— Ну, что там? — окликнул его еще издали Александр, сам спеша навстречу.

Но матрос не стал кричать в ответ. Лишь приблизившись, он наклонился к уху Александра и прошептал: — Они повсюду!

— Что значит повсюду? — спросил Александр, нахмурив брови. — Говори толком!

— Корабли приближаются к крепости со всех сторон, их видимо-невидимо.

К Александру уже спешил Альдаон. Почуяв неладное, последние несколько шагов он проделал бегом.

— Что случилось! — спросил он приблизившись, стараясь справиться с одышкой.

— Гималай уже здесь. — сказал Александр. — По словам дозорного, сотни кораблей. Так? — он повернулся к матросу, который подтвердил сообщение двумя энергичными кивками.

— Пусть люди бросают все дела и поднимаются на корабли, как можно скорее. — сказал Александр, — Мы вылетаем через двадцать минут. Кто не успеет — останется здесь.

Готовь корабли к бою, Альдаон. Кажется, теперь его не избежать. Мы будем прорываться на запад через болото. Просто, потому, что они, возможно, ждут нас на востоке. К тому же, солнце будет светить нам в спину. Похоже, что мы окружены со всех сторон. Сколько же, черт побери у них кораблей! — прорычал он и поспешил ко входу в здание, чтобы поторопить Зарину.

Он нашел ее в спальне. Зарина сидела возле большого зеркального трюмо. На полочке перед ней выстроились флакончики с духами и притираниями. Однако, она к ним не притрагивалась, просто сидела и смотрела в зеркало. Но, видимо, видела не то, что в нем отражалось, а то, что никакое зеркало показать не могло — свои мысли и воспоминания. Александр подошел и дотронулся до ее плеча. Она вздрогнула и обернулась.

— Зарина, — сказал он негромко, — Нужно немедленно покинуть замок… — и только тут заметил, что по ее щекам бегут слезы.

Она поднялась со стула.

— Правда? — спросила она, всхлипнув, тыльной стороной ладони смахивая со щеки слезы. — У нас, правда, совсем, совсем нет времени?

— Да, — сказал он, — Если мы не улетим сейчас, то останемся здесь навсегда.

— Надо забрать детей. — сказала Зарина, другим, уже гораздо более твердым голосом.

В замке царила паника. Воины бежали к кораблям. Женщины тянули за собой плачущих ребятишек.

Зарина бросилась в детскую. Там старая нянька растерянно металась среди разбросанных вещей, не зная, что хватать первым делом. Разбуженная ни свет ни заря Алексис, с испуганным выражением на лице натягивала на себя платьице. Марк неловко пытался ей помочь, хотя сам был еще в пижаме. Было заметно, что и он испуган не меньше своей подруги.

Схватив его в охапку, невзирая на протесты, Александр бросился вниз по лестнице. Зарина тащила упиравшуюся Алексис, крепившуюся из последних сил, чтобы не заплакать.

Одними из последних они выбежали из здания. По дороге им попался Жук, и Александр, препоручив его заботам Марка, поспешил к Артапрагу. Очутившись рядом с судном он оглянулся и увидел, что Зарина и Жук с детьми благополучно добрались до своего корабля.

Пропустив вперед двух солдат, он взобрался на борт по лестнице, и вскоре уже стоял рядом с Альдаоном на капитанском мостике, наблюдая как поспешно взлетают в небо черные корабли.

Внизу, в парке не было заметно ни одного человека, и Александр вздохнул с облегчением. Он окинул взглядом горизонт.

Уже совсем расцвело. Небо было ослепительно синим. Последние остатки бури исчезли с наступлением утра. В этой синеве вражеские корабли были похожи на многочисленную стаю птиц, собравшуюся для того, чтобы с наступлением осени отправиться на юг. Принявшись считать, Александр скоро сбился со счета.

— Я думаю их не меньше пяти сотен. — сказал Альдаон, — Вон еще эскадра, и вон там тоже.

Тирао взяли нас в кольцо. При таком количестве, они вполне могут себе это позволить. Галеры не пытаются приблизиться к крепости, вероятно ждут, куда мы направимся, а потом попробуют атаковать всем скопом.

— Да, — сказал Александр, — Так они и сделают.

— Я приказал капитанам кораблей, не ввязываться в бой и не приходить на помощь друг другу. Каждый сегодня будет сам за себя. При таком соотношении сил, я надеюсь лишь на нашу скорость. Вечером, те кто уцелеет, соберутся на месте нашей давешней стоянки.

— Отлично! — сказал Александр. — Теперь вперед!

Выстраиваясь в воздухе цепью, суда, набирая скорость, понеслись на запад. Кольцо окружения начало стремительно стягиваться. Однако, скорость Македонских галер была заметно меньшей, и расстояние между кораблями Альдаона и эскадрами противника движущимися с востока, севера и юга увеличивалось.

«Теперь, те что находятся на западе, постараются задержать нас до прихода остального флота. Посмотрим как им это удастся» — подумал Александр.

Внезапно за его спиною раздался мощный взрыв. Александр вздрогнул, хотя ждал этого момента. Корабль Зарины, в трюме которого были установлены амфоры с Греческим Огнем, раскололся в воздухе на две половины. Объятые пламенем они, рухнули на замок проломив крышу, заливая все вокруг жидким огнем.

Солнце играло на поверхности болот и разгоняло туман стелившийся по воде. Несколько радужных пузырей медлено, поднимались в небо, переливаясь в солнечном свете. Однако, у Александра не было настроения любоваться красотами пейзажа. И хотя корабли противника, двигавшиеся с востока, севера и юга, изрядно поотстали, на пути эскадры Альдаона встал западный отряд.

Когда до вражеских кораблей осталось около четырех километров, эскадра перестроилась. Ее боевой порядок принял форму птичьего клина, на острие которого находился Артапраг.

Строй кораблей противника тоже претерпел изменения. Часть галер устремились вверх, часть наоборот опустилась ниже к земле, образовав при этом нечто вроде сети или паутины.

Их было около восьмидесяти больших и маленьких кораблей, преградивших путь беглецам. Большие галеры, образовавшие паутину, держались парами. Возможно, их капитаны догадывались, каким грозным противником является даже самый слабый из кораблей Хастры, и опасались вступать в бой поодиночке. Маленькие, суда занявшие места в промежутках между большими, скорее всего, были брандерами, с трюмами наполненными горючей смесью.

Под кормой Артапрага расстилались болота с редкими кочкам, поросшими невысоким кустарником. Однако, очертания холмистого западного берега уже проступали в утренней дымке.

Альдаон застыл на капитанском мостике, напряженно всматриваясь вперед, время от времени наклоняясь к воздушной трубе и отдавая команды. Вражеские корабли приближались, но как-то слишком уж медленно. Они заняли впереди все пространство, зависнув на разной высоте и сохраняя свой странный шахматный порядок.

Наконец Александр понял в чем тут дело. Оказывается вражеские суда вовсе не стремились навстречу эскадре, а напротив следовали в том же направлении. Но, поскольку, корабли Альдаона имели большую скорость, расстояние между ними все же сокращалось.

«Неужели они удирают?» — подумал Александр, пристально рассматривая галеры, освещенные косыми лучами восходящего светила. — «Нет, здесь что-то не так! Разве сохраняют строй в бегстве? Может быть это ловушка? Но какая?»

Он собрался уже обратить внимание Альдаона на эту странность, как вдруг увидел, каким именно образом Тирао собираются задержать беглецов.

Между каждой парой вражеских галер вдруг развернулась и повисла в небе сеть, напоминавшая рыбацкую. Теперь план Тирао становился ясен: если паре галер удасться правильно рассчитать свой курс, держась все время впереди одного из кораблей беглецов, то, в конце концов, тот окажется пойманным в сеть. После этого пара охотников постарается приземлиться вместе со своей добычей, а вскоре им на помощь придут и другие, находящиеся поблизости суда. Кроме того, в крайнем случае, противник может использовать брандеры.

Теперь становилось понятным, почему Тирао не двинулись сразу же на встречу эскадре, а старались потянуть время для того, чтобы беглецы смогли достигнуть противоположного берега. Видимо, враг решил захватить черные корабли насколько это возможно неповрежденными, а людей живыми. Или по, крайней мере, завладеть сердцами мертвых, что было бы невозможно, если бы бой произошел над болотом.