- Там это, пацан какой-то пришёл, вас спрашивает! – закончив переливать воду, вдруг сообщил Альберт.
- Какой пацан? Чего сразу не сказал?? – подпрыгнул Вовчик.
Альбертик только презрительно пожал плечами. Вовчик двинулся на выход.
Владимир двинул следом, – ну конечно или Хрон, или кто от него, официоз изображают; если бы кто из соседей, то не в падлу бы было и в дом постучаться, а не вызывать к калитке: уж Артишок никак на большую и грозную сторожевую собаку не тянул. А ничего хорошего в последнее время друзья от Хронова, ровно как и от старосты, да и вообще от любого официоза не ждали. Опять морозцем по позвоночнику тронула мысль, что ‘выманивают из дома’, что вскрылось всё же что-то по тем, по никоновским... покойникам. Хотя вряд ли, конечно; сейчас всем на всё наплевать, но... Мало ли что!
Мимоходом, машинально Владимир подумал, что автомат в предбаннике за низким потолком, там же снаряжённые магазины... хотя, наверное, зря я кипяшую...
Точно, это был только Лёнька, из новообразованной Хроновской ‘пристяжи’, в Озерье недавно, недели полторы; сам с родителями из Равнополья, вроде бы. Пацан, кажись, неплохой; общались так, мельком, только Витьке в рот смотрит и идею с ‘дружиной’, как и весь нынешний озерский молодняк, принявший ‘на ура’. Да что говорить, и друзья-то сами бы очень бы дружину одобрили, благо и идея-то изначально была Вовчикова, если бы не ‘командир’ Хронов.
- Чё тебе, Лёньк? Чё не проходишь? Фу, Артишок, фу!! Гад кудлатый, свои!, фу, я сказал!!
Лохматый пёс, закончив изображать грозного сторожа, убрался в будку, обиженно сопя. Лёнька прошёл в ограду.
- Привет, пацаны. Это... Харон послал, передать...
- Кто-о??
- Нууу... Витька. Харон.
- Чё это он ‘Харон’?
- Позывной типа. Или погоняло. Так себе назначил, хы. Грит, в Мувске все его как Харона знают. Знали, в смысле.
- Нет бы ‘Хрон’.
- Хы. Ну, эта... официально, так сказать, велел передать. Вам. Тебе, Вовчик. Ну и Вовке... – Лёньке, видимо, было наказано изложить ‘распоряжение’ жёстко и сжато, но он постоянно сбивался на дружеский тон:
- ... чтобы, типа, вам поручается... Да, короч, вам поручено тело мадам Соловьёвой из подвала достать и похоронить. В порядке обязанности перед дружиной и этим... – он закатил глаза, вспоминая. Вспомнил:
- ... и социумом, вот. Типа, распоряжение.
- ‘В порядке обязанности’, типа-а-а-а?.. – протянул Вовчик.
- Ну, я, типа, передал.
Вовчик и Владимир переглянулись. Владимир чуть заметно отрицательно покачал головой. Ещё чего не хватало, – подумал он, – Сегодня мы хроновских покойников убирать будем, по его ‘распоряжению’, завтра об этом вся деревня узнает, а послезавтра он нам каторжные работы придумает?? Да пошёл он...
Судя по набычившемуся Вовчику, тот думал так же.
- Передал-передал! К тебе претензий нет! – ответил Вовчик собравшемуся уже уходить Лёньке, – Но и ответ тоже ему передай!
- Ну-у? – заинтересованно остановился в калитке тот.
- Передай, что пошёл он, то есть Хронов Витька, на... в... (дальше последовали несколько достаточно распространённых и банальных (Вовчик не любил материться), но весьма эмоциональных определений куда ‘на...’ и ‘в ...’ на взгляд Вовчика следовало бы отправляться Витьке ‘Харону’ со всеми его распоряжениями, пожеланиями, командами, и вообще!)
- Так и передать?
- Так и передай. Можно дословно! – Вовчик в поисках поддержки оглянулся на друга, и Владимир согласно кивнул.
- В смысле – отказываетесь? – уточнил Лёнька.
- Бля, тебе ещё раз повторить что ли??
- Понял, пацаны, не надо, передам. Ну, покеда! – и посланец ‘Харона’ отбыл. Друзья направились обратно в дом, по пути эмоционально обсуждая новую эскападу ‘командира дружины’. Вот сволота! Распорядился он... Но, чувствуется, копает под нас... всё у него в строку пойдёт, чувствуется. Что эта падла задумал?
В Озерье становилось всё неуютней...
*** КОНЕЦ БОГАТОГО БУРАТИНЫ
*** ДАЛЕКО ИДУЩИЕ ПЛАНЫ
*** ЗВОНОК ГРОМОСЕЕВУ
ДЕВИЧЬИ РАЗГОВОРЫ – 4. ССОРА
’Общежитие’. Четверо бывших танцовщиц из элитного Мувск-шоу-балета в комнате, заставленной кроватями. Они загорелые до черноты; это не южный шоколадный загар, и не золотистый загар из дорогого солярия; нет, это коричневый, уличный, деревенский загар людей, много работающих на открытом пространстве.
За прошедшее время они здорово пообтрепались; вот и сейчас одна из них чинит поехавшие по вытершемуся шву джинсы, две других перебирают вещи из большого чемодана, стараясь выбрать что-нибудь попрактичней.
- Олька, ты так и будешь валяться? Иди, помоги?
- Ой, я уста-а-а-ала... Дрова сегодня пёрли аж с-за речки... Я поваляюсь, девки...
- Ну подскажи хоть, как думаешь, вот эта кофточка пойдёт? Перевести её ‘на повседневку’ или пусть лежит до лучших времён?
- Ой, Вер, ну какие ещё ‘лучшие времена’? Носи пока носится.
- Она классная. А вот эту блузку я в Эмиратах купила. Но её ведь если затаскать тут не отстираешь – белая. Отбеливателя нету, скоро станет серой...
- Да наплевать. Чо тебе, в ней замуж выходить?!
- А чо. Она классная, говорю ж.
- Ой, было б за кого.
- А чо. Тут только свистни – тут же женихов набежит. Вся хроновская команда.
- Пошли они!.. ‘Поджениться’ они все рады, а чтоб всерьёз, и с ‘обязательствами’ так...
- Да ладно. Есть нормальные пацаны.
- Нормальные – есть. Только вот именно – ‘пацаны’. А мне б серьёзного, положительного...
- Гы. Ишь как запела.
- Вовчика бери пока не угнали.
- Не-а. Вовчик к Катьке неровно дышит, а трахается с Надькой.
- Откуда знаешь?
- Да все знают. А Володька – с Мэгги.
- Да ладно?
- Точно тебе говорю. Кристинка рассказывала. Её мать с братом всё видели. В баню они к ним приходят, прикинь. Потом ‘нежно провожаются’, хы. Чо, неверишь? Точно-точно, Кристинка ещё рассказывала, – и тут Мэгги, – я её спрашиваю ‘Правда что ль?’ – а она эдак многозначительно только улыбнулась, ну, как она умеет, и ушла. Точно-точно, трахаются.
- Вот от Вовки не ожидала. А Гулька-то...
- Да ладно, все мужики одинаковы!
За дверью, в коридоре около входной двери вдруг раздаётся негромкий хрип, свист, – проснулась ни с того ни с сего обычно выключенная радио-слаботочка, потом раздаётся уверенный, убедительный мужской голос:
... – если разбирать последовательность развернувшегося финансового коллапса, то нужно сказать...
- Оооой, девки, кто вчера радио не выключил?
- Вчера вечером музыка была. Под ночь когда.
- ... набирало силу сумасшествие среди центральных банкиров. Мало того, что они печатали деньги триллионами и скупали мусорные ипотечные бумаги, портя тем самым балансы самых главных финансовых учреждений в соответствующих странах. Как сообщил тогда президент канадского инвестиционного фонда...
Щёлк! Радио замолкло. Девушка вернулась в комнату:
- Ну вот ‘под ночь’ и нужно включать, а то вот так вот перепугает до смерти.
...
- Ольк, у тебя кроссовки ещё живы? Вот я дура, надо было старые ботиночки на платформе взять, а я их в Мувске оставила, и притащила две пары новых, на каблуке... Перед кем тут выпендриваться?..
- Думать надо было. Хотя б извилинами целлюлита, если в голове извилин нету...
- Ой, кто бы говорил за целлюлит...
За стеной стукнула входная дверь и все четверо насторожились, уставившись на дверь в комнату. Но за дверью раздался молодой гогот, голоса мужские и женские; и через секунды в дверь стали входить остальные ‘коммунарки’, возвращавшиеся с работы, и с ними сопровождавшие их двое парней из ‘дружины’, один из них с охотничьим ружьём. Лежавшая на заправленной постели в трусиках девчонка ойкнула и набросила на себя покрывало:
- Стучать надо, когда к девушкам входите, не в хлеву!