С этими словами Дубровин взял со стола и протянул Ладе фотографию главы Промышленно-Торгового союза, как и Алибеков лежащую во внутреннем кругу.

- Ты представляешь, что этому господину отдает приказы господин Саид-Оглы, заведующий рынком горских евреев?

- Да, пожалуй ты прав, - согласилась Лада и вернула фотографию Римакова на место.

- Вот и думаю: Саид-Оглы - это некая другая структура. Какую роль он в ней играет, я не знаю, но по опыту могу сказать: это нечто вроде тайной службы, время от времени делающей грязную работу.

- Ты хочешь сказать, что люди, приказавшие убить Боговикова, содержат еще и какие-то структуры, контролирующие своих же?

- Да, похоже, именно так. Вряд ли Алибеков отправил бы на тот свет своего же подчиненного. Тут вопрос не этики, а скорее эстетики, то есть засветки. И вполне возможно господин Саид-Оглы - одно из звеньев этой службы. Поэтому я и попросил Озерова поставить телефоны Саид-Оглы на прослушку. Теперь, если у него засветится хоть один из телефонов, с которых звонили Алибекову - значит мои предположения правильные.

- А если нет? - обеспокоено спросила Лада.

- Если нет - тогда у нас на доске появился какой-то новый игрок, и я понятия не имею, какие силы он представляет.

3. Поиск.

Они устраивали практически ежедневные «мозговые штурмы» ситуации, пытаясь рассортировать новые данные, отработать взаимосвязи новых, появившихся в игре фигур.

Как и предполагалось, господин Глазин был мелкой пешкой, не имеющей нигде и никакого влияния, но пешкой он был не обычной, а связанной с очень и очень многими фигурами. Будучи же человеком глуповатым и весьма разговорчивым, он этими связями охотно делился со своим телефоном, отследить звонки которого для Лады было парой пустяков. Немало информации дало и изучение данных видеокамер московского офиса КРОТа, тщательно регистрировавших всех входящих и выходящих. Они стали прекрасным дополнением к видео, собранным Массадом, позволяя детально рассмотреть всех зарегистрированных израильтянами посетителей «Комитета Русскоязычных Общин и Товариществ».

К сожалению, к такой мелкой сошке как Глазин особо интересные гости практически не являлись - за исключением пары плечистых типов с откровенно уголовными физиономиями. Они нарисовались много позже даты убийства Боговикова - к Глазину часто наведывались мускулистые мужики из стрип-баров, видимо участвовавшие в его «партийных делах». Но в этих физиономиях что-то было странное, кроме их явной кавказской внешности - кавказских мачо Глазин, похоже, не любил, предпочитая ядреных сибирских жеребцов. Дубровин в одном из них узнал одного из тех типов, которых вырубил в питерском дворе. Ниточки сходились. На всякий случай, Войдан взял кусок записи с этими людьми, и поехал с видео к наказному по безопасности Московской Прави, где уже два года работал своеобразный отдел мониторинга «гостей с Юга». За всеми уследить было пока, конечно, невозможно, но самые яркие господа, светящиеся в дорогих ресторанах и передвигающиеся на недешевых машинах из-под взгляда Прави не ускользали. Шансов было мало, конечно, но Войдан решил попытаться. И видимо сами Боги стояли за этим решением, ибо в Прави не только узнали эти лица, но проследили номера машины гостей страны: «мэрс» числился за структурами некого господина Саид-Оглы. Это уже была вторая зацепка.

Дальше было больше. В Прави Войдану помогли установить и место основной дислокации азербайджанцев. Большую часть времени они проводили в гостинице Космос, свозя туда толпы верещащих тёлок, но несколько раз появлялись в одном из спальных районов столицы, где снимали явно не соответствующую их возможностям засцанные панельные «апартаменты». Это Войдана и заинтересовало.

На опросы всезнающих и всевидящих бабушек на лавочке, Войдан не разменивался, - с таким же успехом эти бабушки рассказали бы любому желающему и о нём. Узнав у ребят в Прави точный адрес, по которому ездили приходившие к Глазину типы, Войдан без особых церемоний приехал ночью к интересующему его дому и немного повозившись с отмычками, внимательно осмотрел квартиру. А посмотреть, было на что, ибо не было там только мешков с гексогеном. Всё остальное присутствовало, включая стопки цинков с патронами и сваленные в ванной гранатометы. Оружие было количествах, достаточных для обороны дома от мотострелкового полка. Похоже, тут у кого-то была мощная перевалочная база.

Но заинтересовало Войдана другое. В куче грязного и иногда окровавленного тряпья, громоздящегося в одном из углов, он нашел сумку с тщательно сложенными «фашистскими декорациями»: флаг со свастикой, нарукавные повязки и даже настоящую немецкую форму, явно украденную где-то на киностудии. В дополнение коллекции от кутюрье Третьего Рейха, в сумке лежала видеокамера. Вытаскивая из неё жесткий диск, Войдан уже определенно знал: там будет видео с казнью Рустамова, записанное со всеми подробностями и без купюр. Видео было, конечно, стёрто, но не для Лады, которая на базе восстановила данные.

Утром Войдан позвонил Надею, доложив о своей находке, и, поделившись с Правью информацией о практически бесхозном складе боеприпасов. Визит к господину Саид Оглы с целью уточнить некоторые детали был теперь только вопросом времени. Однако перед дальнейшей работой надо было собраться с мыслями.

Часть третья.

Глава 15.

1. Саид-оглы.

Саид-Оглы Магомет Багиров курил кубинскую сигару, напрасно пытаясь избавиться от ощущения, что она имеет привкус рыбы. Тупорылый Ахмет не нашел места лучше как сгрузить сигары у себя на складе и табак напитал всё стоящее там в воздухе дерьмо.

Саид-Оглы Магомет Багиров был неофициальным смотрящим Сенного рынка, решавшим все связанны с ним вопросы, а Ахмет был как бы его правой рукой - человеком, которого Саид-Оглы показывал мелкой публике. С людьми поважнее, - вроде мэра города Полянкина - Саид-Оглы встречался сам.

Саид-Оглы задумчиво смотрел сквозь тонкие жалюзи, висевшие на третьем этаже его скромного домика из красного кирпича. Ахмет стоял за спинкой большого кожаного кресла босса и тоже смотрел в окно, время от времени хватая со стола пепельницу и услужливо подставляя под сигару Саид-Оглы - паркет из красного дерева был до блеска начищен, а он очень не любил, когда по нему были разбросаны хлопья пепла.

- Не здорово получилось с Рустамовым, - нарушил молчание босса Ахмет, - такая страшная смерть.

Саид-Оглы внимательно посмотрел на Ахмета:

- Почему так спросил?

Ахмет побледнел под внимательным взглядом босса:

- Да так, все сейчас об этом говорят. Спрашивают друг друга - кто убил, непонятно ведь. То, что Полянкин своему русскому быдлу рассказывает по телевизору - это ж для быдла. Люди понимают, что тёмное какое-то дело.

Саид-Оглы и сам понимал, что сляпали его люди всё очень грубо. «Русские фашисты» на картинке получились сильно похожими на джигитов Шамиля. Когда они текст «обращения к русскому народу» на камеру зачитывали - даже Саид-Оглы явно видно было, что человек в маске с трудом говорит по-русски.

Эх, мало в Москве умных людей, на которых можно опереться, кому можно важное дело поручить. Таких как он, Саид-Оглы. Недаром, Римаков попросил его решить вопрос с человеком Алибекова. Джигит тупой, понимаешь - решил сам посмотреть что там в телефоне у того русского ублюдка было. И ладно бы посмотрел и сидел тихо, не рыпался, так нашел какого-то земляка - и решил бабла срубить. Или не понятно чего они там решили - журналюга его, другой тупой баран из аула, сразу в ФСБ побежал.

Саид-Оглы бросил сигару на пол и яростно растоптал её ногой. Затем, тяжело встав, выглянул в открытое окно. Там на площади расположилась сложная живая изгородь, густо оплетающая целый лабиринт кованых стальных решеток. За десять лет, решеток уже почти не было видно, и охрана Саид-Оглы сняла уже не одного незадачливого дебила, пытавшегося пролезть сквозь изгородь. А дебилов присылали регулярно - конкурентов было много. Для них это был дом Ахмета, он же, как бы и изображал из себя смотрящего рынка, он же решал и свой круг вопросов. Но о том, что на верхние этажи своего как бы дома, Ахмет входит предварительно постучав, не знала даже охрана Ахмета. Зачем разрушать у людей иллюзию, что их босс - и есть самый главный? Хотя кто на самом деле главный - было загадкой и для самого Саид-Оглы. Во всяком случае, уж не тот новый клоун в Кремле.