— Разумеется. К тому же с ней молодой Морхаус.

— А Сара Фуллер? — спросил Эллери.

— Тоже с ней.

— Джонсон, когда вы пришлете к нам мистера Доорна и мисс Даннинг, отведите мисс Фуллер в амфитеатр операционного зала и проследите, чтобы она не уходила оттуда, пока мы ее не позовем.

Детектив с унылой физиономией быстро вышел из комнаты.

Мимо него в приемную проскользнул молодой врач в белом и, робко оглядевшись, направился к доктору Дженни.

— Послушайте! — рявкнул инспектор.— Что вам здесь понадобилось, молодой человек?

Вели медленно двинулся к врачу, который заметно увял. Хирург поднялся.

— О все в порядке,— устало проворчал он.— Что вам нужно, Пирсон?

Молодой человек судорожно проглотил слюну,

— Доктор Хоторн хотел проконсультироваться с вами, доктор, по поводу этой ангины. Он говорит, что надо спешить.

Дженни хлопнул себя ладонью по лбу.

— Черт! — воскликнул он.— Совсем забыл об этом! Послушайте, Квин, вы должны отпустить меня. У больного очень серьезное заболевание — ангина Людовтка, его состояние критическое.

Инспектор Квин посмотрел на Эллери, и тот небрежно махнул рукой.

— У нас нет полномочий препятствовать лечению, доктор. Если вы должны идти, идите. До свидания.

Доктор Дженни зашагал к двери, подталкивая впереди себя молодого врача. Взявшись за ручку, он задержался и, обернувшись, обнажил желтые зубы в странной усмешке.

— Меня привел сюда мертвый, а выпускает умирающий... Пока!

— Не спешите, доктор Дженни,— остановил его инспектор.— Вы не должны покидать город ни при каких обстоятельствах.

— Боже! — простонал хирург, возвращаясь назад,— Это невозможно! На этой неделе я должен быть на медицинском съезде в Чикаго. Я собирался завтра выехать. Будь Эбби жива, она бы ни за что не захотела...

— Повторяю,— сурово произнес старик,— что вы не должны покидать город несмотря ни на какие съезды, иначе...

— О, ради Бога! — И хирург выбежал из комнаты, хлопнув дверью.

Вели пересек комнату тремя шагами и потянул за рукав дородного детектива Риттера.

— Иди за ним,— приказал он,— и не выпускай его из виду, или я тебе ноги повыдергаю!

Усмехнувшись, Риттер неуклюжей походкой вышел в коридор.

— Привычка нашего хирурга постоянно взывать к создателю,— улыбнулся Эллери,— не очень-то согласуется с его профессиональным агностицизмом.

В этот момент Джонсон открыл дверь, ведущую в зал, и отошел в сторону, пропуская Эдит Даннинг и низкорослого мужчину, обладающего чудовищных размеров животом.

— Мисс Даннинг? Мистер Доорн?—осведомился инспектор Квин,—Входите, входите! Мы не станем долго вас задерживать!

Светлые волосы Эдит Даннинг были растрепаны, веки заметно покраснели.

— Гульда в плохом состоянии,— резко сказала она, остановившись на пороге,—Мы должны отправить ее домой.

Гендрик Доорн, шаркая, вошел в комнату. Инспектор рассматривал его дружелюбно и не без удивления. Доорн, казалось, не ходил, а тек. Его огромное студенистое брюхо с множеством складок вздрагивало при каждом шаге, лоснящаяся от жира круглая физиономия была испещрена маленькими розовыми точками, сливавшимися на кончике носа в широкое красноватое пятно, на совершенно лысом черепе отражался свет лампы.

— Да,— проскрипел Гендрик Доорн. Голос у него был необычайно высокий, с неприятными хриплыми интонациями. — Гульду надо уложить в постель. Из-за чего вся эта глупая суета? Мы ничего не знаем...

— Одну минутку,— успокаивающе произнес инспектор.— Пожалуйста, войдите, закройте дверь и садитесь.

Узкие глаза Эдит Даннинг не отрывались от лица инспектора. Совершенно механически она села в кресло, предложенное ей Джонсоном, и сложила на коленях худые руки. Гендрик Доорн, переваливаясь, подошел к другому креслу и, охая, опустился в него. Его толстые ягодицы дрябло свесились по краям сиденья.

Инспектор взял солидную понюшку табаку и сразу же чихнул.

— Итак, сэр,— вежливо заговорил он,—один вопрос, и вы свободны... Знаете ли вы, у кого могла быть причина убить вашу сестру?

Толстяк вытер щеки шелковым носовым платком. Его маленькие черные глазки уставились в пол.

— Я... Боже! Это для всех нас было страшной неожиданностью! Кто же может что-нибудь знать? Конечно, Эбигейл была очень странной женщиной...

— Послушайте,— резко сказал инспектор,— должны же вы знать что-то о ее частной жизни, например о ее врагах? Не могли бы вы подсказать нам возможную линию, по которой стоило бы направить расследование?

Свиные глазки Доорна продолжали бегать из стороны в сторону. Казалось, он молча спорит сам с собой.

— Ну, конечно, кое-что тут есть,— ответил наконец Доорн.— Но здесь не место это обсуждать.-— И он тяжело поднялся с кресла.

— Ах, значит, вы все-таки что-то знаете? — мягко заметил инспектор.— Очень интересно. Выкладывайте все, мистер Доорн, или мы не позволим вам уйти!

Сидящая сзади девушка нетерпеливо заерзала в кресле.

— О, ради Бога, мистер, давайте покончим с этим.

Внезапно дверь с грохотом отворилась. Обернувшись, все увидели Морхауса, поддерживающего высокую молодую девушку. Ее глаза были закрыты, голова слегка склонилась вперед. С другой стороны ее держала сестра.

Лицо молодого юриста было багровым от гнева, а глаза метали молнии. Инспектор и Эллери быстро подскочили, чтобы помочь ввести девушку в приемную.

— О Боже! — взволнованно пробормотал инспектор.— Так это и есть мисс Доорн? А мы только...

— Да, вы только! — рявкнул Морхаус.— Нашли время! Что это — испанская инквизиция? Я требую разрешения отвезти мисс Доори домой... Это насилие! Преступление! Прочь с дороги, вы!..

Грубо оттолкнув Эллери, он усадил в кресло полубесчувственную девушку и стал обмахивать ей лицо, что-то бессвязно лопоча. Сестра бесцеремонно отодвинула его в сторону и поднесла флакон к ноздрям Гульды Доорн. Подошедшая Эдит Даннинг склонилась над девушкой, похлопывая ее по щекам.

— Гульда! — с раздражением позвала она,— Гульда, перестань валять дурака! Приди в себя!

Веки девушки дрогнули, она отшатнулась от флакона, бессмысленно глядя на Эдит Даннинг. Слегка повернув голову, она увидела Морхауса.

— О, Фил! Она... она...—девушка не смогла договорить. Ее голос дрогнул, она протянула руки к Морхаусу и разразилась рыданиями. Сестра, Эдит Даннинг и Эллери отступили назад. Лицо Морхауса сразу же смягчилось, он склонился над Гульдой и быстро зашептал ей что-то.

Инспектор шмыгнул носом. Гендрик Доорн, стоящий У своего кресла и смотревший на возню с девушкой, дрожал всем своим огромным телом,

—- Нам лучше уйти,—проскрипел он.—Девушка..,

Эллери быстро подошел к нему.

— Мистер Доорн, что вы собирались нам сообщить? Вы знали кого-то, кто затаил злобу против вашей сестры? Может быть, жажду мести?

— Я ничего такого не говорил,— стал отбиваться Доорн.—Я боюсь за свою жизнь. Я...

— Эге! — протянул подошедший к ним инспектор. — Таинственная история, а? Вам -кто-то угрожает, Доорн?

Губы Доорна дрогнули.

Здесь я ничего не скажу. У меня в доме—-еще куда ни шло. Но здесь — ни за что!

Эллери и инспектор Квин обменялись взглядами, после чего Эллери отошел в сторону.

— Отлично,— сказал инспектор, приветливо улыбнувшись Доорну.— Значит, сегодня в вашем доме... Советую вам не покидать его, старина. Томас! — Гигант выпрямился,— Вам, пожалуй, стоит послать кого-нибудь с мистером Доорном, мисс Доорн и мисс Даннинг — только для того, чтобы позаботиться о них.

— Я о них позабочусь,— внезапно крикнул Морхаус.— А ваши назойливые детективы мне совершенно не нужны!.. Мисс Даннинг, помогите Гульде.

— О, но вы не сможете о них позаботиться,— любезным тоном возразил инспектор,— так как вам придется задержаться здесь. Вы нам нужны.

Морхаус свирепо уставился на него, их взгляды скрестились. Оглядевшись, адвокат увидел вокруг себя мрачные лица. Пожав плечами, он помог подняться плачущей девушке и проводил ее до двери, ведущей в коридор. Гульда держалась за него, пока к дверям не подошли Гендрик Доорн и Эдит Даннинг, сопровождаемые детективом. Украдкой пожав жениху руку, девушка расправила плечи, и Морхаус, оставшись в одиночестве у двери, наблюдал за маленькой группой, медленно бредущей по холлу.