— Ты такая мягкая здесь, — прошептал он. — Такая гладкая и горячая. Ты влажная для меня, Лилента?

— Н-не знаю, — заикаясь, ответила Лив, когда его пальцы скользнули вверх.

Он так же касался ее, когда они были вместе в купальном бассейне, но сейчас это чувствовалось более интенсивно... более интимно. Может, так казалось потому, что сейчас Брайд лежал в постели рядом с ней, а может, потому, что пристально смотрел ей в глаза. Какой бы ни была причина, Лив едва могла дышать.

Брайда нашёл пальцами ее губки и медленно, бережно начал втирать специальное масло в чувствительные лепестки. Сначала он сконцентрировался на внешней стороне, доведя Лив практически до безумия, и, когда она уже готова была закричать от отчаяния, его пальцы скользнули внутрь, между складок, и нашли тугой бутон клитора в центре.

— Боже!

Лив чуть не соскочила с кровати когда он начал втирать масло прямо в пульсирующий комочек нервов, даря ей самый интимный массаж в жизни.

Брайд, лаская, пристально наблюдал за ней, но, когда она попыталась закрыть глаза, наклонился и прошептал ей на ухо. 

— Нет, Оливия. Смотри на меня.

— Зачем? — заикаясь, спросила Лив.

— Я хочу видеть тебя, когда ты кончишь. Хочу видеть удовольствие в твоих глазах, — грубо прошептал он.

Голос Брайда был низким от нужды, и она чувствовала себя так, словно вот-вот утонет в его золотистом взгляде. Каким-то образом он знал, как именно ей нравилось ласкать себя — скользить одним пальцем по клитору сбоку — и намеренно задал ритм, способный толкнуть ее через край.

— Боже, Брайд, — простонала она, не в силах помочь себе. — Это кажется настолько... Боже, я не могу...

— Тебе нравится ощущать мои руки на тебе? Мои пальцы внутри тебя?

Он подтвердил свои слова действиями, скользнув двумя длинными пальцами глубоко в ее скользкое лоно, подушечкой большого пальца продолжая ласкать клитор.

Новое ощущение было слишком интенсивным. Лив почувствовала, как сексуальное напряжение, копившееся в ней всю ночь, вот-вот взорвется, как перегруженный ядерный реактор. Ощутив, как Брайд ввел в нее пальцы, она закричала, выгибаясь дугой и сжимая кулаками покрывало по обе стороны от себя.

— Вот так, Лилента, — услышала она рычание Брайда. — Расслабься. Позволь себе кончить для меня.

Лив опять вскрикнула, когда удовольствие прокатилось по ней как приливная волна, разбивая ее на миллион кусочков и рассеивая ее мысли в тысячу разных направлений. Она никогда не испытывала оргазма интенсивнее, чем этот. Все это время Брайд удерживал ее взгляд своим, продолжая толкаться глубоко в нее, объезжая ее удовольствие и добавляя еще больше, пока она не почувствовала, что еще немного и умрет от него.

— Пожалуйста, — выдохнула она наконец. — Пожалуйста, я не могу... не могу принять.

— Если хочешь, мы можем ненадолго остановиться.

— Ненадолго? Как... как долго ты намерен это продолжать? — Лив потребовала ответа, всё пытаясь отдышаться.

— Я хотел бы растянуть это удовольствие на всю ночь, ну, или до тех пор, пока ты позволяешь мне.

В его глазах пылал голод, когда он медленно доставал из неё свои пальцы.

Лив тихо застонала, чувствуя пустоту и слабость, последовавшую за наслаждением.

— Я понимаю, что хочешь доставить мне удовольствие. Поверь, я никогда не была с парнем, который бы был так... эм, сосредоточен на моем удовольствии. Но я не думаю, что смогу выдерживать это всю ночь, — сказала она ему. — Это была... чертова перегрузка для моего организма. И мне кажется, что я не смогу перенести нечто подобное еще раз.

Брайд выглядел встревоженным.

— Я боялся, что случится что-то подобное. Твоё тело не привыкло к моему. Иди сюда. — Он просунул одну мускулистую руку ей под голову.

— Зачем? — спросила Лив неуверенно, но не стала сопротивляться, когда он притянул ее к себе.

— Так я смогу обнимать тебя некоторое время. Если бы мы спали как положено всю первую неделю, ты не была бы настолько ошеломлена сейчас. Расслабься, Лилента. Просто давай дышать друг другом.

Лив хотела возразить, что это было глупо и излишне, но остановилась. Было что-то приятное в том, чтобы ощущать его твердое, мускулистое тело рядом с собой.

«Не просто приятное, а замечательное», — поправила она себя. Брайд был настолько большим, что его мощь должна была душить ее, а вместо этого она ощущала себя разгоряченной, невредимой и... защищённой.

Она лежала на боку лицом к нему, прижимаясь грудью к его твердым мышцам, ее голова покоилась на его бицепсе. Она оказалась на уровне его горла и этот мускусно-пряный аромат — который, по ее мнению, являлся натуральным, естественным ароматом Брайда — обрушился на все её органы чувств.

«Боже, он так классно пахнет... такой вкусный аромат...»

Не осознавая, что делает, Лив уткнулась носом в горло Брайда и, как он и сказал, начала дышать им. Тут она ощутила низкий рокочущий смех, идущий из его груди.

— Ты отмечаешь меня своим ароматом, Лилента?

— Я... я не уверена в том, что делаю, — призналась она.

Лив понимала только, что хотела быть к нему еще ближе, прижиматься всем телом, наполнять легкие его восхитительным ароматом.

— Ну, что бы ты ни делала, не останавливайся.

Брайд притянул ее к себе, и она почувствовала его горячий член у своего бедра, но даже это не остановило ее. Она хотела большего, нуждалась в большем, и только Брайд мог дать ей это. Тихий, полный нужды стон сорвался с ее губ, и она обняла Брайда за плечи, притягивая его ближе, пытаясь достичь еще большего контакта между ними.

И Брайд ответил на ее нужду, перевернувшись и накрыв ее своим телом. Где-то в глубине сознания Лив понимала, что его горячий, жесткий, мощный член у ее лона должен напугать ее до смерти. Но восхитительные ощущения от накрывшего ее большого тела быстро заглушили эту часть сознания.

— Брайд, — тихо простонала Лив, ощутив своим животом его горячий член. — Боже...

— Откройся для меня, Лилента. — Его голос был хриплым от желания, но было ясно, что Брайд не просил, а требовал.

— Я... ты... ты обещал. Обещал не... — прошептала Лив, разводя бедра, приглашая его в себя.

— Я не буду, — заверил он ее. — Но мне нужно отметить тебя, прикасаться к тебе, я должен убедиться, что ты покрыта моим запахом. Просто откройся для меня, Лилента. Клянусь, что не зайду слишком далеко.

Они уже зашли слишком далеко, однако сознание Лив помутилось от желания и мыслить здраво становилось все труднее с каждой секундой. Боже, как он мог заставить ее потерять самоконтроль так быстро? Где-то в глубине подсознания Лив понимала, что находилась в очень опасном положении, но прежде, чем её мозг смог осознать опасность, она раздвинула ноги и поприветствовала Брайда в колыбели своих бедер.

Брайд переместился, и она почувствовала, как его член скользнул по губам ее лона. Он не пытался войти в нее, всего лишь скользил горячей длиной по ее чувствительному клитору, и это было больше, чем Лив могла вынести. Она громко застонала и подалась ему навстречу, чувствуя вновь нарастающее удовольствие.

— Хорошо. Так хорошо, Лилента. Теперь подставь мне свое горло.

— Ч-что? — Лив посмотрела на него затуманенным от вожделения взглядом. — Я не понимаю.

— Подними голову и обнажи для меня горло — сейчас же.

Лив обнаружила, что его требовательного, низкого с хрипотцой голоса невозможно ослушаться. Склонив голову, она повернула лицо в сторону, обнажая горло, показывая полное подчинение.

Брайд зарычал в знак одобрения, и, склонив голову, прижался влажным горячим поцелуем к нежной коже ее горла.

— Моя, — услышала Лив его бормотание, когда он притянул ее к себе еще ближе, жадно прикасаясь губами к её чувствительной шее. — Ты моя, Лилента. Моя навсегда и навечно.

Собственнические слова и жар в его голосе должны были испугать Лив, но вместо этого она почувствовала, как возбуждение прокатилось сквозь нее. Возбуждение от того, что он желал её и заботился о ней. Возбуждение от того, что она принадлежала ему.