И тогда Нейт, великая, мать бога, отправила послание к Девятке, говоря: «Отдайте сан Осириса сыну его Гору, и не совершайте этих великих неправедностей, которые неуместны, иначе разгневаюсь я, и небо упадет на землю. И да скажут Владыке Вселенной, „Тельцу посреди Гелиополя“ — Да удвоишь ты Сета во владениях его, да дашь ты ему Анат и Астарту[47], обеих твоих дочерей, и да поставишь ты Гора на место отца его, Осириса».

И послание Нейт, великой, матери бога, достигло до Девятки, когда сидели они в зале «Гор, выдающийся рогами», и было дано послание в руку Тота. И тогда Тот прочел его перед Владыкой Вселенной и всей Девяткой. И сказали они устами едиными: «Права эта богиня»,

И тогда Владыка Вселенной разгневался на Гора и сказал ему: «Слаб ты членами своими, и сан этот слишком высок для тебя, о юнец, запах рта которого гадок!»

И Онурис разгневался миллион раз, также и вся Девятка, вся тридцатка[48] богов, жизнь, здоровье, сила.

И Бабаи-бог[49] поднялся и сказал Ра-Хорахте: «Наос твой пуст»[50]. И Ра-Хорахте огорчился этим порицанием, которое было сказано ему, и он лег на спину свою, и было сердце его в печали великой.

И Девятка вышла, и испустила она крик великий пред лицом Бабаи-бога, и сказали они ему: «Удались прочь, ибо преступление это, содеянное тобой, весьма велико».

И ушли они в шатры свои.

И бог великий провел день, лежа на спине своей, в беседке своей, и было сердце его в печали великой.

И после долгого времени Хатор[51], Владычица сикоморы южной, пришла и встала пред отцом своим, Владыкой Вселенной. И открыла она наготу свою пред лицом его.

И бог великий рассмеялся над ней.

И тогда встал он, и воссел он с Девяткой великой, и сказал он Гору и Сету: «Говорите о себе».

И тогда сет, великий силой, сын Нут, сказал: «Что до меня, то я Сет, величайший силой среди Девятки, поражаю я врагов Ра ежедневно, находясь впереди „Ладьи Миллионов“, и не может ни один бог сделать это. И я возьму сан Осириса».

И тогда сказали они: «Прав Сет, сын Нут».

И тогда Онурис и Тот испустили крик великий, говоря: «Неужели будет отдан сан брату по матери, в то время, как сын по плоти налицо?»

Сказал Банебдедет, бог великий: «А неужели же будет отдан сан юнцу, в то время как Сет, брат его старший, налицо?»

И тогда Девятка испустила крик великий пред лицом Владыки Вселенной, говоря: «Что это за слова, которые изрек ты и которые не достойны быть услышанными?»

И сказал Гор, сын Исиды: «Не хорошо, воистину, чтобы я был обманут пред Девяткой, и чтобы сан отца моего Осириса был отнят от меня».

И Исида разгневалась на Девятку и поклялась она богу пред Девяткой, говоря: «Как живет мать моя, Нейт богиня, и как живет Птах-Танен, высокий перьями, сгибающий рога богов, так и доведены будут слова эти пред Атумом, владыкой великим, находящемся в Гелиополе, а также пред Хепра, пребывающем в ладье своей».

И сказала ей Девятка: «Не огорчайся, ибо будут даны права правому и будет сделано все, что ты сказала».

И Сет, сын Нут, разгневался на Девятку, когда говорили они эти слова Исиде, великой матери бога. И Сет сказал им: «Схвачу я скипетр мой в 4500 дебенов[52] и буду убивать одного из вас каждый день!»

И Сет поклялся Владыке вселенной, говоря: «Не буду я состязаться в суде, пока Исида находится в нем».

И Ра-Хорахте сказал им: «Переплывите вы на „Остров Внутренний“, и судите их, и скажите анти перевозчику: „Не перевози никакой женщины, похожей на Исиду“.»

И тогда Девятка переправилась на «Остров Внутренний», и сели они и ели хлебы.

И тогда Исида пошла и приблизилась к Анти перевозчику, в то время как сидел он близ ладьи своей. И приняла она образ старухи, и шла она, согнувшись, и было маленькое золотое кольцо на руке ее.

Она сказала ему: «Я пришла к тебе, чтобы ты перевез меня к „Острову Внутреннему“, ибо я пришла с этим сосудом муки для юнца малого. Он смотрит за немногочисленным скотом[53] на „Острове Внутреннем“ уже пять дней, и он голоден.»

Он сказал ей: «Сказано мне: „Не перевози никакой женщины“.»

Она сказала ему: «Сказано ли тебе это было относительно Исиды, то, что ты сказал?»

Он сказал ей: «Что ты дашь мне, если я перевезу тебя на „Остров Внутренний?“»

И сказала ему Исида: «Я дам тебе этот хлеб». И тогда он сказал ей: «Что это для меня твой хлеб? Стану ли я перевозить тебя на „Остров Внутренний“ ради хлеба, если было сказано мне „Не перевози никакой женщины?“

И тогда сказала она ему: „Я дам тебе это кольцо золотое, которое на руке моей“.

Он сказал ей: „Дай кольцо золотое“. И она дала его ему. И тогда он перевез ее на „Остров Внутренний“.

И когда она шла под акациями, то взглянула она и увидела Девятку, как они сидели и ели хлебы пред Владыкой Вселенной в беседке его.

И Сет взглянул и увидел ее как она шла вдали.

И тогда она произнесла заклятие в колдовстве своем и приняла она образ девушки прекрасной членами ее, и не было подобной ей во всей земле.

И он полюбил ее очень сильно.

И тогда поднялся Сет, а он сидел и ел хлебы с Девяткой Великой, и пошел он, чтобы встретиться с ней, и никто не видел ее, кроме него.

И тогда он встал за деревом, и позвал ее, и сказал ей: „Я здесь с тобою, девушка прекрасная“.

Она сказала ему: „О нет, мой великий господин! Что касается меня, то я была женой пастуха стад, и я родила сына. Муж мой умер и юноша взял скот отца своего. Тогда пришел чужеземец, сел в шалаш мой и так сказал он сыну моему: „Я побью тебя, и я отниму скот отца твоего от тебя, и я выгоню тебя вон“ Так он сказал ему. Но я хочу, чтобы ты выступил за него борцом“.»

И Сет сказал ей: «Неужели будет отдан скот чужеземцу, в то время как сын хозяина налицо?» И Исида приняла образ коршуна, вспорхнула, села на верхушку акации, позвала Сета и сказала ему: «Плачь о себе! Ибо вот, твои собственные уста сказали это, и твой собственный разум осудил тебя. Что же тебе теперь еще?»

И стоял он, рыдая. Пошел он к месту, где находился Ра-Хорахте и плакал он.

И тогда Ра-Хорахте сказал ему: «Что с тобой теперь?»

И тогда Сет сказал ему: «Эта злая женщина встретилась со мной снова, чтобы снова обмануть меня, приняв образ девушки прекрасной пред ликом моим. Она сказала мне: „Что до меня, то я была женой пастуха стад, и он умер, и я родила ему сына, и он взял немногочисленный скот отца своего; и чужеземец пришел в шалаш мой и моего сына, и я дала ему хлеба. И спустя много дней после этого пришелец сказал моему сыну: „Я побью тебя, и я отниму скот отца твоего, и он будет моим““ Это сказал он сыну своему, — так сказала она мне».

И тогда Ра-Хорахте сказал ему: «Что же ты сказал ей?» И Сет сказал ему: «Я сказал ей — неужели будет скот отдан чужеземцу, в то время как сын хозяина налицо? Так я сказал ей. Да побьют лицо чужеземца палкой, да изгонят его и да поставят сына твоего на место отца его, — так я сказал ей». И Ра-Хорахте сказал ему: «Вот, смотри, ты осудил себя самого, — что же тебе теперь?»

И Сет сказал ему: «Пусть будет приведен Анти перевозчик и пусть подвергнут его наказанию тяжелому говоря: „Зачем ты дал ей переправиться?“ Так пусть будет сказано ему».

И тогда был приведен Анти перевозчик пред Девяткой, и отняли они подошвы ног его[54].

И Анти проклял золото до сего дня, пред Девяткой великой, говоря: «Сделано золото мне мерзостью для города моего[55]».