Олова эти были для генерала Рузскаго и меня полною неожиданностью и я ожидалъ возраженія на нихъ со стороны присланныхъ делегатовъ. — Во они молчали.

Государь всталъ и прошелъ въ свой вагонъ, чтобы принести текстъ измѣненнаго манифеста. — На мое сомнѣніе, высказанное депутатамъ въ правильности намѣчавшагося измѣненія порядка престолонаслѣдія, съ точки зрѣнія закона, я получилъ ихъ успокоительныя завѣренія. Считая свою роль этимъ замѣчаніемъ законченной, я отошелъ въ сторону...

' Вошелъ вновь Императоръ съ текстомъ манифеста. — Исполнивъ просьбу депутатовъ объ измѣненіи нѣкоторыхъ словъ и набросавъ дополнительно текстъ двухъ указовъ Правительствующему Сенату — о бытіи Верховнымъ Главнокомандующимъ Великому Князю Николаю Николаевичу и другой указъ — о назначеніи предсѣдателемъ Совѣта Министровъ князя Г. Е. Львова, Государь приказалъ изготовить эти документы для подписи. Побесѣдовавъ еще нѣсколько минутъ, от-рекшійся Императоръ, распростился со всѣми и удалился къ себѣ въ вагонъ..

Я больше не видѣлъ отрекшагося Императора-

Вопросъ о передачѣ Верховнаго Главнокомандованія Великому Князю Николаю Николаевичу, насколько помнится, былъ подсказанъ Н. В. Рузскимъ, но онъ казался, повидимому, всѣмъ безспорнымъ; назначеніе же князя Г. Е. Львова было сдѣлана въ соотвѣтствіи съ мнѣніемъ присутствовавшихъ при этомъ депутатовъ.

9. Послѣдніе дни пребыванія отрекшагося Императора въ Ставкѣ.

Въ ночь на 16-ое марта отрекшійся отъ Престола Императоръ Николай отбылъ изъ Двинска черезъ Витебскъ въ Ставку.

Обыкновенно во время Императорскихъ путешествій одинъ за другимъ слѣдовали два поѣзда: лит. А. и лит. Б., по внѣшнему сво-аму виду не отличавшіеся другъ отъ друга. — Въ первомъ поѣздѣ помѣщался Государь со всей своей 'ближайшей свитой; во второмъ — ѣхала охрана и низшіе служащіе. — Поѣзда въ пути мѣнялись: впереди шелъ то поѣздъ лит. А., то лит. Б. — Дѣлалось это для большей безопасности отъ всякаго рода покушеній на царскій поѣздъ.

Ві данномъ случаѣ впереди шелъ поѣздъ лит. Я., ^возившій въ .Могилевъ отрекшагося Царя. — Переѣздъ былъ выполненъ безпрепятственно, безъ всякихъ задержекъ. — На станціяхъ почти не было публики, и никакихъ выраженій чувствъ ни положительныхъ, ни отрицательныхъ къ бывшему Царю проявлено не было.

Государь во время переѣзда держалъ себя сдержанно, но наружно спокойно. Онъ оставался въ формѣ своихъ кавказскихъ пластуновъ и, при остановкахъ поѣзда, изрѣдка выходилъ изъ вагона подышать свѣжимъ воздухомъ.

Днемъ нмъ была отправлена съ пути Великому Князю Михаилу Александровичу телеграмма, въ которой онъ выражалъ свои пожеланія счастливаго ему царствованія и объяснялъ мотивы, по которымъ считалъ необходимымъ престолъ передать ему, а не законному Наслѣднику. — Такимъ образомъ, въ царскомъ поѣздѣ тогда еще было неизвѣстно то рѣшеніе, которое на самомъ дѣлѣ было принято братомъ Государя.

Поѣздъ съ отрекшимся Императоромъ подошелъ къ Могилеву уже совсѣмъ вечеромъ 16-го марта. — На дебаркадерѣ для встрѣчи Царя находился его бывшій начальникъ штаба генералъ Алексѣевъ и выстроились въ рядъ офицеры Ставки.

Отрекшійся Императоръ вышелъ изъ вагона въ сопровожденіи своего министра Двора графа Фредерикса. Обнявъ генерала Алексѣева, онъ, въ сопровожденіи названныхъ лицъ, подошелъ къ выстроившимся офицерамъ и, обходя ихъ, каждому жалъ руку. У многихъ на глазахъ выступали слезы. Вслѣдъ затѣмъ Императоръ Николай сѣлъ, вмѣстѣ съ министромъ Двора, въ автомобиль и проѣхалъ прямо въ губернаторскій домъ — свою обычную резиденцію. — Въ тихомъ и провинціальномъ Могилевѣ, населеніе котораго не было предувѣдомлено о пріѣздѣ Царя, на улицахъ было пустынно. — Мерцали только рѣдкіе уличные фонари. Все въ предѣлахъ губернаторскаго дома — было такъ же наружно по старому.

На слѣдующій день утромъ, въ обычное время, въ помѣщеніи генералъ-квартирмейстерской части состоялся оперативный докладъ, затѣмъ завтракъ и въ 3 часа дня — сталъ ожидаться пріѣздъ изъ Кіева Императрицы-Матери Маріи Феодоровны.

Въ этотъ день городъ Могилевъ уже успѣлъ измѣниться. На городской думѣ висѣли красные саженные флаги, а впереди проходившихъ по улицамъ частей войскъ нестройно гремѣли звуки марсельезы.

Въ теченіе самаго короткаго времени, не стѣсняясь присутствіемъ бывшаго Монарха, произошелъ сдвигъ «отъ Двуглаваго, орла къ къ красному знамени»¹³).

Всѣ встрѣчавшіе старую Царицу были поражены той выдержкой, которую проявили при встрѣчѣ, какъ Императрица-Мать, такъ и бывшій Государь.

Императрица Марія Феодоровна,¹ но прибытіи поѣзда, со спо-койпымъ видомъ вышла изъ вагона, крѣпко обняла своего сына, обошла всѣхъ прибывшихъ ее встрѣчать, и для каждаго у нея, по обыкновенію, нашлось или — подходящее слово, или ласковая улыбка. — Затѣмъ она, вмѣстѣ съ Государемъ, удалилась въ сторону и довольно долго бесѣдовала съ нимъ съ глазу на глазъ. — Послѣ этого, сѣла въ одинъ съ нимъ автомобиль и прослѣдовала въ тотъ же губернаторскій домъ, въ которомъ проживалъ Государь. — Вернулась она къ себѣ обратно въ поѣздъ, въ сопровожденіи сына, причемъ отрекшійся Императоръ оставилъ ее одну лишь къ полуночи.

Въ этотъ же день изъ Ставки уѣхали, по настойчивому требованію солдатъ могилевскаго гарнизона, уже впитавшихъ въ себя революціонныя настроенія, два приближенныхъ Царя — его министръ Двора графъ Фредериксъ и дворцовый комендантъ генералъ Воейковъ. — Послѣдняго очень не любили въ Ставкѣ: что же касается графа Фредерикса, весьма почтеннаго и заслуженнаго старика, то его, за иностранную фамилію, объявили въ подозрѣніи и обвинили, неправильно, конечно, въ организаціи нѣмецкой придворной партіи и въ покровительствѣ нѣмцамъ вообще.

Императора Николая ІІ-го озабочивала весьма сильно собственная судьба его и судьба его семьи, почему онъ поручилъ генералу Алексѣеву выяснить ее путемъ сношенія съ Временнымъ Правительствомъ. — Сношеніями этими требовались: 1) безпрепят

ственный проѣздъ съ лицами свнты въ Царское Село; 2) безопасное пребываніе въ Царскомъ Селѣ до выздоровленія дѣтей, заболѣвшихъ какъ разъ въ этотъ періодъ времени корью; 3) безпрепятственный проѣздъ въ Романовъ на Мурманѣ (съ вѣроятнымъ намѣреніемъ временно уѣхать въ .Англію) и 4) разрѣшеніе, по окончаніи войны, пріѣзда въ Россію, для постояннаго проживанія въ Крыму въ Ливадіи.

О четвертомъ вопросѣ генералъ Алексѣевъ невидимому счелъ

несвоевременнымъ ходатайствовать. — Первые же трп вопроса были представлены Временному Правительству и ими разрѣшены въ утвердительномъ смыслѣ, о чемъ въ Ставкѣ и была получепа соотвѣтственная телеграмма кн. Львова на имя генерала Алексѣева. Какъ оказалось, однако, впослѣдствіп выполнить эти свои постановленія для Временнаго Правительства, терявшаго, въ впду оппозиціи лѣвыхъ круговъ, съ каждымъ днемъ и часомъ свой авторитетъ, было не по силамъ.

Слѣдующій день 18-е марта приходился на воскресенье. — День отличался отъ предыдущаго только церковной службой въ штабной церкви, на которой присутствовалъ Государь со своею Матерью, Императрицей Маріей Феодоровной. — Служба прошла въ особо сдержанномъ настроеніи; она была послѣдней, на которой въ Ставкѣ присутствовалъ Государь.

Затѣмъ въ слѣдующіе дни Императоръ Николай ІІ-и прощался со всѣмп военными агентами я своимъ штабомъ, причемъ 21-го марта отдалъ прощальный приказъ; наиболѣе знаменательными словами въ немъ были слѣдующія:

«Эта небывалая война должна быть доведена до полной побѣды. Кто думаетъ теперь о мирѣ, кто желаетъ его, тотъ пзмѣнникъ отечества, его предатель».

«Исполняйте же вашъ долгъ, защищайте доблестно нашу Великую Родину, повинуйтесь Временному Правительству, слушайтесь вашихъ начальниковъ, помните, что всякое ослабленіе порядка службы только на руку врагу»....

Насколько знаю, приказъ этотъ не былъ объявленъ п армія узнала о его существованіи и содержаніи лишь по ходившимъ рукописнымъ спискамъ.

Весьма трогательно было прощаніе Императора Николая съ чинами Ставки.