— Брайд, остановись! — Она хотела стукнуть его по широкой груди в знак протеста, но обнаружила, что почти растаяла, оказавшись так близко к нему.

— Не хочешь поцеловать меня на прощание? — Его глаза заблестели отдающим горчинкой весельем. — Думаю, не хочешь. Очень жаль.

Склонившись к ней, он накрыл ее губы своими в грубоватом и все же нежном поцелуе, практически лишив Лив дыхания. Она открыла рот, пытаясь возмутиться, но он вторгся в него языком, нежно и жестко исследуя, как будто у него были все права на эту разведку, такое своеобразное предъявление прав. Как будто он уже владел ею.

Лив застонала, испытывая одновременно разочарование и желание, а потом ответила на поцелуй. Как всегда, стоило ей оказаться рядом с Брайдом, прикоснуться к нему, она ощутила его сексуальный, пряный аромат, и ее решимость противостоять ему вылетела в окно.

Лив ощутила, как ее соски затвердели, а складочки увлажнились, наливаясь сладким жаром, когда Брайд зарылся пальцами в ее волосы, прижимая к себе, неторопливо и тщательно исследуя.

Наконец, он разорвал поцелуй и отстранился, оставив Лив задыхающейся и дрожащей от страсти.

— Что... зачем... в этом... в этом не было необходимости, — с трудом прошептала она.

— Необходимость была. Я хочу, чтобы ты думала об этом поцелуе весь день, пока меня не будет. А когда я вернусь, я собираюсь точно так же попробовать тебя. — Его глаза горели расплавленным золотом, и Лив не смогла остановить дрожь вожделения, прокатившуюся по ее телу.

«Там. Он имеет в виду, что попробует меня там, между бедер». Она покраснела, более чем наглядно продемонстрировав ему свои мысли.

Никто из её бывших парней не был заинтересован в этом акте. А Митч считал это неприятной работой, которую необходимо сделать, прежде чем приступить к основной части секса. Подобное отношение вызывало у Лив лишь раздражение, и она сказала ему, чтобы он вообще этого не делал. Митч с радостью согласился.

Поэтому там внизу ее не вкушали. И Митч не стал возражать, когда Лив исключила оральные ласки из их более чем скудного сексуального репертуара.

Конечно, она немного разочаровалась и решила, что ни один парень, несмотря на свою болтовню, не хочет ласкать девушку подобным образом.

Но, посмотрев в глаза Брайда, она увидела там нечто иное. Острая необходимость, сияющая в их золотистых глубинах, подсказала ей, что он нуждается в том, чтобы попробовать ее на вкус.

Голод на его лице, твердая выпуклость у ее бедра, ведь он прижимал ее к себе так крепко...

«Он хочет этого почти так же сильно, как и заняться со мной любовью, — поняла Лив, наблюдая за тем, как эмоции играют на его лице. — Но почему?»

— Потому что, — сказал Брайд, и она поняла, что подумала вслух. — Я хочу доставить тебе наслаждение, Лилента. Хочу попробовать твое удовольствие на вкус, подтолкнув за край. Хочу чувствовать, как ты тянешь меня за волосы и царапаешь мои плечи, пока удовольствие в тебе не возрастет до предела.

Лив старалась казаться равнодушной. 

— Полагаю, это еще один из ритуалов Киндредов? Какая-нибудь церемония, передающаяся из поколение в поколение?

Он ухмыльнулся.

— На самом деле, нет. Мы просто любим это делать. Черт, да я готов пировать на тебе часами, что и собираюсь сделать, как только вернусь. — Он притянул ее к себе и одарил еще одним обжигающим поцелуем, прежде чем посмотреть ей в глаза. — Когда я закончу с тобой, Лилента, каждый мужчина в радиусе пятидесяти миль будет знать, что ты моя.

— Так вот в чем дело. — Лив почувствовала небольшой всплеск триумфа, несмотря на то, что ее сердце все еще колотилось как сумасшедшее от близости Брайда. — Ты просто хочешь отметить меня своим запахом, вот и все.

Он нахмурился.

— Нет, это не все. Это лишь частичка всего. В основном, я хочу доставить тебе удовольствие, упиваться твоими сладкими соками. Желаю увидеть, как ты откроешься для меня, услышать, как ты выкрикиваешь мое имя, пока я буду глубоко трахать языком твое сладкое маленькое лоно.

Лив прикусила губу. От его слов в ее сознании возник яркий мысленный образ, а в желудке словно запорхала стая бабочек. Но всё же...

— Я... я думаю, ты должен знать, что мне это не очень нравится, — опустив взгляд, призналась она.

— Потому что у тебя никогда не было мужчины, знающего, что делать между твоими бедрами, — уверенно ответил Брайд.

Лив нахмурилась.

— А ты весьма самоуверенный, а?

— Нет, я просто знаю, что делаю. — Он наполовину прикрыл глаза и одарил ее взглядом, от которого ее желудок снова совершил сальто-мортале. — И знаю, о чем говорю. Мы обменивались снами почти шесть месяцев, помнишь? Я видел твои воспоминания, то, как к тебе относились твои бывшие.

— Ты видел меня с Митчем? — Она вдруг почувствовала вспышку смущения. — Это вторжение в мою личную жизнь.

Он пожал плечами. 

— Ничего не могу с этим поделать. Когда души вступают в союз, ты видишь то, что показывают тебе сны. Думаешь, я хотел, чтобы ты видела меня в той дыре? Прикованного, с высасывающими из меня жизнь проводами, в сердце космической станции Скраджей? Я был тогда не в лучшей форма, Лилента.

Он говорил достаточно беспечно, рассказывая о времени проведенном в том аду, но Лив уловила промелькнувшую в его глазах боль.

— Мне было очень жаль тебя, — тихо сказала она. — Я хотела... хотела тебе помочь, хоть как-то. Исцелить тебя.

Брайд мягко обхватил ладонями ее щеки. 

— И ты сделала это. Ты была моим спасательный кругом в той чертовой дыре.

— Я рада. — Лив нахмурилась. — Но мне все еще не нравится, что ты видел, чем занимались я и Митч.

— Или не занимались. — Он одарил ее ровным взглядом. — Я видел, как он к тебе относился, Лилента. Он не поклонялся тебе своим телом и языком. Мужчина, который действительно знает, что делать, для которого главное — твое удовольствие, проведет часы между твоих бедер, заставляя тебя кончать снова и снова, упиваясь твоими сладкими соками. Именно это я и хочу сделать.

Лив снова почувствовала вспышки знакомого сексуального возбуждения внизу живота и отвела взгляд. 

— Просто от этого я ощущаю лишь неловкость.

Брайд убрал волосы с ее лица. 

— Я обещаю, что помогу тебе расслабиться, прежде чем встану на колени между твоих бедер, Лилента. Твое удовольствие будет для меня в приоритете.

Лив знала, что Брайд говорил правду. Он доводил ее до оргазма снова и снова ночь за ночью и ничего не просил для себя. Должно быть, его яйца уже стали самыми синими в мире, но он ни словом не обмолвился об этом. Брайд заботился только о ее удовольствии, держал, прижимая к себе во время оргазма, прямо как сейчас.

«Боже, если он не отпустит меня в ближайшее время, то я позволю ему взять меня прямо здесь. прямо сейчас, послав к черту совещание, на котором он должен присутствовать».

Она почувствовала знакомую волну разочарования. Почему она не могла отказать ему? Почему он влиял на нее так сильно?

— Полагаю, на этот раз ты не остановишься, — едва слышно произнесла Лив. Она хотела выразить этими словами всю свою горечь, но вместо этого практически задыхалась. — Если... когда я попрошу тебя... взять меня.

Брайд медленно кивнул, все еще пристально глядя на нее.

— Я обещал не связывать тебя со мной во время купальной недели, но когда я вернусь, все изменится. Сожалею, Лилента, но ты нужна мне чертовски сильно. Я должен удержать и защитить тебя. Так что да, если ты попросишь, то я, черт возьми, дам тебе это.

— Брайд... — Она не знала, что сказать. Казалось, ни один ее аргумент не действовал. — Я... — Она беспомощно покачала головой. — Тебе пора идти.

— Черт возьми.

Он отпустил ее, посмотрел на хронометр на запястье, а Лив уселась на кровать.

— Увидимся, когда вернёшься. Мне вообще стоит одеваться?

— Лилента... — Он упал перед ней на колени и взял за руки. — Пожалуйста, перестань, всё должно быть по-другому.

Лив вскинула подбородок. 

— Я предупреждала, что не сдамся без боя. А сейчас иди. Увидимся.