И, несмотря на невероятную занятость и способность быть везде и всюду, Даратас выкраивал время, чтобы побыть наедине с самим собой и привести мысли в порядок.

Делать это он предпочитал в походном шатре, с изменённым магией внутренним объёмом. Примерно такой же был у него в Мёртвых землях. Теперь он соорудил себе новый, более мобильный. Не хватало только кучи инструментов и книг, забытых навсегда на потерянном севере Гипериона.

.Хотя теперь многое из того, что раньше казалось важным или особо значимым, утеряло смысл. В руки Даратаса попали знания такой силы и мощи, что в корне ставили под сомнение прежде изведанное. Наверное, именно в связи с вновь полученными сведениями, ум мага заходил за разум. Порой он терялся: происходят те или иные события наяву или являются плодом его воображения.

Нынче он прекрасно понимал, почему за такими знаниями охотился не он один: за них можно не только убить.

И, вроде, что в этой тетради из Санпула такого? Технические аспекты. Однако концы того, что отражено на вспухших пожелтевших листах, уводили в такие дали и тайны, от которых начинала кружиться голова.

И владеть ими могли только избранные, умеющие увидеть чуть дальше, чем позволяет интеллект или интуиция.

Даратас сидел в шатре на импровизированном диване из разодранных замусоленных подушек и топчанов, и, покуривая трубочку, в который раз листал найденный артефакт. Со стороны, в «домашней» серой робе, маг походил на обычного мужчину средних лет, малознакомого с физическими нагрузками и сильно измотанного жизнью, уставшего от мирских забот. Ну кто мог ожидать от него чего-то опасного?

Так же обманулся и незнакомец, материализовавшийся за спиной мага. Его угольно-красные глаза хитро сверкали.

В следующий миг неизвестный нанёс удар потоком грубой темной магии, но волшба неожиданно легко разлетелась вдребезги о лиловый щит Даратаса. В долю секунды маг почувствовал активизацию магических каналов, закрылся щитом и успел развернуться к атакующему лицом. В руках он держал сверкающий янтарным набалдашником посох де Орко.

– Я ждал этой встречи, – хищно молвил Даратас, прищурив глаза. – Но не думал, что ты окажешься столь глуп и придёшь на мою территорию. Здесь у тебя никаких шансов.

Посох засиял ещё ярче.

Тёмный маг с горящими глазами промолчал. За него ответил другой:

– Он здесь не для этого. И даже с учётом твоей силы и заслуг, я бы посмотрел на ваш честный поединок – уверен, никому из вас победа не досталась бы легко.

Даратас опешил. Ещё один? В его шатре? Как эти двое обошли его охранные чары?

Маг повернул голову в сторону говорившего. И в который раз за последние несколько минут изумился до глубины души. Это же тот самый очкарик! Вне всяких сомнений! Именно тот, с кем он схватился во время боя эльфов с неизвестными сияющими тварями в подземных чертогах.

– Ты? Снова? – в голосе Даратаса звучала угроза. Он сделал шаг назад и развернулся, чтобы держать в поле зрения обоих незваных гостей. – А я-то думаю, откуда взялись эти черти светящиеся.

– Успокойся, Даратас. На этот раз я с миром. Сильвестор погиб в пламени Феникса, – очкарик примирительно поднял руки.

– Думаешь, я куплюсь на дешёвые заверения? – напряжение Даратаса нарастало, он направил посох в сторону то ли Сильвестора, то ли ещё кого-то.

– Я не буду тебя уговаривать, я сделаю так. – спокойно ответил очкарик и щёлкнул пальцами. Набалдашник потух, превратившись в безжизненный камень.

Теперь Даратас не удивился. Он испугался. Дезактивация артефакта. Всего одним щелчком! Это похлеще, чем опрокинуть небо на землю!

– Невозможно… – пробормотал маг. В ответ послышался злорадный смех Данфера. – Набалдашник изготовил Ткач. Если кто и мог его дезактивировать, то только…

– Посмотри на меня, Даратас, – потребовал Сильвестор и снял очки. – Я тебе никого не напоминаю?

Естественно, напоминает! Даратас понял это ещё при первой встрече в междумирье. Но сейчас. воспоминания нахлынули особенно отчётливо. Если учесть все законы активации магических вещей, историю создания посоха, и это лицо, теперь без очков, то… Не может быть!

– Ткач? – у Даратаса перехватило дыхание.

– А также Диор Каданс, Ансвиль, горный и лесной бог Умрад, Вильгельм, Сильвестор, Вельтор. Нынче мне более близкое – Айвар. Хотя сейчас я – это непосредственно я. Остальные были моими аватарами, запрограммированными на выполнение определённых функций. Ткач, например, отвечал за общее функционирование экосистемы, её баланс. Естественно, он оказывал вам поддержку в дни наиболее опасных заварушек. Когда сам по себе протокол гармонии был уничтожен, Ткача не стало. Как, в общем, и всех остальных, ввиду исчерпания смысла их существования. Думаю, мои слова не являются для тебя загадками. Хотя в тетради, – артефакт Санпула вспорхнул с дивана и переместился в руки Айвара, – информации не много, на определённые догадки содержащиеся в ней сведения должны были тебя навести.

Даратас молчал. Сейчас его самые смелые предположения оживали на глазах. Он был слишком поражён увиденным и услышанным.

– Впрочем, довольно откровений. Об остальном успеем поговорить. Сейчас есть вопросы поважнее: относительно Каравана и твоих последующих планов. Куда?

– Так я вам и сказал, – выдавил из себя маг.

Айвар вздохнул, некоторое время помолчал, внимательно изучая мага, а потом провёл ладонью по воздуху перед собой.

Набалдашник посоха де Орко вновь загорелся.

– Хотя понятия друзей и врагов расплывчаты, и порой спорны, в настоящий момент ни я, ни мой слуга Данфер не представляем для тебя угрозы. Мы заинтересованы в общем с тобой деле, – ровным и убедительным тоном сказал Айвар.

– Думаю, не нужно объяснять, что мне трудно поверить бывшему, а может и нынешнему. главе сияющих демонов и руководителю Тёмного Ордена? – Даратас никогда не слыл доверчивым человеком.

Айвар улыбнулся.

– Скажите, коллега, в чём вы видите причину возникшего кризиса? Что это за Мститель? Почему неожиданно сошли с ума дикие твари и народы? Почему у людей появляются синие глаза и приступы неконтролируемого бешенства? – принялся сыпать вопросами очкарик подобно факультетскому профессору на экзамене.

– Мне известно, что причиной всему послужил прорыв неизвестной энергии, часть которой возбудила Источник в подземных чертогах, а вторая часть ушла на Харон, к Культу. Я видел, как Дариана – Первый Мастер Культа – провела обряд, вызвавший к жизни невероятной силы тварь. Затем начались всевозможные приступы психозов и агрессии. Интуиция подсказывает, что события в той или иной части связаны между собой, однако общую нить мне уловить пока не удалось. – принял дискуссию Даратас. С активированным посохом в руках он чувствовал себя более уверенно.

– И никаких догадок? – улыбка (или даже ухмылка) не сходила с лица Айвара.

– Возможно, это результат неудачных экспериментов моего ученика Дарли, а затем и Дарианы. Помниться, последняя привела свой клан к полному вымиранию из-за одного ритуала. С другой стороны, вполне вероятно, что это новая Война сил, идейные вдохновители которой мне неизвестны.

– В любой войне есть смысл, – подал голос Данфер. – Даже если бы её вёл Культ или Тёмный Орден. Если ты заметил, движущаяся с севера сила уничтожает на своём пути всё, даже природу, оставляя за собой только прах.

Даратас легонько кивнул. То же самое он видел во время войны в Подземном Царстве.

– Мессир отлично понимает это, – оборвал тёмного Айвар. – Иначе бы он не стал бежать с полей, уводя за собой всё живое. Несмотря на его внешнюю тщедушность, силы его духа хватило бы на нас обоих. И если бы он видел смысл биться, то Гиперион встретил бы врага достойно. Однако после общения с Мстителем он понял, что сражаться бессмысленно. Нужно уходить. И сейчас он спешит к Санпулу, уводя за собой крохи последнего, что осталось. Я не ошибаюсь?

Даратас молчал.

– Тебе, кстати, будет интересно узнать, что зафиксированная тобой сила действительно вовлечена во всё это. Однако исключительно в качестве орудия. Первый её поток был прерван тобой в подземельях, а вот второй… Частично рассеялся и в последующем видоизменился в синянку, а частично вошёл в состав Мерлона, ныне известного как Мститель. Если бы не появление второго, то… Дариана. Глупышка Дариана. Она была уверена, что сможет контролировать это, но обманулась.