Вот вершина, достойная поклоненья. Я знала его улыбку.
Грань его прекрасной мужественности — белокаменная скрытность. О многом он не говорил никогда никому, при всей щедрости его общительности с людьми, душевные тайники оставались непроницаемыми.
К высокой мужественности относятся его твердые «да» и «нет», — увы, столь редкие в душах неопределенных и расплывчатых. Он любил говорить и писать: «Я знаю, я твердо знаю»[296], — что свидетельствует о большой внутренней осознанности.
Думается, основная его тема — потеря рая. Он был там. Оттуда сохранилась память о серафимах, об единорогах. Это не поэтические «украшения», а живые спутники души. Оттуда масштабность огненных напряжений, светов, горений. Оттуда и уверенная надежда:
«Отойду я в селенья святые»[297].
Один из журнальных критиков писал о нем: «Гумилеву всю жизнь было 16 лет: любовь, война, стихи». Тон рецензии был не слишком почтительный. Но Гумилев отозвался о ней: «Что ж, написано добросовестно».
Любовь его тоже разногранна, конечно, без завоевательных упоений не обойдешься. Он писал о том,
Звучали ноты самолюбивого лихачества:
Звучали даже ноты пренебреженья:
Но достойно внимания — основное, вершинное:
Любовь пронзает душу «Синими светами рая»[302], он говорит о ней: «Ты мне осталась одна»[303].
Он говорит:
В каждой любви — поиски потерянного себя и связей с высшими сферами.
Он — неустрашимый — чувствовал себя беспомощным: «Перед страшной женской красотой»[306].
Он только раз произнес слово «страшная».
Поиски себя, трудность разобраться в себе — одна из насущных тем поэзии Гумилева. Сколько образов в нем сидело, и не все были желательными.
О тоскующем одиночестве Гумилева, несмотря на многочисленных поклонников, говорил Алексей Толстой, говорили все, говорил он сам:
«О моей великой тоске, в моей великой пустыне»[308].
«И никогда не звал мужчину братом»[309].
Я хочу только вспомнить, что у него был друг Владимир Эльснер [310], поэт одной книги стихов, канувшей в бездну забытья [311]. Стихи умные, хорошо написанные, приятного тембра. Помню одно: поэт говорит о какой-то жизненной ситуации:
Для полноты образа Н. С. необходимо помянуть его пристрастие к сильным хищникам:
Думается, пристрастие выросло из переплетенных корней. Любовь сильного к сильному, завоевательный интерес с ним сопоставиться. Любованье красотой хищников: «Меха пантер — мне нравились их пятна»[313]. Сочувствие тоске их пленения — и человеком, и условиями дикого существованья. И — наиболее сложное — провиденье переходных форм звериного бытия. Так, в последнем сборнике рисуется тигр — пьяный гусар — воинствующий ангел. Так:
Только раз упоминается о друге-собаке [315].
Очень дорог мне в нем тайный опыт виденья ночного солнца. Опыт неизреченный, он не объясняет его, скупо сообщает:
«Наяву видевший солнце ночное»[316].
Но без этого внутреннего события нельзя себе представить поэта.
Думается, прекрасен был в нем жест великодушной снисходительности. Не с позиций высокомерия, надменности, разумеется. Но как бы горькие сожаления об искажении, об ущербе сущего, высокая печаль о неизбежности падения.
Ему несвойственно было произносить резкие осуждения. Так, о поэте Ратгаузе, идеале бездарности, он писал: «Рыцарь нивских приложений». В «Письмах о русской поэзии» щедро, добро, гибко откликается он на разнообразные достоинства разнохарактерных поэтов [317]. Как зорко видит малейшую крупинку золота и радуется ей.
А он ли не страдал от жестоких нелепостей жизни, мрачной тупости людских мнений. Он — капризно-нервный, аристократически-изысканный:
писал он. Вот, представляется мне, его скрытый душевный фон. Героичным было само его внешнее спокойствие, самообладание. Ведь он неоднократно кончал с собой. Он постоянно играл со смертью.
Стихотворение «Душа и тело» в его предсмертном сборнике [319] — духовный храм. Он, сказавший:
296
Гумилев Н. С. Андрей Рублев. Стихотворение из сборника Н. С. Гумилева «Костер» (Пг., 1918). — Впервые опубл.: Аполлон. 1916. № 1.
Первая строка стихотворения без искажений такова:
Я твердо, я так сладко знаю…
297
Гумилев Н. С. Вступление. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Шатер. Севастополь, 1921; 2-е изд. — Пг., 1922.
298
Гумилев Н. С. Рыцарь счастья. Стихотворение, не вошедшее в прижизненные сборники (1917–1918). — Гумилев Н. С. Стихи. Письма о русской поэзии. М., 1990, с. 391.
Цитируемые строки стихотворения без пропусков таковы:
299
Гумилев Н. С. «Он поклялся в строгом храме…» Стихотворение из сборника Н. С. Гумилева «Жемчуга» (М., 1910). — Впервые опубл.: Сатирикон. 1910. № 19.
300
Гумилев Н. С. Путешествие в Китай. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Жемчуга. М., 1910.
301
Гумилев Н. С. Андрей Рублев. Стихотворение из сборника Н. С. Гумилева «Костер» (Пг., 1918). — Впервые опубл.: Аполлон. 1916. № 1.
302
Гумилев Н. С. Канцона первая. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Костер. Пг., 1918.
Пересказанная мемуаристкой строфа из стихотворения такова:
303
Там же.
304
Гумилев Н. С. Пьяный дервиш. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Огненный столп. Пг., 1921.
305
Гумилев Н. С. «Нет, ничего не изменилось…» Стихотворение (1920). — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Стихотворения. Посмертный сборник. Пг., 1922.
Цитируемая строфа стихотворения без искажений такова:
306
Гумилев Н. С. В Бретани. Стихотворение, не вошедшее в сборники (1917). — Гумилев Н. С. Стихи. Письма о русской поэзии. М., 1990.
307
Гумилев Н. С. Прапамять. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Костер. Пг., 1918.
Две первые строки без искажений таковы:
308
Гумилев Н. С. «К ***» Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Стихотворения. Посмертный сборник. Пп, 1922.
Цитируемые строки стихотворения без искажений таковы:
309
Гумилев Н. С. Дон Жуан. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Жемчуга. М., 1910.
310
Владимир Юрьевич Эльснер (1886–1964) — поэт.
311
Речь идет о поэтическом сборнике В. Ю. Эльснера «Выбор Париса». Первая книга стихов (М., 1913).
312
Поэтесса М. М. Шкапская приписывает авторство этой пародии на Н. С. Гумилева Вяч. Иванову, ссылаясь на рассказ Вл. Пяста. (См.: РГАЛИ, ф. 2182, on. 1, ед. хр. 140, л. 54 об.)
Последняя строка пародии, записанной в альбоме М. М. Шкапской, такова:
Вещать садится кенгуру (Там же).
313
Гумилев Н. С. Пятистопные ямбы. Стихотворение из сборника Н. С. Гумилева «Колчан». — Впервые опубл.: Аполлон. 1913. № 3.
314
Гумилев Н. С. Леопард. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Огненный столп. Пп, 1921.
Цитируемая мемуаристкой строфа без искажений такова:
315
Здесь трудно согласиться с мемуаристкой, поскольку подобные упоминания у Н. С. Гумилева не единичны. Например:
(Гумилев Н. С. Осень. Стихотворение из сборника Н. С. Гумилева «Костер». — Впервые опубл.: Тринадцать поэтов. Пг., 1917, без заглавия).
(Гумилев Н. С. Память. Стихотворение из сборника Н. С. Гумилева «Огненный столп». — Впервые опубл.: Вестник литературы. 1921. № 4–5, под заголовком «Души»).
316
Гумилев Н. С. Канцона первая. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Костер. Пг., 1918.
317
Даниил Максимович Ратгауз (1868–1937) — поэт, автор многочисленных сборников; в 1922 году эмигрировал. На стихи Ратгауза писали романсы: П. И. Чайковский («Снова, как прежде, один…», «Мы сидели с тобой…» и др.), А. Т. Гречанинов, Ц. А. Кюи, С. В. Рахманинов, М. И. Ипполитов-Иванов, Р. М. Глиэр. Вместе с тем поэтическое творчество Ратгауза оценивалось современниками невысоко. В. Я. Брюсов, например, назвал 2-томное издание стихов Ратгауза (СПб., 1906) «полным собранием стихотворных банальностей». (См.: Брюсов В. Я. Д. Ратгауз. Поэт банальностей. — Весы. 1906. № 5)
«Нива» (СПб., 1870–1918) — иллюстрированный, еженедельный журнал для семейного чтения, общественно-политическая жизнь освещалась в нем в «благонамеренном» духе. В 1894–1916 годах выходили «Ежемесячные литературные приложения» к журналу «Нива».
Гумилев Н. С. Письма о русской поэзии. Пг., 1923 (отдельное издание).
Вероятно, в данном случае имеет место ошибочное цитирование. В «Письмах о русской поэзии» Н. С. Гумилев так оценивал творчество Д. М. Ратгауза: «Есть в деревнях такие лавочники, которые умеют только писать, но не читать. Я думаю, таков и Ратгауз. Потому что иначе у него не хватило бы духу в нудно-безграмотных стихах передавать мысли и ощущения отсталых юношей на шестнадцатом году» (Гумилев Н. С. Письма о русской поэзии. — В кн.: Гумилев Н. С. Соч.: В 3 т. Т. 3. М., 1991, с. 56). А чуть дальше он писал о стихотворении А. А. Сидорова «Рыцарь с лебедем»: «Скучный рыцарь из нивских иллюстраций — у Алексея Сидорова такая же скучная принцесса» (там же, с. 86) и о поэзии Г. Рачинского: «Такие стихи, как у Григория Рачинского, можно встретить теперь только в мелких еженедельниках и иллюстрированных приложениях к провинциальным газетам» (там же, с. 85).
318
Гумилев Н. С. «Какая странная нега…» Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Колчан. Пг.; М., 1916.
319
Гумилев Н. С. Душа и тело. Стихотворение. — Впервые опубл.: Гумилев Н. С. Огненный столп. Пг., 1921.