6
Света, Света, добрый друг,
Что же ты примолкла вдруг?
Где твой Лазарь, где твой милый,
Завбуфетом в цвете лет?!
Он убит — и взят могилой,
Как сказал один поэт.
Брал он скромно, брал по праву,
Брал не с верхом, а в очко.
Было — заму,
Было — заву,
Было всем на молочко!
Уносите, дети, ноги!
Не ходите, дети, в лес!
В том лесу живет в берлоге
Лютый зверь — Обехаэс!..
Всем влепили мелочишку,
Все равно как за прогул.
Только Лазарь принял «вышку»,
Даже глазом не моргнул…
Точно так же, как когда-то
Не моргнул и глазом он,
Когда гнал его, солдата,
Дезертир из школы вон!
Мол, не так он учит деток,
Подозрительный еврей,
Мол, не славит пятилеток,
А долдонит про царей.
Заседанье педсовета
Подвело всему итог…
С ним ушла тогда и Света —
Физкультурный педагог.
Что ты, что ты, что ты, что ты,
Что ты видишь сквозь туман?
Как мотались без работы?
Как устроились в шалман?
Как, без голоса, кричала
В кислом зале горсуда?..
Эй, не надо все сначала,
Было — сплыло навсегда!
Было — сплыло…
Тут линяет гром оркестра —
Мал в шалмане габарит.
И опять, оркестра вместо,
Работяга говорит
(А в руке гуляет кружка,
И смеется левый глаз!):
— Это все была петрушка,
А теперь пойдет рассказ…
7
Мы гибли на фронте,
Мы хрипли в комбеде.
А вы нас вели
От победы к победе!
Нам бабы кричали:
— Водицы попейте!
Умойтесь, поешьте, поспите хоть ночку! —
А вы нас вели от победы к победе,
И пуля свинцовая ставила точку!
Мы землю долбили,
Мы грызли железо,
Мы грудь подставляли под дуло обреза.
А вы, проезжая в машине «Победе»,
В окно нам кричали:
— Достройте!.. Добейте!..
И мы забывали
О сне и обеде,
И вы нас вели
От победы к победе!
А вы
«Победы» меняли на «Волги»,
А после
«Волги» меняли на «ЗИМы»,
А после
«ЗИМы» меняли на «Чайки»,
А после
«Чайки» меняли на «ЗИЛы»…
А мы надрывались,
Долбили, грузили!
И вот уже руки
Повисли как плети,
И ноги не ходят,
И волосы седы.
А вы нас вели от победы
К победе.
И тосты кричали
Во славу победы:
— Ну, пусть не сегодня,
Так — завтра, так — в среду!
Достройте!.. Добейте!..
Дожмем!.. Приурочим!..
А мы, между прочим,
А мы, между прочим,
Давно — положили — на вашу победу!.
8
Хмырь зажал рукою печень,
Хмырь смертельно побледнел.
Даже хмырь — и тот не вечен,
Есть для каждого предел.
Работяга (в кружке пена),
Что ж ты, дьявол, совершил?
Ты ж действительного члена
Нашу партию лишил!
И пленительная Света,
Сандалетами стуча,
Срочно стала из буфета
Вызывать в шалман врача!..
9
Какая ночь! Как улицы тихи!
Двенадцать на часах Аэрофлота.
И кажется, дойдешь до поворота —
И потекут бессмертные стихи!
(1970–1971)
Пьесы
ПУТИ, КОТОРЫЕ МЫ ВЫБИРАЕМ
(Первое дело)
Драматическая повесть в четырех действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Варя Воробьева — адвокат.
Юрий Борисович Хмара — адвокат.
Алексей Владимирович Жильцов — директор подмосковного завода.
Тамара Жильцова — его жена.
Максим Медников — инженер.
Иван Ильич Кондрашин — инженер.
Нина Кондрашина — его жена.
Евгений Аполлонович Бубнов — профессор.
Катя Богачева — секретарь юридической консультации.
Басенька Пустовойтов.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
В ЮРИДИЧЕСКОЙ КОНСУЛЬТАЦИИ
У одной из московских застав, в переулке, неподалеку от линии железной дороги, стоит большой некрасивый дом. В полуподвальном этаже этого дома помещается юридическая консультация.
В тесной и неуютной комнате, отделенной от узкого коридора матовой застекленной перегородкой, стоят вплотную друг подле друга несколько столиков — с неизменными школьными чернильницами-невыливайками, с круглыми пластмассовыми пепельницами и маленькими настольными лампами под бумажными абажурами. На стенах висит великое множество самых разных плакатов и объявлений, начиная с об явления о порядке оплаты и о стоимости услуг работников консультации в каждом отдельном случае и кончая плакатом с призывом вступать в ряды добровольного спортивного общества «Наука».
Хмурый зимний день. В консультации тихо и пусто. Только Катя Богачева, секретарь консультации, сердито и сосредоточенно стучит на пишущей машинке, а за самым крайним столиком, у запорошенного снегом окна, сидит, склонившись над какими-то бумагами, дежурный адвокат — Варя Воробьева.
