Главное управление аэродромного строительства (ГУАС)[251]. А уже к 15 июня 1941 г. велись работы по сооружению 254 аэродромов, из них в Белоруссии — 61, на Украине — 82, в Прибалтике — 23, в Ленинградской области — 12, на Севере — 10, на Дальнем Востоке — 19[252]. В это число не включены Подольский, Внуковский и Центральный аэродромы в Москве и под Москвой, сооруженные в 1938— 1941 гг.[253] Работы в ГУ АС велись силами заключенных, приговоренных к ИТР, а также польских военнопленных. Осужденные работали на 156 объектах, военнопленные на 11. Всего по состоянию на 15 июня на строительстве было занято 225791 осужденный и 16371 военнопленный[254]. К июлю 1941 г. многие объекты (на Дальнем Востоке, в Центральных областях) были закончены[255]. Закончить остальные помешала война.
Подведем некоторые итоги. В течение более чем 10 лет хозяйственные подразделения ОГПУ—НКВД принимали активное участие в деле укрепления обороноспособности СССР. Основной формой участия было строительство силами заключенных разного рода объектов, имевших оборонное значение. Такого рода строительство велось в огромных масштабах: только в 1940 г. НКВД выполнял капитальные работы на сумму в 18 млрд. руб., — больше, чем было вложено в промышленность страны за годы первой пятилетки.[256] Особенно значителен был вклад органов НКВД в строительство путей сообщения, аэродромов, предприятий горно-металлургической, целлюлозно-бумажной, судостроительной и авиационной промышленности.
Может быть, на фоне общих достижений народного хозяйства СССР успехи НКВД выглядят достаточно скромно. Однако следует отметить, что, во-первых, абсолютное большинство сооружаемых ОГПУ—НКВД объектов располагалось в пустынных и отдаленных районах страны, где отсутствовало местное население и, соответственно, не было возможности для выполнения тех же работ при помощи вольнонаемного труда. Опыт Беломорско-Балтийского канала, БАМ и Северо-Печорской железной дороги наглядно это подтверждает. Во-вторых, многие из сооружаемых объектов по своему значению были уникальны, как, например, судостроительные заводы. Их сооружение увеличивало мощности военного кораблестроения в СССР в 2 раза. Наконец, при изучении истории строительства НКВД видно, что главным преимуществом его являлась возможность оперативного применения массового труда для сооружения объектов в кратчайшие сроки, невзирая на уровень расходов.
Часть 3 В ОГНЕ ВОЙНЫ
К началу Великой Отечественной войны в распоряжении НКВД СССР находились мощные трудовые ресурсы, способные решать широкий круг задач. По состоянию на 1 января 1941 г. в лагерях и колониях насчитывалось 1929729 заключенных, в т.ч. около 1680 тыс. мужчин трудоспособного возраста[257]. В этот же период времени общая численность рабочих в народном хозяйстве СССР составляла 23,9 млн. чел, а рабочих промышленности — около 10 млн. человек. Таким образом, осужденные ГУЛАГа составляли около 8% рабочих СССР.
Начало войны поставило перед руководством НКВД ряд задач. Было необходимо определить основные направления хозяйственной деятельности наркомата в условиях военного времени, произвести мобилизацию наличных материальных средств и трудовых ресурсов и сконцентрировать их на выполнении приоритетных задач. Наконец, в ходе войны пришлось принимать меры по сохранению производственного потенциала и поддержанию его на уровне, позволяющем выполнить намеченную производственную программу[258].
Выполнение первой задачи началось еще до начала войны. Приказом НКВД № 00767 от 12 июня 1941 г. вводился в действие мобилизационный план для предприятий ГУЛАГа и Главпромстроя по производству боеприпасов. В производство запускались: 50-мм мина, 45-мм картечь и ручная граната РГД-33. Задание на 1941 г. предусматривало поставку 615 тыс. картечей, 500 тыс. ручных гранат и 200 тыс. мин[259]. Полной перестройки производственных программ хозяйственных подразделений на военные рельсы не планировалось. Мобилизационный план получили только 17 колоний из более чем 400, входивших в состав УИТК ГУЛАГа. Все эти 17 колоний были расположены вблизи крупных промышленных центров и являлись самыми приспособленными для выпуска промышленной продукции в силу наличия необходимого оборудования. В силу объективно сложившихся обстоятельств этот мобилизационный план пришлось заменять более радикальным уже в ходе войны.
В июле 1941 г. руководством НКВД был определен перечень строек, которые по степени готовности не имели перспектив быть законченными в ближайшее время (2 года). Таких набралось более 50, и специальным приказом все работы на них были приостановлены. Оборудование и личный состав направлялись на более перспективные объекты[260]. В августе 1941 г. был определен и перечень 64 строек, завершение которых приобрело приоритетное значение[261].
Неудачные боевые действия Красной Армии внесли существенные коррективы в производственные планы НКВД. Прежде всего, встала задача передачи значительных контингентов осужденных за малозначительные преступления в РККА. По ходатайству НКВД Президиум Верховного совета СССР дважды, 12 июля и 24 ноября 1941 г., принимал указы об амнистии и освобождении таких людей, которые сразу же, организованными командами, направлялись из мест заключения в военкоматы. По двум этим указам было передано для укомплектования РККА 420 тыс. граждан СССР. Всего же за годы войны в ряды вооруженных сил влилось 975 тыс. бывших заключенных, освобожденных после 22 июня 1941 г., т.е. личный состав для 70 полнокровных дивизий[262]. Много хлопот доставила эвакуация лагерей и колоний из зоны боевых действий. Всего за два первых военных года подверглись эвакуации 27 исправительно-трудовых лагерей и 210 колоний (почти половина их предвоенной численности), общей емкостью свыше 750 тыс. заключенных[263]. Эвакуация осложнялась отсутствием транспорта, из-за чего некоторые места лишения свободы пришлось выводить пешим порядком на расстояние до 1000 км, а также из-за того, что командованием отходящих частей РККА заключенные привлекались к сооружению оборонительных рубежей, где подвергались нападениям авиации, а иногда и сухопутных войск противника.
Тем не менее, с июля по октябрь 1941 г. удалось вывести в тыл 325 тыс. заключенных, которые были немедленно направлены на ударные сверхлимитные строительства. Севпечлаг (строительство Северо-Печорской железнодорожной магистрали) получил 40 тыс. чел., Безымянлаг (строительство Куйбышевских авиазаводов) — 30 тыс. чел., Норильлаг — 10 тыс. чел.[264].
Эвакуация, перевод предприятий-контрагентов на военные рельсы и связанный с этим разрыв хозяйственных связей таили в себе угрозу срыва снабжения лагерей и колоний продовольствием и предметами вещевого снабжения, а производства — сырьем и комплектующими. Так, об аннулировании заявок ГУЛАГа на проволоку и гвозди на 3-й квартал 1941 г. в главке стало известно, да и то случайно, 27 сентября, т.е. накануне начала 4-го квартала. Из 197 тыс. тонн фуража удалось получить менее 20 тыс. тонн, что срывало работу всех объектов с низким уровнем механизации.[265] Отчаянные телеграммы с требованием выделения дополнительных фондов и с просьбами разрешить самостоятельную заготовку не давали нужного эффекта, так что в зиму 1941 г. ГУЛАГ и все производственные главки вступили с явно недостаточными запасами продовольствия. Следующий, 1942 г. оказался самым тяжелым из-за второй волны эвакуации и новых перебоев со снабжением. Состояние трудовых ресурсов ведомства резко ухудшилось, что видно из материалов следующей таблицы:
Таблица 4. Состояние трудовых ресурсов ГУЛАГа НКВД в 1940—1942 гг.[266]
