[38] «Флирт» («Игра в любовь»), комедия в 4 действиях М. Балуцкого в вольном переводе с польского Е. М. Бабецкого, впервые шла у Корша 27 августа 1893 г.

[39] Орленев по памяти пересказывает отзыв А. В. Амфитеатрова. Подлинный текст следующий:

«Вот уже три дня, как я, из дальних странствий возвратясь, рыскаю по Москве и стараюсь вообразить себя Чацким…

Попал с корабля хуже чем на бал: сразу в три театра.

Пролил слезу свидания на белый жилет Корша. Корш был очень доволен.

— Вот какой милый, голуба! — растроганно восклицал он.

И на радостях показал мне Орленева.

Я давно не хохотал так, как заставил меня хохотать этот новоявленный комик.

{301} — Водевиль есть вещь! — Репетилов сказал это гораздо умнее, чем думают вольтерьянцы.

Вещь очень серьезная и трудная. Вещь, для которой надо родиться.

Водевильные комики бывают трех сортов.

Первый сорт, вместе с луною, делает хромой бочар в Гамбурге, и прескверно делает.

Мы можем судить об этом по г. Правдину.

Второй — более интересный — комики, которые fiunt (делаются). Третий — которые nascuntur (рождаются).

К этому-то последнему типу и имеет счастие принадлежать г. Орленев.

Когда он родился, фея водевиля — хорошенькая женщина в красном колпачке с бубенчиками — пощекотала мальчика под мышками, и новорожденный закатился неудержимым смехом, невольно заражая им присутствующих.

Хохотала мамаша, хохотал папаша, хохотала акушерка, мамка, кошка Машка и мамашина собачка.

Совершенно так же, как теперь хохочет весь, сверху донизу, театр Ф. А. Корша» (А. За день. «Новости дня», 1893, № 3748, 22 ноября, стр. 2).

[40] Чехов был в Москве с 27 октября до 8 ноября и с 25 ноября до 18 декабря 1893 г. За это время водевиль «С места в карьер» шел 28 и 31 октября, 4 и 8 ноября, 6 и 16 декабря.

[41] Пятиактная драма в стихах «Васантасена» Эмиля Поля по мотивам староиндийской драматической поэмы Шудрака «Глиняная повозка» в переводе с немецкого И. Н. Иванова-Афанасьева впервые представлена у Корша 14 октября 1894 г. при следующем распределении ролей: баядерка Васантасена — Л. Б. Яворская, принц Ариака — Орленев, Матрея — Н. В. Светлов.

[42] Александр III умер 20 октября 1894 г. в Ливадии. Спектакли у Корша возобновились после траура 14 ноября.

[43] Фарс Томаса Брандона «Тетка Чарлея» шел у Корша 13 декабря 1894 г. в бенефис В. А. Сашина и был повторен 16 декабря в бенефис Орленева, игравшего роль Бабса. «Московский листок» язвительно замечал 15 декабря, что «г. Сашин очень удачно копировал знаменитого “Ваню Рыжего”, а г. Орленев один, без сотрудников, изображал собою и клоуна Бим и его неизменного сотрудника клоуна Бом».

[44] Впоследствии, после шумного успеха Орленева в «Царе Федоре Иоанновиче», Суворин без лишней скромности писал: «Как только я увидел его в маленькой пьеске “С места в карьер”, где он играет роль сапожника, я понял, что он не комик только» («Новое время», 1898, № 8132, 17 октября, стр. 4).

[45] Свой первый сезон петербургский театр Литературно-художественного общества открыл 17 сентября 1895 г. драмой Островского «Гроза» в постановке Е. П. Карпова. Роль Тихона исполнял Орленев. Чепурина в комедии Островского «Трудовой хлеб» Орленев сыграл 19 сентября, Анучкина в гоголевской «Женитьбе» — 16 ноября. Одновременно он выступал также в «Школьной паре» (27 сентября), «С места в карьер» (7 ноября) и др.

[46] {302} На следующий день после первого представления «Грозы» Н. А. Россовский оценил в «Петербургском листке» игру Орленева и других участников спектакля как «неудовлетворительную». 19 сентября он так разъяснял свою оценку: «Бесспорно талантливый г. Орленев совершенно исказил характер Тихона Кабанова; он все делал, чтобы смешить публику, выкидывал так называемые “коленца” и, конечно, в лоск провалил типичную роль… Г. Орленев очень хороший фат, простак, но это не мелодраматический герой и не резонер». Однако поверхностный и консервативный «критик-ругатель» Россовский, как назвал его в своих воспоминаниях «Близкое — далекое» Н. Н. Ходотов, вскоре вынужден был переменить свое мнение об Орленеве.

[47] Малый театр — здание на Фонтанке в Петербурге, где теперь находится Большой драматический театр им. М. Горького. Орленев здесь и в дальнейшем подразумевает под Малым театром суворинский театр Литературно-художественного общества (первоначально — театр Литературно-артистического кружка). Сезон 1896/97 г. этот театр провел в помещении Панаевского театра, помещавшегося близ Дворцового моста; спектакли начались 18 сентября.

[48] В. И. Качалов служил в театре Литературно-художественного общества сезон 1896/97 г., исполняя второстепенные роли.

[49] И. И. Судьбинин был принят в труппу по рекомендации Орленева. 17 августа 1895 г., перед открытием первого сезона, Орленев писал режиссеру суворинского театра Е. П. Карпову: «Находясь в Москве, узнал, что в Кускове дают “Женитьбу Белугина” с участием Судьбинина. Зная, что Вы с ним ведете переговоры, меня невольно заинтересовало посмотреть, что это за актер — так как раньше его не видал. Слухи о нем оказались правдоподобны — актер действительно очень хороший и для Вашего репертуара в особенности. Я слышал, например, что пойдет “Власть тьмы”. Ах, какой бы это был Никита! Познакомившись с ним, я спросил, служит ли он у Вас — он говорит, не получал никакого ответа. А поговоривши с ним, узнал, что он играет массу и характерных ролей. Не желая Вам ничего дурного, я очень был бы рад за Вас, если б покончили с Судьбининым…» (Ленинградский театральный музей, ОРЦ — 254, КП 6464/58). Судьбинин с большим успехом играл в первый же сезон у Суворина роль Никиты во «Власти тьмы».

[50] Одноактная комедия-водевиль «Невпопад» (переделка с польского Л. К. Людвигова-Маевского) шла у Суворина 19 сентября 1896 г. и прочно утвердилась в репертуаре. Орленев играл роль лакея Федора Слезкина.

[51] Элеонора Дузе гастролировала в Петербурге в декабре 1896 г.

[52] Орленев несколько смещает последовательность названных им спектаклей. 22 октября 1896 г. была показана «Злая яма» К. И. Фоломеева, 8 ноября — «Севильский обольститель» А. Н. Бежецкого (Маслова), 10 декабря — «Трильби» Г. Г. Ге.

[53] Сезон 1897/98 г. у Суворина открылся 17 сентября. Комедия Е. А. Дубельт-Зеланд «Ложь» шла 25 ноября. Орленев играл гимназиста Сергея Кузнецова.

[54] Трагедия А. К. Толстого «Царь Федор Иоаннович» была напечатана в 1868 г. Тридцать лет над ней тяготел запрет театральной цензуры. Лишь однажды, в 1890 г., ее сыграли великосветские «любители» {303} в Домашнем спектакле. Разрешение, с трудом добытое театром Литературно-художественного общества и Московским Художественным театром весной 1898 г., было дано с условием предварительной проверки политического звучания спектаклей. В тексте цензура произвела существенные купюры. Первое представление Состоялось у Суворина 12 октября 1898 г., в МХТ — через два дня. Для провинции разрешение давалось с особыми трудностями, о которых Орленев рассказывает ниже.

[55] Псевдоисторическая драма М. Н. Бухарина «Измаил» была впервые представлена в суворинском театре 24 января 1898 г.

[56] «Начались репетиции трагедии графа Алексея Толстого “Царь Федор”. Заглавная роль поручена г. Орленеву», — сообщала газета «Новое время» 5 сентября 1898 г.

[57] Премьера трагедии «Царь Федор Иоаннович», состоявшаяся 12 октября 1898 г., вызвала многочисленные отклики печати. Высоко оценил игру Орленева выдающийся критик-демократ В. В. Стасов («Новости и Биржевая газета», 1898, № 320, 20 ноября). Об Орленеве он восторженно писал и Ф. И. Шаляпину 5 декабря 1898 г. (сб. «Ф. И. Шаляпин. Литературное наследство», т. I. М., «Искусство», 1957, стр. 424). 13 ноября Стасов писал Суворину: «… драма, конечно, плоховата, жидковата и слабовата, но она дала возможность высказаться и всплыть наружу такому сильному, такому оригинальному таланту, как Орленев! Вчера я попал в “Федора” после долгого ожидания и невозможности достать билет… Но Орленев, Орленев! Что за чудный талант! Это будет пооригинальнее, посильнее, и поглубже, и понужнее для искусства, чем этот изящный итальянский цветочек — Дузе! Вообразите, я его смотрел, и в продолжение часов трех-четырех я не услыхал ни одного фальшивого, ни одного разбавленного, ни одного рассиропленного и ни одного преувеличенного тона. Какая редкость на театре!! Правда у него везде — вот и все тут! Сколько нервности, слабости, вспышек, как солома, погасания, как трут с бегающими красными червячками! Восхищение, восхищение!..» («Театр», 1955, № 2, стр. 136. Публикация Н. Черникова).