Мы, болельщики, истосковались по нашим победам и, уже не надеясь с вами побеждать, хотим в игре хотя бы стойкости духа. А вы, Вячеслав Аркадьевич, – поражение – оно и есть поражение. А потом это заявление о гильотинах и виселицах на Красной площади. Ну, ей-богу, вы размечтались окончательно и уже под ногами земли не чуете.

На Красной площади, на Лобном месте, снимали головы историческим личностям. Стрельцам, Пугачёву со товарищи, то есть людям, пытавшимся изменить исторический ход России. А вы кем себя мните? Не надо зазнаваться. Что это за имперские поползновения?! Не то что на Красной площади, на задворках Бирюлёва вам виселицу никто ставить не будет. Никому ваша кровь не нужна, велика честь.

Наши тренеры, наши спортсмены перестали считаться с болельщиком. Везде в мире есть правило – проиграла команда ответственный матч, тренер уходит в отставку. У нас же Гус Иванович не только не ушёл, а его упрашивали оставаться тренером и дальше. Упрашивали как игроки, так и чиновники от футбола. Они даже не подумали спросить нас, болельщиков, хотим ли мы их, проигравших Словакии важнейший матч года? Так знайте, мы вас точно не хотим. Пять-шесть старых игроков, а остальных – в тираж.

Впрочем, как поступить – пусть решают специалисты, но они должны считаться с мнением болельщика всегда, а не только в том случае, когда горе-специалисту это выгодно. Надо иметь в виду, что всё, что произошло с главной командой страны по футболу, словно с матрицы повторяется в хоккее. Уже просят бедолаги вместе с тренером Игорем Захаркиным остаться у руля сборной счастливо спасшегося от гильотины Вячеслава Быкова. А как проникновенно просят (прочтите интервью с господином Захаркиным)! «…Весь цвет хоккейной России, два десятка её лучших мастеров сидели с опущенными головами и не понимали, что произошло».

И горько до слёз, и невольно улыбнёшься сквозь эти слёзы – опять, что ли, накурились кальяна?!

Глубоко убеждён, что в сборную страны надо набирать ребят не только по мастерству. Они должны уметь сражаться и стоять насмерть в любых условиях и с любой командой. И это должно быть в сборной всегда, в каждой игре. Пусть будут поражения. Но тогда не будет хотя бы этой горечи.

Против всех

Недавно один молодой человек, интересующийся современной русской литературой, прочитал некоторые мои произведения, включая неопубликованный научнофантастический роман. Он предложил открыть на моем сайте (www.slipenchuk.ru) страничку, на которой я мог бы делиться с читателями своими впечатлениями о тех или иных фактах окружающей жизни. Этот молодой человек (в дальнейшем буду называть его прессатташе) изъявил желание помочь мне с организацией этой странички, за что я ему благодарен, потому что после некоторых публикаций – не только своих, но и чужих – ощущал потребность в разговоре с читателем, так сказать, тетатет.

Хотел я начать разговор со своего неопубликованного романа. Была мысль познакомить читателя с некоторыми его главами. Но на глаза попалась заметка политика, и я решил начать с неё. Тем более что и раньше мне попадались подобные публикации, задевающие за живое, но не было никакой возможности реагировать на них. Последние три года я жил только своим романом.

Заметка, о которой я говорю, – это статья Георгия Бооса, в которой он оправдывался, что никогда не предлагал вернуться к практике использования графы «против всех». Не знаю, что заставило политика оправдываться. Может быть, недавно прошедший десятитысячный митинг в г. Калининграде, о котором сообщалось в печати и на телевидении. А возможно, какая-то полемика в прессе, мною пропущенная. Не знаю. Но мне кажется, причиной стал всё же митинг. И вот что подумалось.

Зря Боос оправдывался. По его словам, исключение пункта «против всех» нужно только для того, чтобы избиратели могли делать осознанный выбор между политическими партиями или же политиками, чья программа и чьи взгляды им ближе. Но это заявление, увы, несостоятельно. Оно предполагает, что людей, не склонных анализировать, исподволь всё-таки можно подвигнуть к этому.

Вот уберём злополучную графу, и они (избиратели) никуда не денутся, поневоле начнут анализировать, кто им ближе.

Ничего подобного. Первые ельцинские выборы (надеюсь, никто не откажет им в демократичности) со всей очевидностью показали, что в пору всенародной гражданской активности «против всех» проголосовало ровно столько людей, сколько их укладывается в количество обозлённых «на вся и всех». Кстати, обозлённость – не чисто русская черта характера. Французские политики довольно часто жалуются на своих граждан, что они, «эти французы», вечно всем недовольны. Думаю, в нынешний Год Франции в России мы ещё не раз убедимся в этом. Но вернёмся к заметке Георгия Бооса.

Куда девалась оппозиция?

«Уход от решения проблем, а именно таковой являлась графа «против всех», не ведёт к конструктивному диалогу, это, по сути, дорога в никуда. Это лишение права избирателя быть услышанным», – говорит губернатор. А дальше рассуждает, что эти голоса могли бы быть отданы за оппозиционные партии, особенно на региональном уровне.

Весьма похвально, что губернатор-единоросс озабочен: «ну почему так мало оппозиционеров – почему?!» В самом деле, почему? Очень интересный вопрос. Но и он, и вышеизложенные мысли о злополучной графе на этот вопрос не отвечают. То есть, скажем так, притянуты в сегодняшний день из-за каких-то политических соображений. Потому что подобные мысли на эту тему во множестве были озвучены и до Бооса. Особенно в период, когда графу выбрасывали из бюллетеня.

Запомнилось талантливо краткое выступление Владимира Вольфовича на эту тему. Как либеральный демократ и прожжённый политик, он не стал рассуждать «что, да почему, да с какой стати?». «У всех цивилизованных стран Запада нет такой статьи», – мудро изрёк Владимир Вольфович и закрыл все вопросы. Потому что точно знал, что все вопросы исходят от наших демократов, а их идеал в большинстве сформатирован с матриц Запада.

А между тем потеря графы «против всех» для нас, россиян, весьма существенна. И для единороссов, и для КПРФ, и для «Справедливой России», и для ЛДПР. В общем, для всех без исключения.

И вот почему. Эта графа, хотим мы того или не хотим, была своеобразным, опосредованным через избирателя, индикатором, скажем так, процентного количества закваски для закипания общества. То есть, прямо говоря, объективного состояния наличия в нём революционной ситуации.

Глубоко убеждён, что люди, которых пытаются заставлять аналитически мыслить с помощью всевозможных ликвидаций, никогда ничему не учатся и первыми переходят к температуре кипения от брожения этой самой закваски. Думается, именно здесь корень большинства проблем.

Мы сами на себя надели шоры и не видим того, что просто обязаны видеть постоянно, ежесекундно, ежечасно.

Опасное молчание

Да, графа «против всех» воистину взрывоопасна. Её магнетизм просто убийственен для общества с процветающей коррупцией. Особенно она опасна для всевозможных секьюрити и партий власти, которые стоят на страже их устраивающего режима.

Ведь процент активной закваски в обществе находится в прямой зависимости от их повседневной работы. Мы пошли по пути сокрытия и запутывания обывателя (читай – гражданина) заявлениями тактического порядка. Но стратегический-то порядок зиждется на базовых активах, а эта графа именно такая.

Мы увлеклись замалчиванием и умалчиванием, но умалчивание – это же один из способов лжи.

Западу тоже нелегко, разрушающий магнетизм революционной закваски, испробованный ими в некоторых странах СНГ, не только не принёс ожидаемого оптимизма, но и поверг многих архитекторов в уныние. Тем не менее Запад не пошёл по пути умолчания проблемы. У них давно используется в качестве метода гласности метод утечки информации. Не мытьём, так катаньем они информируют свой народ о приближающейся точке кипения, совершенно искренне полагая, что революция никому не нужна. Она не выгодна для благополучной мирной жизни и человека, и страны. Наши же органы власти считают утечку чрезвычайным происшествием, потому что утечка для какой-то высшей чиновничьей группы смерти подобна – уволят, а то и в тюрьму посадят. Отсюда и полнейшая закрытость. В данном случае весьма опасная уже не для какой-то категории чиновников, а для нас всех.