Мы — интеллектуальные проституты»[232]. Так что, как видим, подобные мысли приходили в голову не только Ленину, зависимость прессы в буржуазном обществе от денежного мешка была слишком очевидной. Но решение проблемы, предлагаемое Лениным, изначально несло в себе угрозу нивелировки литературы в угоду партийным интересам (реальным или мнимым — все равно). Судя по всему, Ленина это мало волновало.
Оценивая ситуацию, сложившуюся в России на начало 1906 года, Ленин констатирует, что в стране идет гражданская война. В статье «Рабочая партия и ее задачи при современном положении» он признает, что политическая забастовка, как форма давления на самодержавие, исчерпала себя. Надежды на новую фазу революции он связывает с крестьянским движением, которое, как он считает, представляет собой «гигантский горючий материал». Ленин уверен, что это движение обязательно вспыхнет ближе к весне.
«Долой конституционные иллюзии! Надо собирать новые, примыкающие к пролетариату, силы. Надо «собирать опыт» двух великих месяцев революции (ноябрь и декабрь). Надо приспособиться опять к восстановленному самодержавию, надо уметь везде, где надо, опять залезть в подполье»[233].
Стоит отметить, что на территории Российской империи правительству удалось справиться с локальными вооруженными восстаниями, но ситуация в целом оставалась крайне нестабильной. Только в январе произошло несколько десятков терактов, в том числе: в Чернигове был тяжело ранен губернатор Хвостов, в Иркутске убит полицмейстер, в помещении Одесского жандармского управления взорвалась бомба, в Тифлисе убит начальник Кавказского военного округа генерал Ф.Ф. Баранов, а через несколько дней там же — убит генерал Грязнов. 16 января на станции Борисоглебск Марией Спиридоновой был убит советник Тамбовского губернского правления Луженов- ский. Произошло восстание Иннокентьевской артбатареи во Владивостоке, в Гурии шли бои восставших крестьян с правительственными войсками, в Риге напали на охранное отделение и освободили несколько заключенных. Сегодня принято говорить, что первая русская революция достигла своего пика в октябре-декабре 1905 года, а затем начался спад. Это так. Но у современников революционных событий не было такого ощущения, наоборот, каждый день приносил известия о новых забастовках, терактах, столкновениях с войсками. Нет ничего удивительного в том, что Ленин сохранял уверенность в неизбежности нового подъема революции. Сохранился черновик ленинского документа, получивший название «Этапы, направление и перспективы революции», относящийся, скорее всего, к началу 1906 года. Это своеобразная «программа революции», напоминающая «Картину временного революционного правительства» (лето 1905 года). Причем, как верно подметил Ю.В. Степанов, в четвертом, еще только наступающем периоде революции, переплетаются реальные и предполагаемые (т. е. воображаемые) факты, «какие должны проявиться в результате дальнейшего развития революции по ожидаемому Лениным пути»1. Ленин прогнозирует победу пролетариата в демократической революции и успешное крестьянское восстание в деревне. Ленин предполагает, что в этом случае либеральная буржуазия станет откровенно контрреволюционной, а в крестьянстве произойдет раскол между беднейшей и зажиточной его частью. При этом Ленин вновь демонстрирует уверенность в неизбежности социалистического переворота в Европе.
Фактически ленинская теория революции сводит всю проблематику революции к апробированной в предыдущие месяцы тактике гражданской войны. Новый подъем революции неминуем, считает Ленин, следовательно, наиболее обоснованной является тактика бойкота выборов в Государственную думу. Участие в выборах Ленин считает и нецелесообразным, и практически неосуществимым, т. к. выборы будут контролироваться полицией. Меньшевики, как всегда, непоследовательны — они за участие в выборах уполномоченных и выборщиков, но против участия в Думе.
Ленин же в статье «Государственная дума и социал- демократическая тактика» заявляет: «Выборы в Думу по закону 11-го декабря при господстве Дубасовых и Дурново есть чистейшая игра в парламентаризм. Пролетариату недостойно участвовать в игре».
В феврале Ленин публикует статью «Современное положение России и тактика рабочей партии», в которой доказывает, что партизанские действия боевых дружин радикально отличаются от индивидуального (народнического) террора, являясь необходимой составной частью происходящего восстания. Понятия «революция» и «гражданская война» для Ленина тождественны. Ленин полагает, что эти партизанские действия будут стимулировать рост классовой борьбы. Он не оставляет надежды на вовлечение в революционный процесс крестьянства.
Чуть позже, в марте 1906 года, живя в Куоккале на даче «Ваза», Ленин пишет программную статью «Русская революция и задачи пролетариата», в которой объявляет главной задачей пролетариата доведение до конца демократической революции, призывая «удесятерить усилия по организации боевых дружин и вооружению их».
В «Тактической платформе к Объединительному съезду РСДРП», составленной «группой единомышленников из редакторов и сотрудников «Пролетария» и нескольких практиков», в набросках одиннадцати предполагаемых резолюций, дана конкретная программа большевиков, возводящая тактические вопросы на теоретический уровень.
В этом документе констатируется углубление экономического и финансового кризиса, переживаемого Россией, а также резкий поворот буржуазии от оппозиции к сделке с самодержавием в целях подавления революции. Это соответствует действительности. Вместе с тем, в документе говорится о массовой поддержке мелкой буржуазией и крестьянством лозунгов политической свободы и социально-экономических преобразований. В данном случае желаемое выдается за действительное. Ленин и его окружение не хотят признавать инертность этих социальных слоев, их глубокий психологический консерватизм. Крестьянское движение не выходит за рамки локальных бунтов и возмущений, захватов и разграблений помещичьих имений. Организованное крестьянское движение, воспринявшее эсеровские лозунги, еще слишком слабо и далеко от осознания своей роли в демократической революции.
Тенденции к абсолютизации понятий и категорий, присущие ленинскому мышлению, проявляются и в этом документе. В данном случае абсолютизируется декабрьское вооруженное восстание, которое предлагается рассматривать как высшую форму революционной активности масс («декабрьское восстание выдвинуло новую баррикадную тактику и доказало вообще возможность открытой вооруженной борьбы народа даже против современного войска»). В связи с этим декларируется необходимость «развить еще более энергичную деятельность по увеличению числа боевых дружин», причем не только партийных, а партии предлагается признать «выступления дружин, входящих в нее или примыкающих к ней, принципиально допустимыми и целесообразными в настоящий период». Фактически речь идет об искусственной эскалации гражданской войны, т. к. главной задачей боевых выступлений называется «разрушение правительственного, полицейского и военного аппаратов» и беспощадная борьба с активно-черносотенными организациями. Кроме того, в документе открыто заявляется, «что допустимы также боевые выступления для захвата денежных средств, принадлежащих неприятелю, т. е. самодержавному правительству, и для обращения этих средств на нужды восстания, причем необходимо обратить серьезное внимание на то, чтобы интересы населения были возможно менее нарушаемы».
Из содержания документа следует, что Ленин и его единомышленники предполагают объединить локальные восстания в одно общенародное, и объединяющим органом видят временное революционное правительство, при одновременной организации на местах органов местного революционного самоуправления. Своим союзником они видят «революционную демократию», под которой понимается партия социалистов-революционеров, Крестьянский союз, профессиональные союзы. В случае успеха такой тактики и создания временного революционного правительства, следующей целью революции является созыв учредительного собрания на основе всеобщего, прямого, равного и тайного голосования. Государственная дума названа в документе «грубой подделкой народного представительства».