Как бы там ни было, но дата Кровавого воскресенья запомнилась на всю жизнь. Так что, как футбольный болельщик (за наших игроков в Англии), не мог не обратить внимания, что там очередные игры в борьбе за кубок произойдут 9 января, причём в воскресенье – совпадение стопроцентное.

Игры прошли: «Арсенал» – ничья, «Манчестер Юнайтед», который фанаты называют не иначе как красные дьяволы, выиграл у «Ливерпуля» 1:0. Сообщалось, что матч для ливерпульцев развивался крайне драматично. «Красным дьяволам», напротив, весь матч везло, буквально как дьяволам. Не буду перечислять элементы везения. Укажу лишь на то, что к игре как бы не относится, но весьма симптоматично в отношении к слову «советский», к его сакральности.

Сразу после свистка судьи (сообщали английские таблоиды) из динамиков на стадионе «Олд Траффорд» раздались аккорды Гимна СССР в исполнении военного хора несуществующего ныне государства.

Безусловно, имелся в виду прославившийся на весь мир Ансамбль песни и пляски Советской Армии под руководством композитора и дирижёра Александра Васильевича Александрова. Другая его песня, равновеликая Гимну СССР, – «Священная война», которая нравилась, скажем так, великому глашатаю русского рока Владимиру Высоцкому, да и многим, в том числе автору этих строк, сейчас не исполняется.

Чиновники от культуры иногда просто изощряются в выискивании компромата, чтобы ущипнуть побольнее неугодного художника или театрального деятеля. Особенно важно – к юбилейной дате, например к столетию Михаила Шолохова. Они всё накручивают и накручивают культурную революцию, как говорил Маяковский, «наступив на горло собственной песне». Ведь поверить, что «Священная война» кому-то может не нравиться, довольно трудно. Впрочем, у особо одарённых чиновников, умеющих держать нос по ветру, нюх вполне заменяет отсутствие вкуса. Но вернёмся к футболу.

Победное звучание Гимна СССР на стадионе «Олд Траффорд» прежде всего понадобилось крупнейшему фанатскому клубу Red Army (Красная Армия). Надеюсь, мы ещё в состоянии понимать, что Советская Армия была бы немыслима без своей предшественницы – Красной Армии. Так что слово «советский», затоптанное у нас в стране реформаторами первой волны, там, где они не могли затоптать его, что называется по определению, всё ещё живёт. И смею заверить всех читателей, что будет ещё долго-долго жить, не принося никому вреда. У нас же именно его искоренение, оскорбляющее отцов и дедов, среди других выше указанных причин вывело наших мальчиков на Манежную площадь.

Настало время правильно истолковать слово «советский» и вернуть в словари. И не надо бояться возврата в СССР, возврат невозможен, мы стали другими. А вот взять лучшее, что было в Советском Союзе, не на скрижалях, а действительно имело место быть, – просто наша обязанность.

И надо прекратить игры оппозиции и кремлёвских интеллектуалов за гранью дозволенного. Эти игры используют неприкосновенный ресурс – национализм, имеющийся у любого народа. А использовать его по всякому поводу, во всяком случае, для понимания расстановки предвыборных сил, – аморально. И прежде всего потому, что подобные игры, хотят того игроки или не хотят, – тянут страну в очередную революцию. А этого правящей элите никак нельзя допускать – хаотичность ельцинских революционных реформ мы все до сих пор ещё расхлёбываем.

Одна голова хорошо, а две?!

Сладчайший Саади, персидский писатель и мыслитель, говорил, что человек должен жить девяносто лет. Первые тридцать лет – просто жить. Вторые – учиться, а третьи – учить и оставлять после себя учеников. Историки полагают, что одного года жизни не дожил Саади, чтобы самому личным примером украсить свой завет. По-современному – свой проект долголетия.

Какой ужасный человек этот сладчайший, просто издевается над нашими министрами и депутатами обеих палат. Жил себе, не тужил, а тут как-то с пенсионной реформой надо решать, с налогами. Можно было бы и повысить пенсионный возраст, скажем, мужчинам до 65 лет, а женщинам до 60, но какой прок. Если мужчины при такой хорошей жизни у нас в среднем живут 59, а женщины, может быть, потому и живут ещё в среднем 73 года, что на пенсию уходят в 55, а повысь им пенсионный возраст, то и они, не хуже наших мужиков, начнут умирать до пенсии.

Нехороший человек этот Саади, по всем параметрам нехороший. Если писать законы и обнародовать заветы в расчёте на себя, то себе же и дороже будет. Допустим, постановили снять с депутатских машин сигнальные маячки, тогда придётся, однако же, их и снимать – вот в чём проблема?! Нет-нет, законы и постановления как писали абстрактно, так и будем продолжать.

А с учением и учениками, коих советует оставлять после себя, вообще «загнул». Какое учение, какие ученики – однопартийцы по фракции, что ли?! Это хорошо, если верховная власть останется прежней, а если поменяется, то многие законы, даже абстрактные, придётся опять писать заново. Потому что в нашей стране, если меняется верховная власть, то сразу же меняется и общественный строй.

Тёмным человеком был этот мыслитель, что и говорить – средневековье. Никто не отрицает, что был интеллектуалом, но интеллектуалом всего лишь XIII века. Тогда во всём мире интеллигенции не было. Во всяком случае, у нас бесчинствовало и процветало монголо-татарское иго. Слава богу, сейчас время другое, и интеллигенция не перевелась ещё.

Вот тут-то давайте остановимся и вполне серьёзно взглянем на свою русскость и на свою советскость, которые неразделимы в нас. И, к нашему несчастью, вполне устраивают кукловодов, использующих нас, словно марионеток.

После окончания Высших литературных курсов, волею обстоятельств, был направлен на усиление Новгородской писательской организации. Все обстоятельства перечислять нет необходимости, главное из них – стремление полностью, без остатка, погрузиться, скажем так, в русскость.

Два поэта ХХ века повлияли на меня – Сергей Есенин и Осип Мандельштам. И в этом смысле пожелание Сергея Есенина предсказателю гибели христианско-эллинской культуры и её последних носителей – «Оська, ищи родину!» – как и тогда имело, так и сейчас имеет не только прямой, но и сакральный смысл.

Осип Мандельштам во многом оказался прав. Сегодня нет прежней родины, и последних носителей христианско-эллинской культуры в прямом смысле этого слова тоже нет. Жизнь неумолимо демонстрирует кризис философской мысли и, как последствие, – кризис умов. Думаю, никто не будет оспаривать – всё, что ныне происходит на улицах и площадях, вначале происходит в голове сегодняшнего интеллигента. А происходит нечто такое, что требует от каждого националиста и от каждого интернационалиста пересмотра отношений друг с другом. И это тем более важно, что сегодня нет в чистом виде ни националиста, ни интернационалиста. Впрочем, их и раньше не было, а наблюдалась лишь политика чистоты рас. Сегодня таких заблуждений человечество не может себе позволить. Мы все должны жить в мире, потому что если раньше и националисты, и интернационалисты могли действовать с ощущением материальной непоколебимости мира (можно было не признавать друг друга, уничтожать, но от этого генетическая устойчивость мира, скажем так, как бы не страдала), то сейчас благодаря техническому прогрессу земной шар очень наглядно уменьшился и стал весьма хрупким и весьма уязвимым. Мы пришли в мир, который может быть уничтожен. И нам с нашей культурой предстоит жить именно в этом мире, другого мира и жизни не будет.

Технические возможности сегодняшнего человека опередили его нравственную и духовную суть. Наша ментальность, скажем так, отстала и не готова воспринимать современный мир. Мы не успеваем осваивать и усваивать технические совершенства и никогда не модернизируемся, как того желает главная партия страны. Нет-нет, мы все желаем модернизации, но она прежде должна произойти в нашей голове. Многое из того, что было в нашей жизни, никуда не ушло и пригодится в дальнейшем, но и отказаться придётся от многого. Нам, русской советской интеллигенции, нужны новые объединительные идеи, в которых национализм и интернационализм не соперничали бы, а, соревнуясь, дополняли бы друг друга. На первый взгляд кажется, что таких идей нет и не может быть.