Кузьмяк практически из последних сил подполз ко мне и положил голову мне на ступню. Если бы я могла, то непременно погладила бы его по голове. Он так маялся исключительно ради меня. Мог ведь отказаться от всего и оставить меня (ветер не смог бы ничего ему сделать, если бы я произнесла заклинание отзыва спутника) навсегда. Конечно тогда Кузьмяк снова бы превратился в обычного котенка, но это все же лучше, чем так мучиться. Однако Кузьмяк этого не сделал. Он остался со мной. Вот так и познаются настоящие друзья.

Вэра все не было. Мои силы по капле утекали в никуда, и я боялась, что упаду раньше, чем мой друг вернется. Кузьмяк больше не поднимал голову, и я поняла, что мой преданный звереныш уснул. К моему удивлению, ветер не стал его будить, как это было в предыдущие дни. У меня помутнело перед глазами, и последнее, что я успела заметить, был ворон, усевшийся на ветку такого же, как и он сам бесконечно одинокого дерева.

— Вставай, моя милая лентяйка, или я тебя без завтрака оставлю!

Мои мысли постепенно сами выпутывались из клубка забытья, и я уже могла худо-бедно соображать. Я лежала на мягком одеяле из овечьей шерсти, под головой у меня была самая настоящая подушка (роскошь, которую я не могла себе позволить уже несколько недель подряд), возле моих ног, сладко сопя и подергивая пушистым хвостом, спал мой фамильяр. На удивление я чувствовала себя просто замечательно. А точнее, мне никогда так хорошо не было. У меня было стойкое ощущение, будто я проспала целое столетие — так я хорошо отдохнула. Однако я прекрасно знала, что такого попросту не могло быть. После совершенного в подростковом возрасте обряда я теперь могла спать не более двух часов в сутки. А неприятным последствием стало мое полное и безоговорочное послушание ветру. Это была цена, которую я была вынуждена заплатить, чтобы навсегда избавиться от мучивших меня кошмаров. Иногда мне казалось, что уж лучше бы я покрывалась холодным потом от ужаса каждую ночь, чем стала бы безвольной марионеткой в руках невидимого кукловода.

— Вставай, моя милая лежебока, иначе все остынет! Твой братик так для тебя старался!

— Сколько я спала?

— Два часа, милая. Как обычно. Осторожно, милая. Ты ведь так долго сидела в одном положении!

Можно подумать, это не он в этом виноват. Хотя, может и не он. Не знаю. Что-то не давало мне покоя, словно я уже это все проходила. А может, это я просто себе придумала. Так что могло быть все что угодно, но я чувствовала, что все это происходит не случайно.

Я медленно села, стараясь не потревожить котенка. Если мои глаза меня не обманывали, то я находилась сейчас в шатре Вэра. Как и мой собственный, этот сам собой собирался после нажатия красного рычажка на маленьком черном ящике. Только у любящего помпезность арахноида шатер был намного просторнее. К тому же Вэр не поскупился и на внутреннюю обстановку. Чего здесь только не было: и низкие эмеральдские диванчики, и искусно сотканные руками нимф и дриад ковры и циновки, и знаменитый амарантийский фарфор, и еще многое-многое другое, чье происхождение я не могла определить. Больше всего меня сейчас привлекал сервировочный столик, который стоял практически перед самым моим носом. На столе было несколько тарелок и мисочек с моими самыми любимыми блюдами: пышнейший омлет с морепродуктами, овощной салат с перепелиными яйцами, нежнейшая творожная запеканка со сметанкой и вишневым вареньем, и вишневый же пирог на десерт. Также здесь был и заварочный серебристый чайник, из носика которого шел умопомрачительный аромат отвара из горных и лесных трав. Вэр явно пытался меня задобрить.

Не на ту напал. Я еще ему долго не забуду тех страданий, которые мне пришлось терпеть по его милости. Может и не по его, но именно сейчас меня это мало волновало. Хорошим завтраком он от меня точно не отделается. Уж я-то ему устрою сладкую жизнь.

— Кира, милая, ну скажи хоть словечко. Твой братик так о тебе волновался! Я ночами не спал!

— Помолчал бы уж! — огрызнулась я, отказываясь глядеть Вэру в глаза. — Конечно не спал! Небось опять какую-нибудь… гм… Ладно, не при детях. И ты мне никакой не брат!

— Милая, ну зачем ты так со мной! Я же тебя так сильно люблю! — почти рыдал от отчаяния мой друг. Он пытался встретиться со мной взглядом, но я упрямо отворачивалась. — Солнышко мое, я вот, например, всегда относился к тебе как к своей любимой младшей сестренке! Ну посмотри же на меня! Милая, умоляю: посмотри на меня!

Вы когда-нибудь видели огромного мохнатого паука, в шести красных глазах которого стояли бы слезы? Огромного — это не того, что может уместиться на ладони, а того, что выше обычного человека головы на три. Так вот я только что стала свидетельницей таковой невероятно милой картины. На мой вкус, разумеется. Я всегда имела слабость ко всем без исключения паукам. И даже когда я была на обучении у Наставницы, умудрилась извести целое полчище мух ради пропитания одного единственного паучка в деревянном строении на одну персону возле ее старой хижины. Благо мух там было предостаточно.

— И как ты объяснишь то, что издевался надо мной целых три дня? — я наконец соизволила взглянуть на арахноида, только он уже не очень был этому рад. — Или, по-твоему, именно так и положено обращаться с младшими сестрами?

Казалось, что Вэр вот-вот расплачется. Мне даже стало его немного жаль, но я вовремя себя одернула, вспомнив, что решила так просто не сдаваться.

— Моя милая девочка, — почти скулил мой друг. — Я не виноват. Так нужно было. Поверь мне… Пожалуйста!

— И кому это было нужно? — я пошла в наступление. — Неужели мне? Или Кузьмяку? А?

Вэр резко посерьезнел, а его глаза мгновенно стали сухими. Я даже поежилась от такой быстрой перемены в настроении арахноида.

— Да, — еле слышно ответил он. — Это нужно было именно тебе.

Не знаю почему, но я снова ему поверила. Что-то такое было в его голосе, что лишило меня последних сомнений. Вэр старался только ради меня. Как всегда. Сколько я себя помню, он всегда был на моей стороне. К тому же он полностью меня вылечил и восстановил все мои силы. Подозреваю, что с Кузьмяком он проделал то же самое.

— Вэр, для чего это было нужно? — тихонько спросила я, уже совершенно не злясь на него. — Вэр?

Мой друг тут же воспрял духом. Он подскочил ко мне, погладил одной из своих многочисленных лап по моей голове и, почти смеясь, ответил:

— Секрет! Будешь много знать — скоро без зубов останешься!

И он, хохотнув, выбежал из шатра. Но сердиться на друга я больше не могла.

Видимо мы с Вэром так сильно шумели, что разбудили Кузьмяка. Привлеченный громкими звуками, он открыл сначала один ярко-желтый глаз, потом другой, а затем томно потянулся, сообщив мне таким образом, что полностью проснулся.

— Кир, а тебе чего не спится? — зевнув, спросил котенок. — И где это мы? Ого! А что это за строение такое, а? Это шатер, да? А почему тогда наш такой маленький? Кир, а давай и себе такой раздобудем?

Я потрепала фамильяра за ушком, а затем перетащила звереныша к себе на колени. Он довольно растянулся у меня на ногах, а я начала почесывать его пузико, заставив котенка довольно урчать.

— Это шатер Вэра.

— Да? Ну, я так и думал. Эх, а он раз в пять больше нашего будет, — заметил Кузьмяк и тут же, спохватившись, подскочил. Он вытянулся на задних лапках, поставив передние мне на грудь. Котенок дотронулся своим носиком до моего и спросил. — Кир, ты как? Тебе не больно? Посмотри на меня. Сколько когтей видишь?

— Все в порядке, киса. Не беспокойся. Сам-то как?

Котенок снова сел мне на ноги, потыкал себя лапкой в животик, подбородок, хвост… А затем весело рассмеялся и объявил:

— У меня ничего не болит! Кир, мои несчастные мышцы больше не просят пощады. Я вновь готов совершать подвиги! Я снова жив и весел! Хочешь, станцую?

— Погоди танцевать! — расхохоталась я. — Сначала подкрепиться не помешало бы. Ты как, голодный? Сейчас нас Вэр кормить будет.

— Хозяйка моя любимая, — с чувством произнес котенок, прижав лапку к груди. — Как же я рад, что мне так с тобой повезло. Если бы не ты, то я бы даже и не вспомнил о том, что необходимо поддерживать свои жизненные силы посредством приема питательной и чрезвычайно полезной пищи! Благодарю тебя, о разумнейшая из лицензированных гадалок третьей высшей степени!


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: