Страсть — характеристика, что я вложил в вас, оказалась куда сильнее и эффективнее всех других характеристик. К тому же, Страсть была не знакома жившим в Раю, поэтому никто вас и не вычислил… Так продолжалось до тех пор, пока ты, по неизвестным мне причинам, вдруг не бросил своего брата и не подался к Падшим… Скажи мне, Белл, что с тобой случилось? Откуда вдруг появилась идея присоединиться к клану? Что тебя заставило так поступить?

— Ничего особенного, Люцифер, — Беллор вздохнул, задумчиво покачав головой. — Просто один из Падших спас мне жизнь, заслонив своим телом, когда патруль Светлых хотел меня убить. Я тогда сильно ударился о камни и не смог защищаться. А Нигар просто сбежал. Он исчез так, как он это умеет, и даже не попытался помочь… Ты тоже не пришёл на помощь, а Падший пришёл. Он спас незнакомого мальчишку просто потому, что не мог иначе. Вот тогда я и понял, что на свете существует не только страсть и инстинкты, но и нечто большее, ради чего стоит жить.

— Значит, ты изменил своей природе только из-за того, что какой-то Падший лишил тебя возможности вернуться ко мне, твоему отцу?! — взбеленился Люцифер.

— Да, и я до сих пор благодарен ему за это! — прошипел Беллор, с вызовом глядя в глаза ангела. — Он помог мне не только осознать кто я, но и взглянуть по-другому на мир вокруг. Именно тогда я понял, в кого превращаюсь и кем не хочу быть.

— Тот Падший погиб? — Люцифер опасно прищурился. — Как его имя?

— Он погиб. И я не знаю его имени, — не задумываясь, соврал блондин.

Увлечённый собственной яростью Владыка этого даже не заметил. Прекрасные голубые глаза ещё долго метали молнии, пока Люцифер не заговорил вновь.

— Надо же, как порой играет с нами судьба, — уже более спокойно протянул он. — Какая-то незначительная мелочь может испортить всю игру… Но не будем о прошлом! — вдруг улыбнулся Люцифер, наливая себе ещё вина. — Лучше вернёмся к настоящему, сынок. Итак, мы остановились на том, что, невзирая на все твои попытки контролировать свою силу, ты не сможешь избавиться от страсти убивать, пока не исполнишь то, что тебе назначено. А предназначено тебе, как я уже сказал, вернуться в Рай и покончить с моими братьями и их войском. Я, к сожалению, не смогу пойти с тобой, потому что путь в другие миры для меня закрыт. Впрочем, ты пройти сможешь. Ты — наполовину Светлый, так что Святой Огонь для тебя не опасен.

— Я никуда не пойду, — недослушав, перебил Беллор. — И не стану никого убивать, так что не старайся.

— Давай считать, что я этого не слышал, Белл-Ориэль, — Люцифер повысил тон. — Лучше будет, если ты хорошенько обдумаешь моё предложение прежде, чем дать на него ответ. Не забывай, что здесь у тебя нет власти, а у меня наоборот. И поскольку выйти отсюда ты уже не сможешь, советую поразмышлять на досуге о судьбе всех своих друзей… И, конечно, Аурики, ведь отныне ей придётся жить здесь. У тебя прекрасная дочь, мой мальчик, и будет обидно, если упрямство отца отразится на благополучии девочки… Кстати, кто её мать?

— Касиэра, — спокойно бросил блондин, с удовольствием наблюдая, как поперхнувшись вином, Люцифер побагровел от ярости. Желваки на его скулах нервно задёргались, а в побелевших пальцах с хрустом лопнул хрустальный бокал. Несколько секунд Владыка не мог выговорить ни слова, потом с трудом сглотнул и процедил:

— Эрикииль тебя проводит! 

Тут же в комнату вошёл демон-дворецкий и кивнул блондину на выход.