- Ну что, пойдемте дальше? В Арке есть более интересные места.

- Подождите, я хочу здесь немного побыть, - и Андре заговорил с сыном по-

французски.

- Мишель, ты знаешь, что это за комната?

- Догадываюсь. За этим столом собирались мои бабушка, дедушка и эмир? В своих

записях дедушка называл ее русской комнатой.

- Только патефона здесь не хватает и дивана. Представь себе, почти семьдесят лет назад

за этим столом сидела мои родители. Это просто чудо! Между прочим, в то время я тоже

был здесь, только в животе мамы.

Отец с сыном тихо засмеялся.

- Я смотрю, вам здесь понравилось? – напомнила о себе гид. - Видимо, вы любите

старинную мебель? Пойдемте дальше, а то я тороплюсь, у меня есть еще другие дела.

Совсем нехотя, гости пошли за гидом к выходу. Они спустились вниз и продолжили

экскурсию по территории Арка. Гид показала дома главных визирей эмирата, гарем

эмира, казармы для личной охраны правителя.

- А где было казнохранилище? – спросил старик Андре.

Экскурсовод подвела гостей к казнохранилищу и показала вход.

- А можно туда спуститься? – спросил Мишель, показывая руками вниз.

- Можно, но там ничего интересного.

И все же Андре настоял, и они стали спускаться по лестнице. Гид была недовольна:

какие-то нудные туристы, мелочные, суют нос во все дырки, как будто специалисты,

историки.

Подземное казнохранилище обдало прохладой, как только отворили его ворота. Лишь в

маленькие окошки пробивался свет, рассеивая мрак. Они остановились посреди большой

157

комнаты с колоннами и принялись разглядывать вокруг. Отец и сын мысленно

представили, как в те давние времена здесь хранились сундуки с золотом.

Когда они вышли из подземного помещения, яркий свет ослепил их на миг. Оттуда их

повели к баням, далее показали небольшую тюрьму. А когда направились к водоему,

Андре спросил:

- Госпожа Нигора, покажите нам, где жили жены последнего эмира?

- Вон в тех зданиях.

- Говорят, у него была русская жена.

- Да, была одна иноверка, но о ней мало что известно. Одни говорят, что это была

француженка, другие считали ее русской. Ее существование эмир старался держать в

тайне, не желая злить и без того фанатичных мусульман.

- А где она жила?

- Кажется, вон в том крыльце здания. Она жила отдельно.

- Можно туда зайти? – спросил Андре.

- Закрыто. Мы храним там часть экспонатов музея. Там смотреть нечего. Итак, нам

осталось посмотреть отдел фотографий и документов. Идемте быстрее.

По дорожке между кустами они заспешили к небольшому зданию, и Андре спросил у

гида:

- Кажется, вы торопитесь? Если у вас срочное дело, идите. Дальше мы сами справимся,

надеюсь, там под фотографиями имеются надписи?

- Да, есть. Спасибо вам, понимаете, сегодня у моей подруги мероприятие – сыну делает

обрезание. Сейчас я должна быть там.

- О, это интересное зрелище, - и седой француз извлек из кошелька три купюры и

вручил гиду, и лицо женщины стало счастливым.

Отец и сын уже сами рассматривали пожелтевшие фотографии времен последних

эмиров. На стендах, а так же под стеклянными витринами, хранились старинные

документы, написанные арабскими буквами. В этом небольшом зале кроме двух туристов

в желтых шортах еще были школьники старших классов с молодой учительницей в

атласном платье. Дети разглядывали экспонаты с шумом: громкие голоса, смешки.

Впрочем, иностранцам это не мешало: они искали изображение Натальи Сомовой и

Виктора Николаева. И внезапно их глаза застыли на одной фотокарточке на стене: эмир с

группой русских офицеров. Андре сразу узнал отца, он стоял рядом с правителем

Бухары. Мишель тоже узнал деда.

- Наконец-то, хоть что-то нашли. Какая удача. Надо будет попросить музейных

работников, чтобы размножили это фото.

Мишель стал разглядывать своего предка с погонами, с аксельбантом и двумя орденами.

Изучая лицо деда, внук отметил про себя: «Мой отец не похож на полковника Николаева,

но зато имеет много общих черт с эмиром. Такой же нос, большие глаза. Губы толстые,

как у правителя, а у советника они тонкие. «А может, мой отец - сын эмира Алимхана? –

эта мысль просто обожгла сознание Мишеля. – Неужели я внук эмира?»

- Папа, тебе не кажется ли, что твой настоящий отец – это Алимхан? – спросил сын,

загадочно улыбаясь.

Андре тоже заметил это сходство, хотя и ранее возникали такая мысль. Но в

действительности, это его мало интересовало. Он любил полковника Николаева и считал

его настоящим отцом.

- Меня это мало интересует. Мне очень хочется найти фотографию моей мамы. Хочу

увидеть ее лицо. Папа говорил, что я похож на нее.

158

- Неужели у бабушки не было никаких фотокарточек?

- Конечно, имелись, но их утеряли во время побега: саквояж с вещами выпал из

коляски.

Им не верилось, что эмир не запечатлел одну из самых любимых жен. Так что

изображение Натальи-ханум должно быть. И все же такой барышни на стендах не

оказалось. Стало грустно.

- Нам пока рано унывать, гид сказала, что в запасниках музея есть еще фотографии

эмира.

ОН ЗНАЕТ, ГДЕ ПЕЩЕРА

На следующий день после убийства историка Антон поехал в областную библиотеку.

Там, в отделе краеведения, ему дали карту области, выпущенную в пятидесятых годах.

Антон разложил ее на весь стол и склонился над ней. Отыскать уже не существующие

кишлаки Сурх и Гилям было несложно, и лицо Антона засияло от радости. Пожилая

библиотекарь заметила счастливое лицо посетителя и тоже улыбнулась.

Тогда он достал из своего портфельчика лист кальки, приложил ее на часть карты и стал

снимать. Теперь библиотекарь не сводила с него взгляд, как бы читатель не испортил

карту. Заметив это, Антон успокоил женщину:

- Вы не беспокойтесь, я аккуратно. По профессии я географ и умею обращаться с

картами.

В ответ та снова улыбнулась и закивала головой.

Закончив копирование, Антон ушел, оставив на столе библиотекаря синюю плитку

шоколада.

Такси доставил его прямо к подъезду тети Розы. Уже в квартире Антон сразу закрылся

в своей комнате. Развернул карту на кровати и стал сравнивать ее со своей. Они почти

совпали. Теперь ему стало известно, где искать пещеру. От волнения на лбу выступили

капельки пота. Антон принялся ходить по комнате. Он уже в пол шаге от великой тайны!

Это событие надо отметить. И он вышел на веранду, где Аленка читала узбекские сказки,

растянувшись на тахте. Радостный отец склонился над дочкой и чмокнул в щечку. Дочь

же обняла его за шею и попросила купить игру тетрис.

- Обязательно куплю и самую дорогую.

Затем он заглянул на кухню. В это время хозяйка чистила в раковине картошку. Когда он

достал из холодильника открытую бутылку коньяка, то заметил неодобрительный взгляд

хозяйки.

- Тетя Роза, вы только не подумайте, что я какой-нибудь алкаш. Просто, иногда падает

давление, и коньяк его сразу поднимает.

- Я ничего плохого не думаю о вас, - хитро улыбнулась хозяйка. – К тому же у вас,

оказывается, такая болезнь. Но я хочу, чтобы вы знали: мой муж – да хранит его Аллах –

умер от водки. Потому надо беречь себя, тем более, вы хороший человек и у вас дочка.

- Спасибо за беспокойство, но уверяю, все будет о’кей.

Антон вернулся в свою комнату, и там, на трельяже наполнил бокал армянским

коньяком. Выпив разом, он бросил в рот кусочек шоколада. Затем уставился на широкое

зеркало, любуясь своим радостным лицом. «Как только найду клад, то сразу женюсь на

какой-нибудь звезде, - решил обрадовать себя Антон. – С такими деньгами любая

красавица полюбит меня. Возьму Пугачеву. Нет, к сожалению, она уже не такая молодая.