Несильный, но постоянный ветер поднимал пыль с дороги и заставляла водителя «уазика» безбожно ругаться. Автомобиль проехал вдоль высокого забора с колючей проволокой наверху и остановился у проходной предприятия.

Здесь Анискина и Сидорова встречал их бывший коллега Сергей Бородач, несколько лет назад вышедший на пенсию и возглавивший службу безопасности предприятия по производству дорогостоящих микросхем. Поздоровавшись с прибывшими, он повел их внутрь завода.

— Ничего себе, — присвистнул Анискин, когда они проходили через два поста охраны, металлодетектор и сканер. — У вас тут и мышь не проскочит.

— Мышь — нет, — ответил Бородач. — А вот микросхемы, к сожалению, пропадают. В общем, если вкратце: за последнюю пару месяцев у нас исчезло несколько десятков драгоценных микросхем. Кто их ворует — ума не приложу. Они невелики, но все уходящие с завода проверяются очень тщательно. Вынести микросхемы невозможно, тем более в таких количествах.

— А пронести что — то внутрь? — уточнил Анискин.

— Это — пожалуйста, на входе у нас никого не обыскивают, — ответил Бородач и скаламбурил: — Главное — борьба с несунами, а не с внесунами.

— Кто имеет доступ к уже готовым микросхемам?

— Да практически все. Они же постоянно нужны то в отдел проверки качества, то спецам, то компьютерщикам. Фактически украсть их может любой, они не на строгом учете. А вот вынести — невозможно.

— Перебросить через забор? — вмешался в разговор Сидоров.

— Нереально. Во — первых, он очень высокий, во — вторых, внутренний двор просматривается камерами, а наружный периметр — под сигнализацией, если кто — то подойдет к забору ближе чем на 5 метров, тут же сработает ревун.

— Безопасность на уровне! — восхитился Анискин.

— А воруют все равно, — вздохнул Бородач.

Анискин и Сидоров в сопровождении отставника прошлись по кабинетам и мастерским предприятия. Периодически Анискин беседовал с инженерами, компьютерщиками и прочим заводским людом. Зашли даже в столовую и на склад. Но пока ничто не навело на след похитителя.

— Так, где мы еще не были? — спросил Анискин.

— Пожалуй, только у кадровика, — ответил Бородач.

— Пойдемте!

Кадровик был не слишком доволен визитом сыщиков (как, наверное, и любой другой человек) и сразу принялся возмущаться:

— Да, конечно, знаю про кражи. Но я — то тут при чем? Я вообще, можно сказать, на заводе больше всех работаю, а платят копейки! Да еще и с милицией приходят!

— Тише, Виталий Павлович, — попытался урезонить его Бородач. — Никто тебя не подозревает, мы ко всем заходим.

— Вот и заходите ко всем, а ко мне не надо! Проверьте лучше инженера Васильева. Он позавчера на новой иномарке на работу приехал. Или вон посмотрите на Ольгу Гришко из компьютерного отдела. Она вся в золотых цацках стала ходить. Или Толстунов из отдела приемки. Он носит только одежду от кутюр и ботинки из натуральной кожи. Вы представляете, сколько стоят такие вещи?

Под этим словесным напором визитеры отступили и, захлопнув дверь снаружи, облегченно вздохнули.

— А ведь Палыч-то прав, — произнес Бородач. — Надо будет к Васильеву, Гришко и Толстунову присмотреться.

— Прав-то прав, но микросхемы ворует именно Палыч. И я даже знаю как, — ответил Анискин. — Сегодня подходящий день, так что, думаю, устроим снаружи засаду и задержим его сообщника. Вперед, коллеги!

И вправду, вскоре в паре десятков метров от забора, на краю рощи, задержали сообщника Палыча. Он пытался выдать себя за случайно оказавшегося здесь охотника и в доказательство своих слов предъявил пневматическую винтовку. Однако Анискина обмануть не удалось, и вскоре оба преступника уже давали показания…

Почему Анискин заподозрил кадровика и как совершались кражи с завода

Июнь подходил к концу. Войдя в кабинет, кинув на стол фуражку, поздоровавшись с начальником и отметив на календаре правильную дату, Сидоров, недавно получивший звание старшего лейтенанта, удивленно спросил:

— Товарищ майор, что это вы Пушкиным увлеклись? Над «Евгением Онегиным» зависаете?

— Можно подумать, коллега, что Александр Сергеевич только «Онегина» написал. Сейчас вот я перечитываю «Медного всадника» и, не поверите, коллега, воистину наслаждаюсь! — назидательно ответил Анискин.

Сидоров, однако, только хмыкнул в ответ и заявил:

— Моя настольная книга — Уголовный кодекс!

Продолжить дискуссию милиционерам не дал посетитель. На стул перед Анискиным уселся мужчина, некогда, вероятно, выглядевший очень импозантно. Однако сейчас его дорогой костюм был смят, рукав оторван, а под глазом у визитера имелся здоровый синяк. Кроме того, от мужчины сильно разило перегаром.

— Меня ограбили! — с ходу заявил посетитель и положил перед майором служебное удостоверение. «Дмитрий Юрьевич Вознесенский, главный бухгалтер ООО „Золото Руси“», — прочитал Анискин, а потерпевший начал рассказ:

— Мы занимаемся продажей золота. Три дня назад директор выдал мне большую сумму наличных на представительские расходы и выдачу аванса партнерам, и я сразу же убыл в Санкт-Петербург.

— Насколько большую? — уточнил Сидоров.

— Триста тысяч рублей, не считая командировочных, — ответил Вознесенский. — Вечером я прибыл в Санкт-Петербург и на следующий день должен был отправиться на деловые переговоры. Было около полуночи, и я решил погулять по ночному городу. Сначала я гулял по набережной Невы, а потом случайно забрел на какую-то узкую улочку. На ней не горели фонари, темнота была — хоть глаз выколи. Внезапно сзади послышались шаги, я обернулся и получил мощнейший удар в лицо. Возможно, кастетом или дубинкой.

— А почему вы пришли к нам, а не обратились в петербургскую милицию? — резонно спросил Сидоров.

— Сейчас-сейчас, я все объясню. Когда я немного пришел в себя, грабители обсуждали мою судьбу. Один предлагал меня зарезать, поскольку не хотел рисковать столь крупной добычей, другой возражал: «Мы честные гоп-стопщики, а не мокрушники». Говорили про какого-то дальнобойщика Васю, который за небольшую плату доставит меня в наш город… В итоге они разжали мне рот и стали вливать что-то вроде технического спирта. Я вновь потерял сознание. Периодически я приходил в себя, смутно помню тряску в кабине грузовика и какого-то мужчину, который, увидев, что я открываю глаза, вновь насильно вливал мне в рот бормотуху. Последний раз я очнулся уже на улице нашего города, немного пришел в себя и сразу направился к вам…

— Грустная история, — сочувственно произнес Сидоров.

— Очень грустная, — подтвердил Анискин. — Если бы не один маленький нюанс, я бы вам, скорее всего, поверил. А так — нестыковочка, гражданин Вознесенский. Ведь вы пришли затем, чтобы мы выдали вам справку, что вы стали жертвой ограбления? Куда вы дели казенные деньги — три дня жили «красивой жизнью»?

Вскоре Вознесенский признался, что ни в какой Питер он не ездил, поскольку зашел в подпольное казино сыграть «по-маленькой» да и продулся в пух и прах. А затем выдумал всю историю, чтобы директор не заставил его возмещать убыток из своего кармана.

Почему Анискин не поверил Вознесенскому?

Солидного вида мужчина с кейсом в руках ворвался в кабинет Анискина и Сидорова, как ураган.

— Помогите! — еле отдышавшись, произнес он. Сидоров налил посетителю воды из графина, а Анискин поинтересовался, какого плана помощь требуется. Отдышавшись, мужчина заявил:

— Я — Ковальчук Юрий Сергеевич, бизнесмен. Моего сына похитили!

— Боже мой! — воскликнул Анискин. — Сидоров, срочно ребят из технического отдела ко мне! Телефон Юрия Сергеевича — на прослушку!