— А когда о твоих подвигах не знает сосед по лестничной площадке, ты чувствуешь себя ничтожеством.

Кончай-ка кофей да идем гулять. Вспомни, какую нам Палестину выходить предстоит. (Современная идиллия.) Удавы — лучшие няньки. Но Оля не может таскаться с узлами по Европам. Оля подавлена. Но воля не хочет сдаваться. Воля настаивает на том, чтобы не было другой комнаты, куда можно уйти. Воле это дорого обойдется. Он и так распадается, но распад ведет к ядерному взрыву. И в кибитках с узлами настоящие женщины не поедут за нами.

Лови фантомами души летящие напрасно миги. Боинг 707?

В конечном счете виноватой окажется воля, которая не сказала: «Иди!» Гибрида тут не получится. Интонации сожаления уже не способствуют продолжению старого разговора. Вот чем обернулась фраза: «Ему некуда деться». Все равно тебе, воля, некуда деться. Будущее представлялось колодцем, на дне которого лежит удав — лучшая сиделка для стариков, впавших в детство.

Потерянный ключ и стал поводом для уклонения от повинности.

Чем больше ему не везет, тем виноватей выходит она. Что мне, по Европе с узлами таскаться? Пусть он не думает заводить себе вторую Пушкинскую улицу. У нее от твоих уговоров разболелось сердце. На собачьей выставке судьи кличут собаку по имени владельца: «Кобель Рабинович, наденьте ошейник!»

Общественное помешательство: вся страна думает, куда бы переехать. Пора уходить. Жаль уходить с четверга. Ты или уходи или оставайся. Нельзя уже четвертую чашку чаю, одновременно говоря, что пора двигаться. Сейчас закроется метро и тебе придется здесь ночевать. Места достаточно, но с бельем хуже.

Зиновий Зиник

«Путешествие без Надежды» в оригинале — 120 машинописных листов формата А5. Пагинация сделана простым карандашом. Есть исправления и рукописные добавления (у нас воспроизведены курсивом). Перед текстом лист более плотной бумаги с рукописным заглавием «Путешествие без Надежды» и (карандашом): «120 стр. / она остается с кем-то еще».

В подготовке комментариев принимали участие М.Н. Айзенберг, 3. Зиник, А.Ф. Ожиганов, Е.П. Шумилова.

В 67 году ему было 22 года. Он только что окончил МГУ — речь здесь идет о 3. Зинике.

Пошли по редакциям — это то, что предложил мне тогда Асаркан (3. Зиник). п.п. гр. — потомственный почетный гражданин.

[1] Gynaecology is а… [2] Tell Clare… [3] WORK is… — [1] Гинекология это развлечение. Это вежливый способ сказать «они не хотят уменьшать частоту». [2] Передай Клер, что говорить надо громко, отвечать кратко. И пусть не острит. Право вызывать смех у публики принадлежит одному судье [Голсуорси. «Конец главы»: Через реку. 28]. [3] РАБОТА — это слово из четырех букв.

«Существенный Джойс» — The Essential Joyce, a compact anthology edited by Harry Levin (1946,1963).

«Человек и сверхчеловек» (1903) — пьеса Бернарда Шоу.

[2] As a matter of fact… [1] For the time being… [3] She did not notice… — [2] «На самом деле это единственный способ уехать — она тебя никогда не отпустит». [1] В то время, конечно, он делал вид что все у него тип-топ. [3] Она ничего не заметила. Если ты объяснишь, она все поймет. (1, 2: Henry Miller «Tropic of Cancer» — цитаты из разных мест.)

Discourage me if I know… — Разубедите меня, если я правильно понял, что вы имеете в виду. Я не могу выписать новую цитату, просто не могу.

Not that I wanted to write… — He то чтобы я хотел написать эту историю, но тайну многих картин я помню! Они плывут. Они плывут. Ничего не могу с ними сделать. Первая любовь будет где-то в отдаленном будущем. И Большой Брат еще не родился. И все впереди. И счастье и Герострат и близость и стена или может быть комната.

В Лопухинском переулке находилась после войны Библиотека иностранной литературы.

«Лейтенант с лицом худощавой свиньи». Это был такой лохматый прозаик из Ленинграда, но мы не знали, что он пишет стихи — речь идет об Александре Кондратове (1937–1993); в его стихотворении — «сержант с лицом худощавой свиньи».

«Место на верху» (Room At The Top) — роман Джона Брейна, называющийся в русском переводе «Путь наверх» (1960).

Про Майн-Рида мы потом узнали, он его еще не обозвал Майн-Ридом — «Гемингвея, современного заместителя Майн-Рида» (Владимир Набоков. Лолита. Постскриптум к русскому изданию (1965)). Ср. с. 98. II

«Коньячными ритмами» Улитин называл свои собственные монологи в перевозбужденном, не слишком трезвом состоянии (3. Зиник).

…цитаты из «Силуэтов» — «Силуэты русских писателей» Ю.И. Айхенвальда.

…«один гражданин организовал вечер» — речь идет о вечере Булата Окуджавы, организованном в кафе «Артистическое» Асарканом. Тамара Красивая — официантка из кафе.

Почему меня беспокоила вторая чашка чаю? — аллюзия на мое подражательное сочинение «Четвертая чашка чаю» (3. Зиник).

Ученица 4-го класса написала сочинение под названием «Третий класс» — из «Четвергазмов» 3. Зиника.

One day they would decide… — Когда-нибудь они решат его расстрелять. Неизвестно, когда это случится, но за несколько секунд, наверное, угадать можно. (Это для тебя, мой мальчик.) Стреляют сзади, когда идешь по коридору. Десяти секунд хватит. (George Orwell. 1984 — кроме слов в скобках.)

«Тайная жизнь Уолтера Митти» — перевод П.П. Улитина из James Thurber был опубликован в сборнике напечатанных в «Неделе» в 1960–1961 гг. «Зарубежных новелл» (М.: Известия, 1962 [Переводчики не указаны!]). Автор назван — Дж. Тарбер. См. также с. 22.