МЫСЛЕЧЕРПАЛКА
Спустя неделю после того, как локаторы летящего к центру Галактики «Дротика» обнаружили впереди неизвестное тело, корабль повис в пространстве рядом с огромным сооружением причудливой формы. А еще через трое суток, прошедших в кропотливых поисках путей и методов общения, между повстречавшимися коллегами по разуму состоялся первый телеразговор.
- Откуда будете? - задал традиционный вопрос командир «Дротика», разглядывая возникшее перед ним на экране неопределенного цвета существо, похожее на продолговатую картофелину ростом этак метра с два.
- Здешние мы, - прозвучало с экрана после минутной паузы, потребовавшейся лингвокиберам для переваривания ответа. - Вон оно, наше светило... - Смахивающее на картофельный росток тонкое щупальце показало на симпатичную синеватую звездочку, поблескивавшую в нескольких световых месяцах слева.
- А летите куда? К ближним мирам или к дальним?
- Да что вы?! - уставилась на собеседника Картофелина. - Кто же теперь летает по всяким там мирам? Только разве слаборазвитые... - И видимо сообразив, что на «Дротике» могут принять этот эпитет на свой счет и обидеться, поспешила пояснить: - Нам по звездам болтаться ни к чему: и так знаем всех как облупленных. Это ведь у нас мыслечерпалка...
И в ответ на недоуменные вопросы командира «Дротика» Картофелина рассказала, что на их планете уже давно разработан универсальный метод расшифровки мыслей всех обитающих в Скоплении миров разумных существ. А поскольку космос битком набит идущими отовсюду волнами мыслеизлучений, испускаемых мириадами черепных коробок и коробочек всех форм, образцов и типов, - то они, Картофелины, ни к кому не летают, пригоршнями черпая информацию прями из пространства. Выходят на своих мыслечерпалках в окрестности родной звезды, где поменьше помех, - и тралят.
- Но ведь это... Это же просто невероятно! - От изумления командир «Дротика» с трудом подбирал слова. - Все мысли!.. Как в сказке!..
- Уж такая сказка, что дальше некуда, - иронически хмыкнула Картофелина. - Например, когда вдруг узнаешь, что у кого-то там, в центре Скопления ровно сто световых лет назад разболелся живот. Или о том, как какой-то студенистый полупрозрачный субчик из созвездия Хвоста сгорает от желания заполучить себе в спутницы жизни дочку вышестоящего начальника: Семь потов сойдет, пока откопаешь в этом ворохе быта что-нибудь дельное. А нам ведь только новые идеи в выработку засчитываются. Умаешься за дежурство-то, так что и свет не мил...
- И долго приходится дежурить? - поинтересовался руководитель «Дротика».
- Покуда норму не выполнишь - не сменят. Раньше-то еще ничего, за год управлялись. А нынче попробуй-ка ее выполни...
- Что, норму повысили?
- Да нет, норма та же: по 9 кубов новых идей с каждого сектора неба. Только идей-то вот совсем мало стало. Понимаете, тут такое дело получается... - Картофелина доверительно понизила голос. - Как говорится, закон природы за пазухой не спрячешь... В общем, наша монополия на мыслечерпалки, увы, приказала долго жить. Нашлись ловкачи, додумались... На сегодняшний день многие миры Скопления обзавелись черпалками собственной конструкции, - и давай дружно тралить. Рыбалка стала всеобщей. Ну и в результате эфир оскудел новыми идеями. Все только и норовят чужое подслушать, а чтобы самим какую-нибудь новинку изобрести - это уж теперь редко от них дождешься. Дескать, чего голову ломать, если у других, может, давно уж придумано... Вот и попробуй тут норму выполнить с таким народом.
- Н-да... - протянул командир «Дротика». - Значит, мыслечерпалки привели к мыслеисчерпанию: Тяжелый случай, ничего не скажешь.
- То-то и оно, - вздохнула Картофелина, грустно мигая своими многочисленными глазками. - Прямо не знаешь, куда и кинуться: У нас ведь, того и гляди, весь научно-технический прогресс замрет. Старые-то идеи все вышли, а новых вылавливается все меньше...
- Так вы сами больше придумывайте, - наивно посоветовал руководитель «Дротика».
- Тоже мне, умник нашелся! - неожиданно вспыхнула Картофелина. «Придумывайте...» Посмотрели бы мы, как вы стали бы придумывать, если бы пять тысяч лет целиком и полностью жили на небесной пище! - И, так же внезапно обмякнув, заключила: - Нет уж, милок, нам теперь самим ничего не придумать. Разучились. Раз уж у нас эволюция так пошла. Э, да что там говорить: Давайте лучше познакомим вас с устройством мыслечерпалки. Так и быть, пользуйтесь...
- Мне бы надо посоветоваться с экипажем, - смущенно проговорил командир «Дротика». - То, что вы предлагаете, очень заманчиво, но понимаете, люди могут подумать о последствиях...
- Сейчас посмотрим, что они думают, - молвила Картофелина, нажимая щупальцами какие-то невидимые кнопки. Пару минут она молчала, словно к чему-то прислушиваясь, потом вдруг все глазки ее презрительно сощурились. Ха, ну и умора!.. За потомков им, видите ли, стало боязно, этим слаборазвитым. И командиру боязней всех... Подумайте только: они больше всего опасаются потерять свое «умение самостоятельно мыслить». Не «подслушивать», видите ли, хотят, а «обмениваться идеями на взаимной основе»... Ну и прозябайте, гордецы слаборазвитые.
И с этими словами разгневанная Картофелина исчезла с экрана.
ГЕНЕРАТОР ЧУТКОСТИ
Когда после трех лет напряженного труда во внерабочее время Генератор Чуткости был наконец сконструирован и встал вопрос о проведении испытаний мы, все четверо, отправились к нач. хозотдела нашего института Кренделеву.
- Выручайте, Альфред Афанасьевич, - с ходу начал Володька, который только что перед этим защитил кандидатскую и считался негласным руководителем нашей изобретательской группы. - Понимаете, позарез нужен бюрократ. Причем как можно более закоренелый. Так что мы к вам...
- Я что-то не совсем понимаю... - Кренделев обвел нас ледяным взглядом. - И попросил бы без неуместных шуточек на рабочем месте!
- Да нет, Альфред Афанасьевич, вы не подумайте... - Володька изобразил на лице некоторое смущение. - Мы к вам за советом. Порекомендуйте нам какого-нибудь законченного чинушу. Такого, знаете ли, фельетонного образца. Ведь вам, наверно, чаще приходится сталкиваться...
- Понимаете, нам для испытаний нужно, - перебил его Игорь. - Мы тут сочинили один аппарат...
И он объяснил суть нашего изобретения, которое мы до того момента держали от всех в тайне - даже от домашних.
- Н-да: Значит, говорите, искусственное генерирование чуткости. Так сказать, автоматизация борьбы с бюрократизмом... - Кренделев с сомнением покачал головой. - Нежизненная у вас затея, вот что я вам скажу. Из пушки по воробьям. Ну сколько у нас в области бюрократов? Ну, тысяча, ну, пусть пять...
- Во, во! - воскликнул Илья, который никогда не оставлял попыток сострить. - Я им, Альфред Афанасьевич, с самого начала говорил: давайте сперва позвоним в статистическое управление - узнаем, сколько у них там числится на учете этих самых бюрократов и стоит ли овчинка выделки. Так ведь разве послушают! Закусили удила.
- Явление, в общем, сходящее на нет, - строго глянув на Илью, продолжал Кренделев. - А вы тут предлагаете чуть ли не серийное производство. Спрашивается, куда же прикажете сбывать эти ваши генераторы? За границу, что ли, продавать?
- А что, идея! - немедленно подхватил Илья. - Наводним мировые рынки чуткостью!
Но тут Володька решительно оттер его плечом.
- Так вы порекомендуете нам кого-нибудь, Альфред Афанасьевич, - сказал он смиренным голосом.
- Порекомендовать-то, конечно, можно. Встречаются еще отдельные: Кренделев на минуту задумался, видимо, перебирая в уме знакомых бюрократов. - Да вот хотя бы Овчаркин из ремстройуправления. Робот прямо, а не человек.
- А секретарша у него молодая? - деловито осведомился Володька.
- Деликатность положения в том, что испытания придется проводить негласно для объекта, - поспешил пояснить Игорь, заметив в глазах Кренделева знак вопроса. - Так что все будет зависеть от контакта с техническим персоналом. А с пожилыми его, сами понимаете, устанавливать сложнее.