Поиск
Гарсеран
Друг мой Фабио! Я слышал,
Как тут люди обсуждали
Вещь одну, которой очень
Я заинтересовался.
Вот, послушайте!
Фабьо
Скажите.
Гарсеран
Здесь, в колехио, который
Называется Старинным,
Говорят, устав издревле
Существует нерушимый,
И по этому уставу
Должен развлекать ученых
Некий шут.
Фабьо
Да, это верно.
Гарсеран
Любопытнейшие вещи
О таких шутах я слышал.
Фабьо
Да, они отменно шутят.
Гарсеран
А еще слыхал, что нынче
Нет у них шута.
Фабьо
Возможно.
Вам-то что?
Гарсеран
Мне безразлично.
Только, право, хорошо ли
Допускать в ученом мире
Нарушение устава,
Освященного веками?
Фабьо
Вы со мной хитрите!
Гарсеран
Что вы!
Фабьо
Рейнель!
Рейнель
Да, сеньор?
Фабьо
Постели
Приготовлены?
Рейнель
Служанка
Простыни вам постелила.
Эта баба — галисийка —
Непорочна, как святая,
Но страшнее обезьяны.
Фабьо
Ладно, оставайтесь с богом.
Гарсеран
Да хранит господь и вас!
Фабьо уходит.
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Гарсеран, Марин.
Марин
Только бы от нас подальше!..
Уф! Наконец-то он умолк!
Каков болван! Не понимаю,
Зачем приятель ваш собрал
Все, чем Испания гордится,
В одно ничтожное местечко?
А ну его!.. Дон Гарсеран!
Скажите; что мы будем делать
В проклятой этой Саламанке?
Зачем вы назвались Клариндо,
А я — Чаконом? Как найдете
Свою возлюбленную даму?
Ведь здесь кругом одни чужие.
Что с нами будет?
Гарсеран
Я, Марин,
У Фабио спросил недаром
Про старый тот устав: я слышал,
Что университетский шут
Имеет вольный доступ всюду,
Во все дома всех кавальеро,
И — мало этого! — дворяне
Издревле почитают честью,
Чтоб университетский шут
К ним приходил. Так вот, любезный,
Найди две куртки из дерюги,
А также два плаща дырявых,
И мы направимся с тобою
В колехио, где нет шута.
Я дураком прикинусь, чтобы
Шутом остаться у студентов.
Тогда, Марин, тогда смогу я
И днем, и вечером, и утром
Ко всем являться на дом, видеть
Мою Фульхенсию…
Марин
Сеньор,
Поймите! Мне за вашу дерзость
Придется жизнью поплатиться.
Гарсеран
Попробуй только мне перечить!
Клянусь, что я…
Марин
Сеньор!
Гарсеран
Марин!
Любовь слепа, она не видит,
Что впереди: позор иль честь,
Жизнь или смерть, — ей безразлично.
Поэт Овидий и другие
Рассказывают, как Юпитер
Бывал для женщин то быком,
То лебедем.[131] Что это значит?
Что любящий меняет облик,
Желая повидаться с дамой.
Так вот, накинь дырявый плащ
И называй меня: племянник.
Марин
Нет, нет, вы слишком благородны
Осанкой и лицом! Студенты
Вам не поверят.
Гарсеран
Полно, друг!
В Испании таких шутов
Немало бродит по дорогам.
У них не будет даже тени
Сомнений.
Марин
Ладно! Значит — в бой!
Вперед, хозяин! Я недаром
Прослыл повсюду хитрецом.
А как вас величать?
Гарсеран
Как? Паблос.
Марин
Что ж, это неплохое имя.
А где родились вы?
Гарсеран
Я? В Корье.
Марин
Ах, в Корье? Ладно, не забуду!
Учитесь быть шутом скорей!
Гарсеран
Пусть я возлюбленной моей
Хоть именем приятен буду.
вернуться
131
Поэт Овидий и другие Рассказывают, как Юпитер бывал для женщин то быком, то лебедем. — Публий Овидий Назон (43 до н. э. — 17 н. э.) — римский поэт, автор сборника «Метаморфозы», построенного на древних греко-римских мифах о превращении богов и людей. Юпитер — по римской мифологии верховное божество; он похитил Европу, явившись в образе быка, и появился перед дочерью этолийского царя Ледой в образе лебедя.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: