– Глазам не верю! – ахнула Вика, небрежно столкнувшая соперницу с удобного наблюдательного пункта и прикипевшая взглядом к подзорной трубе. – Они косят варваров из луков, словно автоматами! И я уверена, это не кто иной, как эльфениты, к которым мы собирались в гости!

Спустя полчаса все было кончено. Те дикари, кому не удалось сбежать, погибли, а от армии хозяев болот, куда и направлялись сумеречные, к ним выдвинулась небольшая делегация, восседающая на могучих статных жеребцах, чьи шкуры могли поспорить белизной с первым снегом. И уже без всяких приборов можно было разглядеть, что уши у большинства ее представителей острые. Хоть и не у всех.

– Это военный вождь Алиэр, – заметил Ориэн, отложивший в сторону непривычный ему дробовик. – Фактически правитель целого государства наших дальних родичей. Теоретически его могут снять с поста, но раз этого не случилось более чем за две сотни лет…

– В общем, право решать важные вопросы он имеет, – констатировал Серый, наблюдая, как десантники расчищают баррикады, чтобы дать всадникам возможность проехать. – Что ж, магистр, пригласите наших гостей внутрь «Единорога». Думаю, там уже можно дышать без особенных проблем. Будем в соответствии с традициями дивного народа праздновать победу, пировать, веселиться и решать дипломатические вопросы. К обоюдному удовольствию, разумеется.

– Ну вот я и дома! – улыбнулась Вика, рассматривая небо Сумрака, затянутое тучами, вызванными волшебством. Вот только в плотном облачном покрове, расходящемся лишь над зелеными насаждениями и орошаемыми полями, больше не было той завораживающей упорядоченности, что прежде. Казалось, защищающая от жаркого пустынного солнца пелена мечется, словно ее терзают неведомые силы, и падающие вниз лучи света описывают причудливые кривые, повторить которые не взялся бы ни один профессиональный чертежник. – Вот только как-то странно он выглядит.

Город, сильно разросшийся благодаря переселенцам и имеющий неплохой резерв жилых фондов, чтобы приютить новых жителей, казалось, вымер. Люди и нелюди на улицах встречались, но передвигались они как-то странно. Перебежками, словно под огнем. Гигантские скорпионы закапывались в песок там, где можно, и в мостовую там, где нельзя. Воительница своими глазами видела, как какая-то низкорослая эльфийка пыталась выманить своего скакуна из убежища, устроенного им на улице, а тот упирался всеми конечностями и протестующе верещал. Посреди рукотворного озера снова торчал какой-то корабль, не иначе как опять притащенный Михаэлем по ошибке. Развалившийся у берега черный дракон напоминал помоечного кота, которого переехал автомобиль. Особое сходство с котярой придавал вываленный из пасти язык огнедышащего чудовища. С деревьев пропала большая часть листвы.

– Вы вернулись, – прошелестел ветер, и спустя мгновение рядом с Викой из ниоткуда возникли двое. Могущественные и, кажется, слегка неадекватные. Растрепанные волосы одного торчали во все стороны, пальцы рук подрагивали, одежда свисала лоскутами, а глаза, под которыми налились то ли опухоли, то ли синяки, были практически зажмурены и, судя по всему, приоткрываться могли лишь на какой-то миллиметр. Второй выглядел отлично. В чистой, выглаженной, белоснежной рубашке, застегнутой на все пуговицы, с галстуком-бабочкой и аккуратной прической. От него даже духами веяло. Последнего от своего старого знакомого Вика могла ожидать меньше, чем попытку встретить ее с собственной отрубленной головой под мышкой. – Ну наконец-то! Мы так волновались! Что вас задержало на полтора месяца и где остальные?

– Мих, Азриэль, – эльфийка потрясла головой и даже отступила на шаг, – это вы? Нет, это действительно вы? Что случилось?!

– Ничего непоправимого, – заявил уверенным тоном первый меч Сумеречного леса, сейчас больше всего напоминающий чучело, над которым надругалась орда вандалов, и попытался пошире распахнуть заплывшие глаза. Безуспешно. Видимо, даже не совсем живой организм перворожденного, несколько раз шагавшего за грань смерти и возвращавшегося обратно, имел свой запас прочности. – Во всяком случае, пока. Неужели…

– Нет, все хорошо, – поспешила его заверить воительница. – Вернее, не очень, но экспедиция дошла до цели и вернулась назад, сейчас она находится у истончения реальности, а меня Сергей вперед послал. Шура, правда, в коме, в тяжелом состоянии, а Каэля вообще развоплотили или что-то вроде того, но особых потерь нет. А вот переселенцы есть. Аж полторы тысячи. Мих, ты бы видел, в какой тесноте эти эльфениты живут! Ужас! Где не поля, там дома, где ни того ни другого, там болото! Домик в сто квадратных метров считается офигительным дворцом, занимающим непозволительно много места! У них даже молодежь вся поголовно вынуждена в военные походы ходить до тех пор, пока из трех солдат один в живых не останется. А то ему банально будет негде поселиться на родине!

– Хорошо, – произнес правитель Сумеречного леса, смотревшийся, словно живая реклама салона красоты для средней руки бизнесменов. Хотя обычно его облик полностью или частично соответствовал образу сумасшедшего ученого. – Вернее, плохо, что так получилось, но ничего. Живых вытянем, мертвых… ну нашей стране нужны свои покойники, а то храм предков пустует. Жене Каэля компенсацию, понятное дело, выдадим. Пенсию лет на сто назначим.

– Официально он был холостяком, – заметила Вика.

– Значит, только компенсацию, – кивнул Азриэль и пошатнулся. Хотя обычно, чтобы заставить остроухого гиганта, превосходящего габаритами медведя, хоть на миг потерять равновесие, требовался выстрел. В голову. Менее радикальные методы на обладателя ласкового прозвища Рыцарь Смерти принципиально не действовали.

– Так, ребята, я вас давно знаю, – воительница подбоченилась и грозно осмотрела своих друзей, – колитесь. Чего натворили? Видно невооруженным глазом, что что-то не так!

– Она тоже! – Лицо Азриэля, способного голыми руками удавить большинство известных и неизвестных науке монстров, перекосила гримаса ужаса, и он шарахнулся в сторону.

– Не, – поймал его за лохмотья одежды Мих. – Это у тебя уже тоже глюки начались. Присмотрись. Она в порядке. Не то что наши.

– Вы чего с девочками сотворили, ироды?! – ахнула Вика, которой хватило случайной оговорки, чтобы сделать выводы.

– Мы? – как бы в сомнении уточнил шаман.

– Мы, мы, – уверил его Рустам. – Мы же проверяли. Оба. Четыре раза. За что и получили.

– Действительно, мы, – был вынужден признать правитель Сумеречного леса. – Хотя самому не верится как-то. В общем, это… у девочек… это… токсикоз!

– Чего? – Такого ответа эльфийка точно не ждала.

– Беременные они, – разъяснил Азриэль. – И Настя. И Лика. Причем умудрились попасть в положение с разницей в несколько часов. Срок уже полтора месяца. А они, между прочим, о таком счастье не мечтали. Во всяком случае, не в ближайшем будущем. И теперь злятся на нас, даже поговорить толком не получается. И истерят. И злятся. И истерят…

Гигант зациклился и повторял одно и то же, словно засбоившая компьютерная программа, до тех пор пока ему не дали подзатыльник.

– Ну практически единомоментное зачатие как раз объяснимо. – Шаман попытался сорвать с себя галстук-бабочку, но неудачно. Хотя попадись ему под руку воротник рыцарского доспеха, и железо смялось бы в момент. – Тела ожили в одно и то же время, вот и циклы совпали. Правда, почему тогда ты в порядке, не понимаю. А Шура тоже? Ага, можешь не отвечать, по глазам вижу, что в порядке. Ну если кому не считать…

– Так, ну ладно. – Вика потрясла головой, но понимания ситуации это ей не добавило. – Папаши. Хе! Действительно странно звучит. А почему город в таком состоянии? Да и вы сами на себя непохожи.

– Потому что токсикоз, – пожаловался шаман. – У человеческих женщин он по сравнению с эльфийками незаметен. Вообще. И потому в семьях у нас теперь праздник, а на прилегающей территории кошмар. Им надо всюду залезть, все переделать по-своему, все попробовать на зуб… Я боюсь даже представить, каких монстров мы с Рустамом могли породить, если уже сейчас они причиняют разрушений едва ли не больше, чем война! Во всяком случае, ради подступившей армии нас никто духами брызгаться и изображать из себя джентльменов не заставлял!