– Война. – Князь произнес это слово твердо, и сила его крови дрогнула, заставив окружающих дружно поморщиться.

– Невозможна по техническим причинам, – отмел слова бывшего воспитанника Келеэль. – Они только на моей памяти пять раз объявляли против нас вероочистительные походы… и ни разу их войска не дошагали до Западного леса… В итоге все заканчивалось официальными извинениями и мирно-торговым договором. Нас полконтинента разделяет. И большинство государств армию перворожденных, неважно каких, по своим землям не пропустит. И потом, мой князь, вы отлично знаете, что в своей вотчине войска Древнего леса практически непобедимы.

– Тогда… – князь растянул губы в улыбке, больше подошедшей бы голодному вампиру, оставшемуся наедине с жертвой, – тогда будет мир. Такой же мир, как был во время смерти Лофии.

– Приложу все усилия, – кивнул пятитысячелетний некромант и демонолог.

– Нет, – покачал головой его собеседник. – Это… личное.

Вернувшийся с Совета прямиком в свое жилище архимаг был очень зол на воспитанника. Тот явно собирался мстить, не считаясь с последствиями и риском для своей венценосной головы. Нет, саму идею в принципе Келеэль очень одобрял. И даже был намерен помочь в меру скромных сил могущественнейшего мага мира. Но нести возмездие так демонстративно, как это собирался сделать князь, только что не крича во весь голос на каждом перекрестке «Убью!»… Чего стоил только тот факт, что посольство Древнего леса из столицы в частности и государства вообще уже выпроводили практически в полном составе, оставив лишь одного– единственного чародея, необходимого для отправки гневного послания восточным эльфам. Войну правитель им все-таки не объявил. Но все торговые договоры порвал. И, с подачи Келеэля, пообещал надавить на гильдию магов, чтобы она тоже прекратила всевозможное общение со своими коллегами. В общем, дал ясно понять, что в ближайшее время может инкогнито заявиться к своим дальним родичам и прибить третьего лорда-жреца. Возможно, совместно с теми двумя персонами, что обогнали его по карьерной лестнице. И правитель Западного леса в принципе был способен на это. Если бы встретил всех трех, пусть даже сразу, не в месте наибольшей концентрации их сил и армии.

И уж тем более он не должен был категорично и даже в грубой форме отвергать помощь такого частного лица, как бывший наставник… В конце концов тот способен телепортировать куда угодно помимо трех архиличей и костяного дракона маленькую армию нежити, призвав в то же место для поддержки совсем крошечную, голов в сто, не больше, орду демонов.

– Болван! – дал волю чувствам архимаг, как только портал во дворец закрылся. – Кретин! Молокосос!

– Кого это ты так? – спросил у него сидевший в любимом кресле чародея комок клыков, рогов, жвал и щупалец.

Архимаг в недоумении уставился на чудовище, классифицировать которое, несмотря на весь свой опыт, вот так с ходу не смог, но потом заметил, чтом именно стоит на столике рядом с тварью, и успокоился.

– Ну и извращенная же у тебя фантазия, Протоклис, – сказал он гному-клирику, вовсю балующемуся метаморфизмом. – Ну вот скажи, зачем тебе нужно было в таком виде перед теми древними красоваться, а? Опять про меня слухи пойдут, что экспериментов с хаосом не забросил…

– Стараюсь, – развел в стороны три руки-щупальца верховный клирик подгорного народа и цапнул клешней кружку с темным пивом. Единственной более-менее нормальной конечностью на его теле оказалась короткая трехпалая рука, сжимавшая кончик курительной трубки. Конец которой уходил вроде бы в жаберную щель. – Ты же с ним играть так окончательно и не прекратил. Так что мой долг, как служителя светлых сил, предупреждать простых смертных о нависшей над ними угрозе. Пусть и косвенным методом.

И улыбнулся пастью, в которой было не меньше трех рядов острых клыков.

– Скажи лучше, что до сих пор дуешься из-за того случая, когда я древним духом гор подрабатывал, твоих еретиков гоняя, – хмыкнул эльф и уселся прямо на воздух, достав телепортом из кладовой бутыль вина для себя. – Но я же извинялся за тот случай.

– Ну есть немного, – хмыкнул Протоклис, принимая свое нормальное обличье. – Но, между прочим, у меня кафедра теологов передралась после твоих сдуру ляпнутых слов о «башке, гудящей с похмелья». Они до сих пор ищут доказательства того, что сущности со стихийных планов имеют свое подобие алкоголя.

– Сам виноват, – хихикнул Келеэль, вспоминая тот случай. – Нечего было ко мне в гости перед работой заявляться с ящиком вина тысячелетней выдержки.

– Категорически не согласен, – замахал рукой, снова ставшей подозрительно напоминать щупальце, гном, почти целиком весь свой презент и выжравший. – Вино делу помешать не могло. А вот тот бочонок ягодной настойки, которым суккубов поили…

– А мы их тогда разве призывали? – задумался эльф, плохо помнивший окончание грандиозной попойки, которую с горя закатили два чародея, когда у одного из них едва ли не насмерть перессорились ученики и последователи. Которых с похмелья с помощью высшей магии они наутро примиряли. Инкогнито. С тех пор жреческие круги подгорного народа демонстрировали неподражаемое единство, боясь снова разгневать духа гор.

– А разве нет? – удивился гном, очевидно испытывающий те же сложности. – Хорошо еще, что у тебя во время запугивания отступников деталь женского белья из каменного кармана не выпала.

– Подумаешь, – фыркнул архимаг. – Была бы новая теория о том, как размножаются элементали. Не факт, кстати, что неверная. Древнейшие из них сознанием уже очень напоминают полноценные разумные существа, а среди высших демонов попадаются экземпляры, чья плоть является потоками насыщенных магией веществ. Ладно, хватит о делах прошедших. Расскажи лучше, что там такое этот древний колдовал.

– Землетрясение, – пожал плечами клирик подгорного народа, во всем, что связано с геомантией, по роду деятельности обязанный разбираться лучше всех в мире. – Довольно толково, кстати, продуманная схема была. Первые толчки, слабые, должны были сыграть роль пристрелочных, а потом, когда сообщники откуда-нибудь из предместий вашей столицы ему бы сообщили о попадании в цель, последовал бы настоящий удар. Но я успел раньше. Жаль только, этот паразит из моих объятий вывернулся, всего лишь руку потеряв. Прыткий, зараза. И магию крови знает хорошо, раз смог собранную силу в телепорт влить. И еще, стоило ему смыться, как вся свита передохла, но это ты уже слышал. Вот только умерли они… странно. Последние несколько лет из воспоминаний пропали начисто. И это подозрительно.

– Это уже точно была бы война, – сказал Келеэль, обдумывая возможные последствия полноценного магического удара по столице. – Продолжительная. Столетий на пять-семь рассорились бы с Древним лесом. А насчет свиты ты прав, что-то мне это напоминает, но что – не пойму… Жертвами этому кретину служили семьи?

– Угу, – подтвердил Протоклис, – три семьи по числу целей.

– Храм ночи, храм дня и княжеский дворец, – задумчиво пробормотал архимаг. – Это, само собой, эпицентры, остаточная мощь еще полгорода бы в руины превратила. Вовремя ты успел.

– Договор, который мы с тобой когда-то заключили, иного не предусматривает, – пожал плечами гном. – Да, ты тогда хорошо придумал. Сильнейший маг мира – это, конечно, само по себе круто, но, если два таких хитрож… э… мудрых типа, как мы с тобой, объединяются, мощь возрастает на порядок. Потому что могущество могуществом, а находиться в двух местах сразу невозможно. А так все прекрасно. Я – в защите, ты – в атаке. Ну или наоборот, как в этот раз. Кстати, из-за какого пустяка Древний лес пошел на вас войной в этот раз?

– Почему это «пустяка»? – даже обиделся Келеэль. – Войны, между прочим, без причины не начинают… те, у кого есть мозги.

– К вашим ушастым родственничкам с востока континента последнее дополнение явно не относится, – хмыкнул Протоклис и принялся считать, загибая пальцы. – Ну первые конфликты пропустим, это были еще не войны, а попытки покарать еретиков, удравших из родного дома. А вот если брать поводы для столкновений с начала твоей жизни… Первый раз они вам объявили войну, когда князья подчинили духовную власть светской. Собственно, им-то какое дело?