Общие потери фронтовой разведки в 1944 году составили 89 102 человека. Средний процент укомплектованности разведывательных подразделений накануне и в период проведения операции «Багратион» составлял (июнь —август 1944 г.) 91,5 процента.

Наибольшие потери военная разведка понесла в июле 1944 года. Июль был самым трудным месяцем в еще недостаточно изученной истории операции «Багратион». Противник оказывал отчаянное сопротивление. В распоряжение фельдмаршала Буша, командующего группой армий «Центр», Гитлер перебрасывал все новые и новые подкрепления. От разведки требовались точные сведения о том, какие дивизии и на какой участок фронта прибывали из Германии, Италии, Румынии, Франции и Норвегии.

В июле советские военные разведчики провели в немецком тылу наибольшее количество своих операций. В ходе этих операций погибли 9746 солдат, сержантов и офицеров военной разведки.

Операция «Багратион» продолжалась более двух месяцев. Советские войска вели напряженные бои против ожесточенно сопротивлявшейся крупнейшей группировки войск противника.

В глубокий тыл противника направлялись все новые и новые разведывательные и разведывательно-диверсионные группы советской военной разведки. Они подчинялись Главному разведывательному управлению и занимались сбором сведений о противнике, выявляли переброски его резервов на советско-германский фронт, совершали многочисленные диверсионные акты, увеличивая тем самым потери немцев, которые те несли в результате активных акций белорусских партизан.

Глубокий тыл противника охватывал не только Белоруссию и Карелию, но и Болгарию, Венгрию, Восточную Пруссию, Польшу, Румынию, Чехословакию, Финляндию и даже территорию Южной Германии. Эти государства значительно отличались друг от друга по многим параметрам. Одни входили в состав гитлеровского блока и воевали против СССР, другие поддерживали фашистский режим в Германии, но в войне против Советского Союза не участвовали, представители третьих были на стороне стран антигитлеровской коалиции и воевали против фашистской Германии. Все это создавало значительные трудности для проникновения разведчиков на территорию этих государств и ведения действий в глубоком тылу противника. Военная разведка должна была учитывать то, что среди местных жителей, без помощи которых трудно, а порой и невозможно было решать разведывательные задачи, находились как антифашисты, так и те, кто поддерживал фашистскую Германию и всячески помогал ей.

В деятельности советской военной разведки начинался новый этап, который требовал от разведчиков особого профессионального мастерства, мужества и исключительной находчивости.

В ходе наступательных операций под Ленинградом и Новгородом (январь—март 1944 г.) Разведывательное управление Генерального штаба, разведотделы штабов фронтов, командиры дивизий и армий направляли в тыл противника небольшие по составу радиофицированные разведывательные и разведывательно-диверсионные группы. Они вскрывали дислокацию войск противника, его оперативных резервов, состояние мостов, дорог, аэродромов, наиболее укрепленные противником участки линии обороны, ее слабые места, сосредоточение танков, артиллерии, выявляли основные штабы и линии связи. Такие группы забрасывались на территорию Ленинградской области, оккупированной немцами, в Финляндию, Латвию и Эстонию. Для решения разведывательных задач привлекались антифашисты из местного населения, которые владели финским, эстонским и латышским языками.

При подготовке материалов о деятельности советской военной разведки в 1944 году мне неоднократно приходилось обращаться за помощью к генерал-полковнику А. Г. Павлову, бывшему первому заместителю начальника Главного разведывательного управления. Анатолий Георгиевич, участник обороны Москвы и военных действий на завершающем этапе Великой Отечественной войны, председатель Совета ветеранов военной разведки, ее патриарх, прекрасно знающий историю, считает, что, несмотря на трудности и потери, фронтовая агентурная разведка в 1944 году успешно решала многие задачи, обеспечивая командование фронтов необходимыми сведениями о противнике.

В январе—марте 1944 года агентурная разведка Ленинградского фронта смогла добыть следующие данные:

— прибытие в район Кингисеппа частей танко-грена-дерской дивизии СС «Нордланд»;

— намерения немецкого командования отвести войска на подготовленный основной оборонительный рубеж по западному берегу озера Чудское в районы Пскова и Острова, прибытие оперативных резервов из тыловых районов;

— начало отхода немецких соединений и частей в направлении на Лугу и за реку Нарва;

— занятие отходящими частями 227-й пехотной дивизии обороны севернее города Нарва;

— отвод в тыл 5-й горнострелковой дивизии и 250-й испанской пехотной дивизии в район Риги;

— начало принудительной мобилизации эстонцев в немецкую армию с 24 января 1944 года;

— характер и структуру оборонительных рубежей и объектов противника на других направлениях, а также ряд важных мероприятий противника[137].

В тылу у немцев результативно действовали разведывательно-диверсионные группы «Спартак» (руководитель В. В. Назаров), «Мороз» (руководитель А. Ф. Тарасов) и другие. Они собирали сведения о перемещении немецких войск, строительстве укреплений, добывали ценные оперативные документы, которые раскрывали тактические планы немецкого командования и способствовали принятию правильных решений командованием фронта при планировании и проведении наступательных операций.

Агентурная и войсковая разведка Волховского фронта также обеспечивала командование и штаб фронта необходимыми разведывательными сведениями. Разведывательным отделом штаба этого фронта в тыл противника были заброшены разведгруппы «Воин» (командир группы И. С. Толстолобое), «Рая» (командир группы А. И. Степанова) и другие. В связи с реорганизацией Волховского фронта вся агентурная сеть его разведотдела в конце февраля 1944 года была передана в распоряжение Ленинградского фронта.

Весной 1944 года успешно действовала разведка 2-го Прибалтийского фронта. Разведывательному отделу этого фронта удалось создать несколько резидентур в Латвии. Разведка 2-го Прибалтийского фронта вскрыла и уточнила состав и численность войск противника в районах Пскова, Острова, Оночки, Идрицы, Резекне, Даугавпилса, установила дислокацию штабов 16-й немецкой армии, ряда пехотных дивизий. Был добыт ценный материал по строительству противником оборонительных сооружений в районах Порхова, Пскова, Идрицы и Острова[138].

В это же время в тылу противника военные разведчики проводили диверсионные акты. Они осуществлялись на железных и шоссейных дорогах в полосе фронта. Успешно действовала разведывательно-диверсионная группа «Морская», которой руководил Ш. П. Розенблюм. Несколько разведгрупп, заброшенных разведотделом штаба фронта, на связь не вышли. Вероятно, они были выявлены и уничтожены немцами.

В июне — августе 1944 года войска Ленинградского и Карельского фронтов проводили Выборгско-Петрозаводскую операцию. Она не позволила немецкому командованию усилить группу армий «Центр» за счет переброски войск с северного участка советско-германского фронта. В этот период военная разведка смогла вскрыть организацию обороны противника в районе Карельского перешейка, под Выборгом, на Таверти, Виройки, а также установила боевой состав группировок немецких войск и резервов на территории Финляндии и Эстонии. Благодаря усилиям военных разведчиков была своевременно выявлена переброска из Эстонии комплектующих элементов для сборки пусковых установок ФАУ-2, которые использовались немцами против Англии.

Разведывательный отдел штаба Карельского фронта в 1944 году направил в тыл противника более 26 разведывательных групп и свыше десяти групп разведчиков-мар-шрутников. Большинство из них успешно выполнили задачи по сбору сведений о противнике.

В первой половине 1944 года целенаправленно и результативно действовали разведывательные отделы штабов 1-го, 2-го и 3-го Украинских фронтов. Военная разведка на южном участке советско-германского фронта вскрыла планы и мероприятия немецкого командования, добыла сведения о боевом составе немецких группировок и их резервов, характер построения обороны в полосе наступления советских войск.