Ответ: Мир увидеть и стать писателем. Кажется, я им стал. Я спал и мечтал увидеть свою фамилию на обложке книги. Я только не знал, какой ценой это дается.
Вопрос: А если бы знали? Ведь расплачиваетесь не монетами, а жизнью.
Ответ: Думаю, что стал бы. Изначально я носил в голове три сюжета, о которых знал, пока не напишу, не умру. Хотя и понятия не имел, как их писать, – «Псих», «Наталья» и «Лита».
Вопрос: В какой степени русская и в какой степени американская литература повлияла на вас?
Ответ: За исключением первых рассказов, все мои книги, десять или одиннадцать, написаны в Америке. Из России я вывез только голову. Сложился я как личность, естественно, на русской литературе. Но мои литературные привычки, вкусы, замашки сформировались в Америке. Да я бы никогда и не смог быть русским писателем. Не попадал я в их шеренги. Сейчас я пишу на двух языках, и первым становится английский. На русском мне осталось написать только один роман – «Театр». Вообще я увлекаюсь, интересуюсь и пишу только романы. С этим жанром у нас беда во второй половине XX века. Жанр романа – это сложнейшая крупная форма. Большой роман закончился на Булгакове. Некоторым с ней не удалось справиться никогда, например Чехову, – он не написал ни одного романа, а хотел… Лучшим романом в русской литературе считаю «Герой нашего времени» Лермонтова, это уже никто не перепишет, слава Богу.
Вопрос: Кто ваши первые и лучшие читатели?
Ответ: Мои самые близкие друзья – это Олег свет Ефремов и Миша Шуфутинский. И это навсегда. Очень горжусь, что мой первый роман «Псих» («когда не ведал, что творил») произвел большое впечатление на Веру Набокову, жену и музу великого писателя. Она не могла поверить, что это мой первый роман.
Вопрос: Какие виды искусства вам ближе всего?
Ответ: Литература, за ней идут музыка, кино, театр, живопись, балет, фотография. Вообще люблю все, что связано с искусством. И люблю творцов. Тех, кто создает.
Вопрос: С кем было приятней всего делать интервью и с кем неприятней?
Ответ: Приятней всего было с Куртом Воннегутом, неприятней всего – с Иосифом Бродским.
Вопрос: Почему:
Ответ: Хотя о покойниках плохо не говорят, уникальный был хамелеон.
Вопрос: А как вам его поэзия?
Ответ: До середины 80-х писал очень интересные стихи. Потом стал подражать себе и – после многих премий – перестал быть поэтом и стал деятелем и эссеистом на английском языке.
Вопрос: Вы не сошлись характерами или взглядами, вы ведь учились у него?
Ответ: Скажем так: я рад, что Иосиф жил безбедно вторую половину своей жизни.
Вопрос: Вы считаете, что «художник» должен быть голодным, чтобы творить?
Ответ: Абсолютно! Лучше – большую часть жизни. Но до определенной степени, пока он не начинает умирать от голода. Неисполненные мечты и желания толкают к творчеству. Одиночество также выцеливает на творчество. Писатель, настоящий, вообще всегда – изгой. Он должен быть вне общества, вне людей, и со стороны наблюдать за ними и переживать. На том же уровне, на котором писатель стоит в современном обществе, я удивляюсь, что он еще не убивает и не крадет. Это неблагодарнейшая профессия и абсолютно не ценимая в современном мире.
Задумайтесь – вы хоть раз накормили писателя?
Вопрос: Не хлебом единым…
Ответ: Да, но без него ни рука, ни мозг, ни фибры не будут работать и творить, чтобы создать роман.
Вопрос: Как вы охарактеризуете процесс создания романа?
Ответ: Кошмар, страх. Интуиция. А потом – терзание субстрата памяти на чердаках мышления и подсознания. Всегда – жизнь в клетке, из которой взявший в руки перо и написавший раз уже не выходит никогда. Я хожу десятилетиями и обтачиваю в голове слова, фразы, сцены, мизансцены. Врагам бы своим не пожелал.
Вопрос: И все-таки?..
Ответ: Да, я пишу. Я не могу не писать. Но первую половину творчества всегда мечтал этого не делать и бросить. Во второй половине сдался. Бесполезно!
Вопрос: Мы все о писательстве, давайте о жизни.
Ответ: А что о жизни – жизнь прекрасна и удивительна.
Вопрос: Вы всерьез так считаете?
Ответ: Да что вы, я пессимист! Ведь именно прозябание и составляет основу жизни. Для чего мы рождены? – на этот вопрос еще ни один философ не дал вразумительного ответа.
Вопрос: Как вы относитесь к смерти?
Ответ: Не дождусь. Покоя хочу, тишины.
Вопрос: А еще?
Ответ: Объездить весь мир и увидеть то, что не видел.
Вопрос: А еще?
Ответ: Снять фильм по одному из своих романов, даже два. И написать роман, который останется.
Вопрос: А написанные – не останутся?
Ответ: Это разминка пера. Хотя в каждом из них оставлена часть души. Я оставлял в них свою боль, страдания, чувства.
Вопрос: Под каким девизом вы живете?
Ответ: Всех девушек перецеловать нельзя, но стремиться к этому нужно.
Вопрос: Вы любили когда-нибудь?
Ответ: Кажется, да.
Вопрос: Что это за чувство?
Ответ: Неземное.
Вопрос: Есть кто-либо, кто не дал интервью для этой книги?
Ответ: Михаил Барышников, не захотел быть под одной обложкой с другими.
Вопрос: У вас идет спектакль в театре Олега Табакова?
Ответ: «Псих». Пять лет уже, слава Богу. Только что на сцене МХАТа (Ефремова) сыграли 100-й спектакль. Это большая дата.
Вопрос: Какие дальнейшие намерения в отношении театра?
Ответ: Ищу театр, где можно будет осуществить инсценировку романа «Факультет патологии». Раньше ее очень хотел сделать Маэстро Ефремов, это был его любимый роман. Но теперь он, к сожалению, в другом мире.
Вопрос: Как вы относитесь к издателям?
Ответ: Почитайте роман «Актриса», я изобразил там некоторых из них. А по большому счету в России Сытиных и Марксов больше нет. Нынешние издатели пытаются попользовать писателя и не заплатить. Даже те гроши, которые они платят.
Вопрос: Какой бы совет вы дали начинающему писателю?
Ответ: Не начинать!
Вопрос: Вы серьезно?
Ответ: Абсолютно.
Вопрос: Ваши любимые фильмы?
Ответ: «Бег» – гениальный фильм.
Вопрос: Актеры?
Ответ: Де Ниро, Джек Николсон, Олег Ефремов, Смоктуновский, Табаков.
Вопрос: Пять самых красивых женщин века, на ваш взгляд?
Ответ: Грейс Келли, Катрин Денев, Ракуэл Вэлш, Роми Шнайдер, Ава Гарднер.
Вопрос: А из русских?
Ответ: О, они первые красавицы мира, самые женственные. Быстрицкая, Скобцева, Титова, Зоя Федорова.
Вопрос: Вы стали очень богатым после написания десяти романов?
Ответ: За последнюю книгу «Лита» при тираже 10 000 я получил 7000 рублей. Обещали 20 авторских книг, и тут обманули – дали 10. Такова спортивная жизнь.
Вопрос: Вам встречались порядочные издатели?
Ответ: У меня выходили книги в семи московских издательствах. Пожалуй, я бы выделил двух издателей, которые издали «Наталью» и «Юджинию».
Вопрос: Чем вы занимаетесь обычно?
Ответ: Хожу и ношу по десять лет «кирпичи» в голове, обтачивая. Потом на бумаге из них получаются романы.
Вопрос: А потом?
Ответ: Потом их точу и лижу на бумаге – каждое слово, каждый союз, каждое тире. И никогда не бываю удовлетворен. Никогда.
Вопрос: Какой ваш любимый цвет?
Ответ: Синий.
Вопрос: Что самое главное в жизни?
Ответ: Свобода. Я за нее очень дорого заплатил: близкими, языком, культурой, друзьями, миром моей юности, самым сладким в воспоминаниях.
Вопрос: Остались ли еще неисполненные мечты?