— Ладно.

Она притягивает меня в объятия, а затем отпускает. Я поворачиваюсь к ней спиной и иду к двери. Закусив губу, вхожу в лифт, стараюсь дышать ровнее, пока спускаюсь вниз.

Сердце стучит сильнее с каждым шагом, который приближает меня к внешнему миру и к тому времени, когда я вижу его припаркованный автомобиль, боюсь, что оно может взорваться. Я приняла неправильное решение?

Но потом мой мир останавливается и ответ на вопрос очевиден. Нет. Все верно.

Заходящее солнце отражается в его глазах, мерцающие кристаллы и сапфировые пятна танцуют в них на расстоянии. Боже, эти глаза. Он притягивает меня к себе. Его рот находит мой, и мои губы раскрываются. Пользуясь случаем, он углубляет поцелуй. Его язык борется с моим в порыве страсти и отчаяния, голода и желания. В тот момент, когда встретились наши губы, он будто борется за право собственности на меня. Чтобы обладать мной.

Но он не знает, что в этом нет никакой необходимости. В тот момент, когда я вижу его, я уже принадлежу ему.

— Я не должен был делать этого на публике, но когда я смотрю на тебя, теряю чувство реальности, — бормочет он и отстраняется от меня. — Все, садись в машину, пока нас никто не увидел.

Он открывает передо мной дверь, затем обходит вокруг к водительской стороне и садится в машину.

— Итак, куда? — спрашиваю я, пока натягиваю ремень безопасности, а он отъезжает от обочины.

— Ты когда-нибудь бывала на Род-Айленде? — улыбка играет на его губах.

— Не припоминаю.

— Хорошо, — ухмыляется он.

— И все? Это все, что ты мне скажешь?

— Да, это весело.

Я в шутку ударяю его по руке, а он нежно берет мою руку в свою, затем опускает наши переплетенные ладони себе на колени. Этот интимный жест, в котором я тону намного больше, чем хочу.

Пока мы выезжаем из города, я распрямляю плечи, все отчетливее принимая идею провести несколько дней с Престоном. Мягкая музыка играет на протяжении всего пути, и я теряюсь в мыслях, глядя на горизонт. Мы сидим в уютной тишине. Пальцы Престона выводят круги на моей ладони, и мы продолжаем нашу поездку к месту назначения.

— Как работалось сегодня? — наконец, он нарушает молчание, и я поворачиваюсь к нему и улыбаюсь.

Он отводит взгляд от дороги на долю секунды, и наши взгляды встречаются.

— Все прошло хорошо.

— Просто так?

— Ну, я немного волновалась, думая о предстоящей поездке, поэтому день тянулся долго. Затем адвокат Ричарда пришел поговорить со мной о квартире.

— Ты уже решила, что хочешь с ней сделать?

— Я собираюсь продать её, — его рука сжимает мою. — Не считая этого, день был хороший. Сейчас я работаю над новым проектом.

— Это замечательно.

— Спасибо, — смущенно улыбаюсь я, что для меня непривычно. — А что насчет тебя?

Хотя я не вижу выражения его лица, пока он смотрит вперед на дорогу, но замечаю, как он кривит губы.

— Ты не должен мне ничего рассказывать, если это неудобно.

Он кивает, и я вижу, как он с облегчением выдыхает.

— Как насчет того, чтобы рассказать о своей семье.

— Это я могу сделать, — с ухмылкой, отвечает он. — Что ты хочешь узнать?

— Все подробности, — заявляю я, вызвав его искренний смех.

— Ладно, все, так все. Мда. Ну, для начала, я один из троих детей в семье. У меня есть старший брат по имени Джейс, ты уже встречала его близнецов. Джейс работает в хедж-фонде моего отца, и еще есть Мэдлин, моя младшая сестра. Она работает в индустрии моды. Ты полюбишь ее, — говорит он, но хмурится, уловив подтекст в такой возможности.

Прямо сейчас знакомство с ней может спутать все наши карты. Он это знает, и я это знаю. Слишком много у него на кону, чтобы потерять. После недолгого молчания, он качает головой и, кажется, соглашается с моими мыслями.

— Где она работает?

— Она мерчандайзер в SHE.

Я мгновенно вспоминаю название — это передовая линейка модной одежды, продаваемая во всех высококлассных торговых центрах и престижных бутиках в городе.

— Вы очень близки?

— Да, очень. Мы говорим по телефону почти ежедневно и стараемся встречаться каждые выходные за ужином. Ну, не на этой неделе. Но, обычно встречаемся.

— Это так мило.

Мой голос выдает мои эмоции. Я могу видеть маму каждую неделю, но мы никогда бы не имели того, что есть у него в семье. Подобное просто невозможно, ей такое не свойственно. Чтобы отвлечься от мыслей о собственной семье, я возвращаюсь r теме нашего разговора.

Оставшееся время мы говорим обо все понемногу. Небольшие детали, которые для большинства могут показаться неважными, но мне очень важно получить эти крошечные сведения о человеке, которым является доктор Престон Монтгомери. Мне нравится слушать, как он рассказывает о своих родителях, которые женаты уже тридцать семь лет и до сих пор безумно любят друг друга. И когда он говорит о своем брате и сестре, я улыбаюсь от уха до уха.

Когда мы сворачиваем с шоссе, я предвкушаю головокружительное волнение. Два дня наедине с этим человеком… не могу дождаться.

Мы спускаемся вниз к длинному полуострову в Ньюпорте, Род-Айленд. В изумлении у меня открывается рот. Отель Касл-Хилл. Потрясающе, все, что я когда-либо представляла себе, думая о совершенстве.

Высоко на холме расположен красивый особняк с белой крышей и видом на океан. Это один из самых великолепных домов, которые я видела. Престон оставляет машину на круговой парковке, и мы достаем свой небольшой багаж. Воздух чист и свеж, поскольку большая часть зимы уже прошла, уступая место весне.

После регистрации мы отправляемся в причудливый коттедж, расположенный на побережье. Для наших выходных Престон арендует частную резиденцию. Прежде чем дверь успевает полностью закрыться, он оказывается рядом. Подняв меня на руки, переносит на гигантскую кровать с балдахином, расположенную в центре спальни. Я лежу на спине, а он опускается на меня. Я чувствую давление его губ и закрываю глаза, еле сдерживая стон. Его рот пробует на вкус мои губы. Его язык смакует вкус моего языка. Охваченная страстью, я чувствую, как тянет вверх край моей блузки. Он отстраняется, и я открываю глаза. Престон стягивает с меня через голову рубашку, затем медленными, точными движениями снимает с меня всю остальную одежду. Я лежу на кровати обнаженная, глядя на то, как раздевается он, и по моему телу пробегает дрожь. Он высокий и мускулистый. Каждая мышца четко высечена. Это первый раз, когда я вижу его обнаженным.

Он идеален.

Завораживает.

Его взгляд дикой похотью зажигает во мне огонь. Я хочу, чтобы он дотронулся до меня, но он просто смотрит. Как хищник, выслеживающий свою добычу, пока наконец не набрасывается.

Развожу шире ноги, позволяя ему приблизиться. Когда он нависает надо мной, я поднимаю свои бедра. Каждая клеточка моего тела дрожит от предвкушения. Он нужен мне. Моя кожа — как оголенный провод — готова воспламениться в любой момент. Он трется о мой вход, вызывая у меня стон. Продолжая дразнить меня, Престон скользит своим членом по моим складочкам.

Сладкая пытка.

— Престон… — вскрикиваю я в отчаянной мольбе.

Наши взгляды встречаются. Голубая радужка его глаз почти полностью исчезает под черным зрачком. Он смотрит на меня так, будто хочет поглотить каждый дюйм моего тела, затем медленно проталкивается внутрь, ласкает мое лицо и заглядывает в глаза, погружаясь дюйм за дюймом. Движения его тела неторопливые, и одним быстрым подъемом бедер я сокращаю расстояние, разделяющее нас. Он полностью во мне. Престон контролирует свое тело, пока мои мышцы растягиваются, чтобы принять его и полностью отдаться ему.

— Пожалуйста… — со стоном умоляю я.

Престон заглушает крики, накрывая мой рот и двигая бедрами в мучительно медленном ритме. Когда я думаю, что не смогу вынести эти сладкие пытки, он выходит из меня и снова кружит своим членом у моего входа, дразня меня. Затем входит.