Я посмотрела на Стикса.

— Мэй воспитывали точно так же. С самого рождения ей вбивали в голову, что делать и чему верить.

Затем перевела взгляд на Кая.

— Лилу изолировали от семьи, и ее родителей никогда не заботило, что ее вырвали у них из рук, потому что они верили, что она — порождение дьявола.

Я указала на лицо Лилы.

— Моя сестра изрезала себе лицо из-за того, что случилось с ней в общине! Из-за того, во что всех нас заставили поверить!

Кай затрясся от ярости и указал на Райдера.

— По его милости, черт подери! Он приказал, чтоб ее изнасиловали, сучка! Или ты, бл*дь, совсем умом тронулась?

— Он этого не приказывал! — резко бросила я. — Это сделал его брат. Ты можешь обвинять его лишь в том, что он совершил, но он не потворствовал этим действиям. Он не санкционировал эти преступления. Даже твоя жена в этом уверена, хотя она слишком запугана, чтобы сказать это тебе в лицо!

Кай резко повернулся и взглянул на Лилу. Она опустила голову.

— И Мэдди, — смягчив тон голоса, произнесла я. — Хуже всего было то, что сделали с ней.

В ответ на эти слова ее муж Флейм оскалил зубы и прижал ее к груди.

— Иуда, брат Райдера, вне всяких сомнений, подверг бы детей тому же насилию, через которое пришлось пройти и ей. Но благодаря Райдеру у него ничего не вышло. А Райдера бросили в тюрьму за то, что он убил мужчину за насилие над ребенком! Его ежедневно избивали, потому что он боролся за то, что считал правильным. Он спас жизнь едва знакомой ему женщины, потому что не мог спокойно смотреть, как еще один ни в чем неповинный человек будет мучиться под предлогом веры в Бога. Он вернул меня сестрам, потому что хотел, чтобы я была счастлива. И он добровольно вошел в ваши адские врата, точно зная, что умрет!

У меня задрожали губы, и я посмотрела на своих сестер. На каждую из них.

— Если бы я знала, что вернуться к вам значит принести в жертву вашим неумолимым мужчинам его измученную душу, то никогда бы этого не сделала.

У Мэй округлились глаза. Я продолжила:

— Мы хотели свободы и доброты. Но с тех пор, как я сюда приехала, я вижу лишь жестокость и кровожадную жажду мести.

Я шагнула вперед, чувствуя, что у меня вот-вот подогнутся ноги. Но я приказала себе оставаться сильной. Они не увидят, как я упаду. Вздохнув, я обратилась к Стиксу.

— Никто из вас не обвинял моих сестер в том, что их сознание и действия так обусловлены вероучениями Ордена. Вы их пожалели. Позаботились об их безопасности и помогли сориентироваться во внешнем мире. Но так как Райдер — мужчина, к нему вы не проявили ни капли милосердия.

Из глаз у меня покатились жгучие слёзы, и я подавила гневное рыдание.

— Его отняли у родителей, растили в изоляции. Он всю свою жизнь был совершенно один, не считая его злого, вечно манипулирующего брата-близнеца. У него никогда не было никого, кто бы о нем заботился... любил его так, как он этого заслуживает, — я тяжело вздохнула. — У нас, у окаянных сестёр, были хотя бы мы вчетвером. У него же оставался только его брат... брата он убил, чтобы спасти нас… чтобы спасти всех вас!

Я снова подошла к Райдеру и, когда увидела, как из его единственного глаза, который он хоть как-то мог открыть, скатилась слеза, у меня мучительно сжалось сердце. Я положила руку ему на пояс.

— Я люблю тебя, — прошептала я, затем развернулась, и все силы меня покинули.

— Он убил единственного близкого ему человека, потому что знал, что мир без него станет лучше, — произнесла я и уставилась на Кая. — А ты мог бы убить Стикса голыми руками? Если бы чувствовал, что должен это сделать?

Я покачала головой.

— Ты бы не смог, так же, как я никогда не смогла бы убить Мэй, Лилу или Мэдди. Но Райдер смог. И теперь я понимаю, что он сделал это, зная, что потом сдастся вам… что его ждут пытки, наказание и смерть.

Я вытерла слезы.

— Но забрав его у меня, вы заберете и мое сердце, — я заглянула в глаза своим сестрам. — Вы лишите меня смысла жизни. Вопреки всему, мы нашли друг друга в аду. Я не позволю вам отобрать его у меня, когда нам наконец-то удалось завершить этот опаснейший путь к небесным вратам. И если вы это сделаете… тогда можете убить и меня.

Я опустила голову и обреченно понурила плечи. Но я говорила совершенно серьезно. Я не для того всё это прошла, чтобы теперь жить без него.

— Он заслуживает того, чтобы жить, — прошептала я. — Человек, который рискнул всем, чтобы до такой степени искупить свои грехи… человек, который пожертвовал собой ради жизней других, заслуживает спасения. Как…

У меня перехватило дыхание.

— Ну как вы этого не видите? Как вы можете быть такими жестокими?

Я попятилась назад, пока не оказалась у ног Райдера. Я стояла на своём. Я не сдвинусь с этого места, пока они его не освободят... или пусть сначала убьют меня.

Братья уставились на меня, потом переглянулись. В конце концов, ко мне направился Кай, у него во взгляде читалась неумолимая суровость. И внутри у меня всё похолодело. Я увидела в его глазах ответ.

Райдер умрет.

Тогда я тоже умру.

— Белла, — резко сказал Кай. — Отойди нахрен…

Но он не закончил, поскольку внезапно у него из-за спины вышла Лила и встала рядом со мной. Я в недоумении уставилась на сестру. Лила слабо мне улыбнулась и взяла меня за руку.

Лила посмотрела в упор на своего мужа, который таращился на нее, разинув рот.

— Ли!

Кай дернулся к ней, но она выставила вперед руку и покачала головой.

— После того, что случилось с тобой по вине этого урода? — спросил Кай. — После всего того дерьма, через которое мы с тобой прошли вслед за тем, как ты вернулась из этого ада?

— Он пытался спасти Фиби. Она ему доверяла. Верила в него. И он спас Грейс, чтобы в нашей жизни появился собственный ребенок.

Кай зарылся руками в волосы и закричал:

— И он допустил, что тебя изнасиловали всей сворой! Подожгли, избили и изнасиловали!

Когда он выкрикнул эти слова, я вздрогнула. Но Лила осталась невозмутимой.

— Это произошло со мной, — тихо произнесла она, и мое сердце наполнилось чувством гордости.

Лила выдержала пытливый взгляд своего мужа.

— Все это произошло со мной. И я решила его простить. Я хочу, чтобы ему сохранили жизнь. Я больше не хочу кровопролитий в мою честь, — Лила тихо шмыгнула носом. — Благодаря ему общины больше нет. Он убил, чтобы мы могли спокойно жить. Он спас от Иуды Грейс, чтобы она стала нашей.

Кай отвернулся. Слева от меня мелькнуло какое-то движение. Я напряглась, решив, что это кто-то, воспользовавшись отвлекающим фактором, пытается добраться до Райдера. Вместо этого я увидела, как Мэдди высвободилась из рук своего мужа. Флейм дернулся к ней, чтобы снова притянуть к себе. Мэдди повернулась и крикнула с такой силой, какой я никогда раньше от нее не слышала:

— Нет!

Флейм потрясённо отшатнулся, наблюдая за тем, как Мэдди подходит ко мне. Она кивнула мне и взяла Лилу за руку.

Стена. Мы встали вокруг моего мужа защитной стеной.

Мэдди распрямила плечи.

— Мэдди, — упавшим, гортанным голосом прошептал Флейм.

Мэдди поймала взгляд мужа.

— Я люблю тебя, Флейм, но я не хочу потерять свою сестру. И не позволю убить Райдера. Я уже устала от всей этой боли и страданий.

— Он тебе навредил. Он забрал тебя у меня, — прорычал Флейм.

Мэдди покачала головой.

— Нет. Он меня отпустил. Это его брат меня забрал. Его брат, которого он убил, чтобы нас спасти, — она положила руку себе на грудь. — Флейм. Навредив Райдеру, ты навредишь мне. Ранишь в самое сердце.

Черные глаза Флейма вспыхнули.

— Нет, — произнес он. — Я не хочу, чтобы тебе было больно. Такого, бл*дь, никогда не случится.

— Я знаю, что не хочешь, — сказала она и улыбнулась, с любовью глядя на него.

Флейм оглянулся на братьев, а затем швырнул свои ножи на землю. Он повернулся к рыжему мужчине слева от него и забрал у него из рук лом. Другой мужчина, темноволосый, что стоял с другой стороны от Флейма, покачал головой, но тоже бросил свой окровавленный клинок. Флейм посмотрел на остальных и закричал:

— Бросайте свое гребаное оружие, или я прикончу вас всех на месте! Никто из вас не притронется к Мэдди. Никто!

Братья начали неуверенно переглядываться, и я почувствовала в глубине души проблеск надежды. Но тут у меня чуть не остановилось сердце, когда из тени Стикса вышла Мэй. Стикс, не двигаясь, наблюдал за тем, как его женщина идёт ко мне.

— Мэй, — тихо произнесла я.

Мэй остановилась передо мной и взглянула на висящего на цепях Райдера.

— Мужчина, который жертвует всем ради любимой женщины, заслуживает спасения. Я полностью согласна. Но еще больше…, — Мэй улыбнулась и поцеловала меня в щеку. — Он заслуживает того, чтобы за него боролся кто-то очень храбрый, чтобы показать ему, что он хороший, когда сам он уверен в обратном. Он заслуживает тебя…не меньше, чем ты заслуживаешь его.

Повернувшись к Стиксу, она сказала:

— Чтобы добраться до Райдера, тебе придётся убить Беллу.

Мэй вдохнула, затем решительно произнесла:

— А чтобы добраться до Беллы, тебе придется убить всех нас.

Мэй взяла меня за руку. Как единое целое, мы смело смотрели в лица так называемым людям дьявола. Окаянные сестры Евы, защищающие падшего лжепророка Ордена... и я никогда не чувствовала себя такой свободной.

— През? — раздался, наконец, чей-то голос. — Ты что, будешь просто так стоять и смотреть на всё это? Этим сучкам здесь не место. У них нет права голоса.

Но Стикс не ответил. Он стоял, скрестив руки на груди и не сводя глаз с Мэй, челюсть его была плотно сжата, тело напряжено.

Райдер издал низкий стон, и я повернула голову.

— Помогите мне, — поспешно сказала я сестрам.

Я бросилась к Райдеру и попыталась дотянуться до цепей. Мэй подошла к стене, и я увидела, как она потянула за рычаг. Громко заскрежетав, цепи начали опускать Райдера вниз. Я протянула руки и поймала его истерзанное тело в свои объятья.

— Ключи, — повернулась к Мэй Лила.

Мэй сняла их с торчащего на стене крючка и поднесла к запястьям Райдера. Пока мои сестры расстегивали наручники, я склонилась над его опухшим, израненным лицом. Его единственный открытый глаз исступлённо блуждал по моему лицу. Когда одну из его рук удалось освободить от цепи, он застонал. Я начала растирать рукой его мышцы, чтобы кровь снова потекла к затёкшим конечностям.