Она мнется.

- Как бы ты себя чувствовала, если бы ты была тайно влюблена в течение года, наконец, он поцеловал тебя, и это даже ничего не значит для него? Это унизительно.

Я хватаю ее за плечи и трясу сильнее, чем рассчитывала.

- Он хотел притвориться, что поцелуя не было, так?

Она кивает.

- Так начни притворяться. Выйди туда и веди себя, словно он для тебя ничего не значит. Он должен знать, что поцелуй для тебя значит меньше, чем ничего. Ты сильная. Ты не нуждаешься в нем. У тебя есть много других вариантов, и если Джа... если Шейн хочет, то ему придется доказать, что он достоин тебя.

Я накладываю свежий слой блеска на ее губы и укладываю длинные, белокурые кудряшки для максимального Вау-эффекта. После всего, выталкиваю ее из туалета, и мы подходим к прилавку.

Ну, точнее я подхожу.

Лаина тусуется позади меня со взглядом, опущенным в пол и с «видом хочу-прямо-сейчас-провалиться-сквозь-землю». Но, по крайней мере, она не бежит к машине.

В ресторане совершенно пусто, поэтому у нас есть пристальное внимание Шейна.

Отлично.

- Мы возьмем два больших стакана ледяной воды. С собой, пожалуйста, - голос Лаина срывается, но, по крайней мере, она смотрит ему в глаза, когда говорит.

- Вообще-то, - говорю я, - сделайте два чизбургера и большую порцию картошки фри. И мы съедим это здесь.

Лаина смотрит на меня, широко раскрыв глаза. «Что ты делаешь?» - говорит она одними губами. Я улыбаюсь и поднимаю одну бровь. Не позволю ей разрушить все сейчас, после того, как сегодня прошла через все эти нервотрепки.

Она делает шаг назад, и могу сказать, что она думает о побеге. Но нет никакого способа, что я дам ей уйти, пока мы не получим то, зачем пришли.

И я говорю не про чизбургеры.

Я хихикаю.

- Мы немного голодные. Знаешь, нарушение закона нагуливает аппетит.

Лаина смеется, а глаза Шейна увеличиваются, и я знаю, что она вспомнила реакцию Дейва, когда она случайно убедила его, что была пьяна.

- О да, от нас одни неприятности, - говорит она, ухмыляясь мне. - Знаешь, думаю, я голодна. Чизбургер звучит хорошо, - она смотрит на Шейна и ее улыбка дрогнула. - Но мы возьмем все это с собой.

- Ты уверена, что не можешь остаться? - Шейн машет рукой на пустой зал. - Я думаю, я смогу достать вам место за нашим лучшим столиком, - он тянется через прилавок, чтобы взять руку Лаины, но возвращается обратно, когда она вздрагивает. - Я сделаю все, что тебе нужно.

Она наклоняет голову набок, разглядывая его с любопытством, и он краснеет.

- Я имею в виду, это обещает «Бургер Барн». Мы гарантируем, что ваш ужин в «Бургер Барн» будет... я должен сделать ваш вечер особенным.

- Спасибо, но мы торопимся. У нас есть еще преступление, которое нужно совершить. Верно, Энди? Третий этап? Поэтому мы возьмем еду на вынос.

- На самом деле, - говорю я, - это наша последняя остановка. После этого, мы едем домой спать, - я вытягиваю версию нашего плана из моего кошелька и передаю его ей. Мы здесь, чтобы «мучить сотрудников местных предприятий», что означает, что она должна остаться. И Лаина должна говорить с Шейном.

- Следующая остановка – твоя кровать, да? - спрашивает Шейн. - Нужна помощь?

Весь цвет сошел с лица Лаины. Ее глаза расширяются, и она делает шаг назад. В ее глазах, полных паники, я вижу отражение всего того ужаса, что она описала в своем дневнике.

Я хочу перелезть через прилавок и шлепнуть Шейна. Сильно. Он должен был извиниться за то, что обидел Лаину, а не отталкивать ее от себя. Для чего он думает, я дала ему время, чтобы спланировать свой подход?

Я хватаю руку Лаины, чтобы удержать ее от побега, а потом смотрю убийственным взглядом на Шейна, надеясь, что он не слишком тупой, чтобы понять, что он облажался.

- Мы просто возьмем нашу еду, пожалуйста.

- О, конечно, - палец Шейна завис на мгновение над кассой, но потом он убирает руку в сторону. - Я забыл. Что вы хотите?

Надо отдать ему должное, во всяком случае. Он очень хорошо поработал над тем, чтобы затянуть наш заказ. Но это ему не поможет, если он не завяжет с этими ужасными c замечаниями, но, по крайней мере, он выполнил часть моей инструкции правильно.

- Два больших стакана ледяной воды, пожалуйста, - пищит Лаина.

Я толкаю ее локтем.

- Ах да, и два чизбургера. С собой.

- Мы поедим здесь, - говорю я. - И не забудь про мою картошку. Я голодная.

Шейн нажимает несколько кнопок, а потом еще раз смотрит на нас.

- Вы хотите картошку фри?

Я закатываю глаза.

- О, да, - он краснеет. - Ты уже говорила, - он нажимает другую кнопку, и тогда он улыбается Лаине. - Так что ты делала сегодня вечером?

Я жду, когда Лаина ответит, но она по-прежнему дико озирается, как будто придумывает план побега. И я не виню ее, но она никогда не решит все с Шейном, если не поговорит с ним.

Толкая ее вперед, я начала подробное объяснение наших преступлений моим самым беззаботным голосом. Я тщательно подбираю мои слова, чтобы все это звучало гораздо более диким и захватывающим, чем это было на самом деле, надеясь вернуть Лаину, которой наплевать, что подумают люди, и нет никаких проблем с объявлением на весь мир, или, по крайней мере, Дэйву, что она была пьяна.

К тому времени, как я заканчиваю рассказ, Лаина утратила тот вид испуганного маленького кролика, и смеется.

- Да, мы пара опасных преступников.

Шейн смеется.

- А что на счет добавить в ваш список преступлений грандиозную кражу машины?

- Ох, значит ли это, что ты позволишь нам взять твою машину? - спрашивает Лаина. Ее глаза загораются, и я не поддаюсь искушению, чтобы сделать саркастическое замечание насчет его потрепанного старого драндулета. Он даже старше, чем груда железа у Лаины. Вероятно, Шейн мог бы оставить его незапертым с работающим двигателем, и ключами в зажигании, и все равно никто не постарается угнать его. Но по какой-то причине, Лаина обожает его. Может быть, потому что это кабриолет. Или, может быть, он напоминает ей о тех дешевых старых фильмах из пятидесятых, которые так любит смотреть.

Или может потому, что он принадлежит Шейну.

Он смеется и качает головой.

- Извини. Ты же знаешь, я никому не позволяю садиться за руль моей детки. Но я прокачу тебя в ней, - он медлит, и тогда он делает глубокий вдох и наклоняется через прилавок, чтобы убрать шальной завиток с глаз Лаины. Он прячет его за ухо и задерживает ладонь у ее щеки на мгновение, прежде чем снова отстраниться. - Туда, куда ты захочешь.

Я чувствую, что вмешиваюсь в приватный момент, но она все равно волнуется. Если я сейчас попытаюсь дать им побыть наедине, он точно ее потеряет.

Лаина закрывает глаза и мечтательно вздыхает, а я немного расслабляюсь.

Не удивлюсь, если Шейн попытается поцеловать ее прямо здесь и сейчас. Интересно, позволит ли она ему. Но потом она вздрагивает и открывает глаза. Я могу сказать, что она все еще борется с желанием бежать, и я напрягаюсь, готовая схватить ее за руку и тащить обратно, если мне придется, но она приклеивает улыбку и выдавливает из себя небольшой смешок.

- Куда захочу? - она мнется. - Как насчет Диснейленда? Я всегда хотела поехать туда, говорят, что это самое счастливое место на земле.

Я фыркаю. Диснейленд? Моя сестра может быть хороша практически во всём, но она ужасна в импровизации.

Шейн ухмыляется.

- Конечно. Хочешь поехать сегодня вечером? Моя смена заканчивается через час, а потом я весь твой. Я мог бы даже найти заброшенную грунтовую дорогу, где у нас мог бы закончится бензин по дороге, и тогда я могу действительно привезти тебя в самое счастливое место на земле.

Он подмигивает ей, а я сбиваюсь с дыхания. Этот парень – чертов дебил! Он не видел ее реакцию ранее?

Цвет сошел с лица Лаины, но она не пытается сбежать. Она стоит там, в оцепенении, в то время как Шейн ухмыляется ей. Это как смотреть крушение поезда в замедленной съемке. Я вижу признаки надвигающейся катастрофы, но я ничего не могу сделать, чтобы остановить ее.