Мы очень дружно живём с дедом. Помогаем друг другу во всём, а уж если что обещаем, хоть умри - сделай. «Кто слова не держит - от того добра не жди», - говорит дед частенько. И я с ним соглашаюсь.

Дед мой знает каждый цветок, каждую травинку в поле. Теперь и я запросто отличу «ласточкины веснушки» от «голубиных глаз», а уж «журавлиный горох» издали увижу и другим покажу.

- Не зря люди каждому цветку название придумали. В названии свой смысл, свой намёк, - любит повторять дед. - Вот, смотри, подорожник, к примеру, неслучайно распластался вдоль дороги. Идёт усталый путник, натрёт себе ногу или ушибёт её, а лекарь рядом, только руку протяни. Приложишь к ранке прохладный, широкий, добрый лист подорожника - боль и утихнет, ранка и затянется, - иди, человек, дальше, продолжай свой путь.

Дед маленький, худенький, бородка у него белая-белая и лёгкая. А глаза весёлые, лукавые, и улыбка добрая и ласковая. Вот какой мой дед.

Нынешнее лето стояло сухое, жаркое; только в августе, и то в конце, прошёл дождь с грозой.

Дед сокрушался:

- Как ещё нужен дождик! Неужели мы с тобой нынче и за грибами не сходим?

Мы с дедом любим ходить за грибами, и каждый день просыпались с надеждой: а вдруг небо заволокло тучами и мелкий дождик моросит? Грибы любят такой дождь - мелкий, тёплый, недаром его грибным называют.

Но небо, как назло, не хотело хмуриться, и солнце сияло вовсю и манило скорее на речку, в поле, куда угодно, а нам с дедом хотелось в прохладную сырость леса, где пахнет прелыми листьями и грибами.

Прошло лето, кончились каникулы. Я стал ходить в школу.

Однажды утром мама посмотрела в окно и сказала:

- Куда пойдёшь в школу? Из дома не выйти - проливной дождь с ночи идёт.

- Пойдёт, пойдёт! - засмеялся дед. - Небось не соль, не растает. Плащ на что? А дождь этот мы вон сколько ждали. Хороший дождь, нужный! Напоит землю всласть. Грибы будут!

- Опять ты со своими грибами, - отмахнулась мама.

- Грибы будут - урожай будет! - не унимался дед.

Три дня шёл дождь. Да ещё какой умный и догадливый дождь! Как в школу идти - он прекращался. Только за парты успеем сесть, он с новой силой припустит, стучит в окна, бьётся, будто к нам просится. И льёт, и льёт, вот уже последний урок кончается, а дождя вдруг и след простыл. Солнышко выглянет из-за туч, весело улыбается. А ветер сушит тропинки, чтобы нам идти было хорошо.

- Природа жалеет вас, озорников, - говорил дед.- Ну уж теперь-то мы с тобой сходим за грибами!

В воскресенье встали мы пораньше и пошли в лес. Стая галок пронеслась над нами, у стогов важно прогуливались голуби.

- Вчера, когда ты в школе был, я в лес наведался. Грибов мало ещё, - вздыхает дед. - А сегодня ночь сырая, тёплая, наверняка появились.

В нашей стороне смешанный лес. Осинки, ёлки, а то и сосны большие и дубы - не обхватишь, такие широкие. И вдруг в ворохе листьев я увидел гриб и закричал громко и радостно:

- Дедушка! Грибы!

- Не кричи так, грибы убегут! - тихо сказал мне дед и погрозил пальцем.

За первым грибом появился второй и третий, а потом мы их и считать перестали. Корзина наша быстро наполнилась. Дед сел покурить, а я начал собирать калину. Люблю пироги с калиной, для неё и мешочек захватил. Горстями, горстями, гроздьями, гроздьями складываю в мешочек.

- Пора и домой идти, - говорит дед, вставая, - всё лесное богатство нам с тобой вдвоём не унести. Посмотри, какой добрый и щедрый лес: и человека накормит, и птицу, и зверя - никого голодным не оставит.

Обратно идём не спеша. Вот и опушка леса - мелколесье пошло. Вдруг что-то зашевелилось в кустах. Дед шепнул мне:

- Зайчонок это - листопадник.

Рванулся я - так мне захотелось зайчонка поймать, но где там! Только его и видели!

- Дедушка, а почему ты его листопадником назвал?- спросил я.

- Зайчиха за лето трижды зайчат приносит. Тех, что весной родились, настовиками называют. Теперь они большие, быстрее ветра бегают. Летние - это колосовики. И правда, они в рослых хлебах под колосьями вырастают. А листопадники осенью родились, когда листья стали падать. Вот мы с тобой листопадника и видели.

Мне стало жаль зайчонка.

- Маленький он совсем. Наступят холода - замёрзнет! Погибнет зимой!

- Не погибнет! - успокоил меня дед. - Зайчата быстро растут. До холодов ещё время есть - шерстью и пухом обзаведётся косой, все лесные хитрости узнает, глядишь, и перезимует.

Любит дед лес и всё-всё про него знает: и кто живёт там, и что растёт, и про разные лесные премудрости может часами рассказывать. Вот какой у меня дед!

- Бабушка, а бабушка…

- Что тебе?

- Расскажи сказку!

- Все сказки мои я давным-давно рассказала.

- Нет. Ты ведь много их знаешь.

- Ах ты надоедник! Ну, слушай. Жил, говорят, один Журавль, ел, говорят,песок, речной водой запивал…

- Знаю, знаю я эту сказку!

- Ну, вот ещё… У попа, говорят, была пёстренькая кошечка. Повадилась она на рыбалку ходить. Вот однажды, говорят…

- И эту знаю.

- Теперь сам видишь - всё я тебе порассказала.

- Нет, нет, не всё!

- А вот, послушай-ка. Вырос в саду, говорят, куст малины. Пушистый, развесистый. Смотрели все на него и радовались - уж больно хорош. Весной он одевался в белую рубашку, вот как ты в праздники, а летом угощал всех сладкими ягодами. Вот как! И полюбился малиновый куст птице одной. Свила она там гнездо - мягкое, удобное, со всех сторон ветками укрытое. Положила туда яички и приготовилась высиживать птенцов.

Только повадился туда мальчишка-озорник. Глазастый такой - приметил-таки гнездо. Мало того, вынул яички, стал рассматривать, да одно и раздавил. А тут и птица прилетела. Озорник яички обратно уложил, сам домой убежал. Небось стыдно стало. А птица села на краешке гнезда и призадумалась: «Разорит меня этот негодный мальчишка, улечу-ка я отсюда». Расправила крылышки и была такова.

Каждый день прибегал мальчишка к малиновому кусту - всё ждал, когда птенцы вылупятся. Только не вылупились они - высиживать-то птенцов некому. Бросила их мать - глупый мальчишка спугнул её.

Замолчала бабушка, вздохнула и на меня внимательно посмотрела.

- Это про меня сказка? - спросил я совсем тихо.

- Про тебя, так про тебя. Хорошо хоть догадался. А может, и про твоего приятеля Мишку.

- И он так сделал, бабушка, да?

- Кто сделал, так пусть не делает больше. Последнее это дело - птичьи гнёзда разорять.

Я задумался. Оказывается, и про меня можно сказку рассказать. Но почему-то меня это не обрадовало.

С соседским мальчишкой Микуськой мы из лесу орехов принесли. Да не простых, а белкиных. Залезли в дупло старой липы и натаскали оттуда.

Дед увидел, заворчал:

- Ай, яй-яй! У зверей воруешь, сам собирать ленишься. Белка старалась, запасы себе готовила, а ты её голодной хочешь оставить на зиму. Ну-ка, отправляйся обратно, возвращай награбленное.

- А Микуська небось уже всё съел, - пробовал возразить я, но увидел, что дед рассердился не на шутку.

Пошли мы в лес. Хорошо хоть дупло не очень высоко было. Вскарабкался я на дерево и осторожно высыпал орехи. Чего только не было в дупле! Мы с Микуськой торопились и не заметили. Сушёные ягоды, грибы, жёлуди. Настоящее хозяйство!