Тринадцатый не сдерживая эмоции – позеленел.

Аперитив горячей струйкой смочил горло, и тут же, ударил в голову. Ваня отрезал сочный антрекот, и не торопясь, начал жевать. Настроение его с каждой минутой улучшалось.

Рука снова потянулась к графину.

Тринадцатый, тут же взметнулся с места, и опустился на руку Ивана.

Иван почувствовал, как рука, вдруг, отяжелела. Налилась свинцом. – Может, достаточно, на сегодня? – Подумал он, и, поставил графин на место. – Зачем портить антрекот – аперитивом?

– Вот и молодец. Кушай мясо, а зелье не трогай! – Похвалил отца Тринадцатый.

– А, ты здесь кто такой, что бы указывать? – Внезапно раздался вопрос над нимбом Тринадцатого.

– Не твоё дело. – Отмахнулся от вопроса Тринадцатый.

– Нет, это моё дело. Я его Ангел – Хранитель. И, хочу знать, по какому праву ты распоряжаешься моим клиентом. Его право, хочет – выпьет. Не захочет – пить не будет. Ему решать, как поступать.

От такого заявления Тринадцатый покрылся краской Злости. Он развернулся в сторону

Ангела – Хранителя.

– Здравствуй. Думал, что больше с тобой не встретимся, но пришлось. Ему нельзя пить. Его молодая жена дома ждёт. Плачет одна, а он зелье пьёт.

– Не расстраивайся, Всё как надо будет. Я его до дома в целости и сохранности доставлю.

– А, он домой не собирается. Сейчас, для куража примет грамм триста, и в гости к девке пойдёт.

– Тебе-то, какая разница, чем он займется. Лети к себе в плоть, и принимай молочный нектар. Соси молоко и расти. Не лезь в дела родителей.

– Да что же ты, ни когда в плоти не был – злой такой. Ни чего не понимаешь?

– Почему не был? Был. Сам, бывало, зарекался не раз, после последнего стакана. Только, чем больше зарекаешься, тем больше к пороку тянет. Проходили – помним. Но, сейчас, у меня другая служба. У пьяного или влюблённого охрану нести: ни жалея, ни себя, ни коня своего.

– Понятно. Только я ему пить всё равно не позволю.

Ангел – Хранитель устало отпустил вожжи.

– Мне всё равно: дашь ты ему волю, или не дашь. Моё дело маленькое. Его Судьба не исчерпана. Он болен. Зелье принял. Поэтому, я здесь. А, ты что хочешь, можешь, делать. Только, что бы без сильных повреждений. Повреждения у него по плану лет через пять. Понял?

– И, на этом спасибо. – Цвет Злости медленно стал отливать от мантии Тринадцатого.

Иван со смаком дожевал антрекот. Услужливая официантка подола горячий кофе.

– Вы, почему не выпили аперитив? У, нас напитки отличаются хорошим качеством. Подделок клиентам не подаём. – Она собственной рукой долила в рюмку остатки зелья. – Если хотите, я ещё сто грамм подам.

Капли Возмущения потекли с нимба Тринадцатого. – Иди отсюда. – Закричал он официантке. На его крик ответил раскатистым смехом только Ангел – Хранитель.

– Нет. Спасибо, не надо. – Ваня взглянул на часы. – Меня ждут в гостях. – Заявил он официантке, и, не допив кофе, пошёл в гардероб.

Тринадцатый и Ангел – Хранитель не отставали от него ни на шаг.

На автобусной остановке было пусто. Ветер усилился, стал задувать в открытый воротник. Подождав, пять минут, Иван решил идти пешком. Две остановки для него сейчас показались лёгкой прогулкой перед сном.

Тринадцатый понял, что папашка направился в гости. Он очень хотел повернуть отца обратно домой, но не мог ничего придумать. Ангелу – Хранителю было легче, он ехал на коне. Всмотревшись внимательно в нимб ангела, Тринадцатый понял, что тот дремлет. Конь сам послушно шёл за Иваном.

Первый квартал все прошествовали молча, и стойко. Но, когда отца на повороте качнуло в сторону, и он чуть не натолкнулся на тумбу – к Тринадцатому пришла Идея. «Сейчас, я его раз и навсегда отучу ходить по девкам. Главное, что бы этот олух на коне не проснулся».

Он прибавил скорость, и в мгновение ока оказался в подъезде указанного дома. Там он быстро достал колокольчик – подарок Лоттой. Стоило ему всего лишь раз в него позвонить, как тут же, появилась мать Лотты.

– Что хочешь?

– Сейчас, сюда в подъезд зайдёт мужчина. Ты должна его напугать. Поняла?

– Как напугать? Насмерть?

– Что ты! – Закричал Тринадцатый. Просто, что бы он убежал домой.

– А, до дома ему бежать далеко?

– Далековато. Но, всё равно пусть бежит. Поняла?

– Конечно. Если хочешь, можешь посмотреть.

– Я рядом буду. Там с ним Ангел – Хранитель рядом идёт. Справишься?

– Конечно.

– Ну, будь готова. Я скажу, когда он войдёт.

Он вылетел из подъезда, и, сразу же натолкнулся на отца. Иван набирал код замка. Тринадцатый юркнул обратно в подъезд, и обомлел.

Около матери Лотты стоял Ангел – Хранитель. Коняшка жевал какую – то травку, а сам ангел храпел, свесив крылья. Тринадцатый не успел у старушки ни чего спросить: дверь открылась – в подъезд вошёл отец. И, тут началось.

– Наташенька, как я рад, что ты вышла меня встречать прямо сюда. – Залепетал отец.

Тринадцатый обернулся на старушку. Но, вместо старушки стояла совершенно голая молодая особа. Она была обольстительно хороша собой.

– Иди ко мне, мой желанный. Скорее, я вся горю. – Пропела особа, и протянула к Ивану руки.

– Сейчас. – Икнул в ответ отец, но не сделал ни шагу.

– Скорее, или я умру. – Снова позвала особа, и её руки начали вытягиваться, что бы дотянуться до «желанного» Ивана. – Я зацелую тебя, заласкаю моими сладкими губами.

На лице у особы появилось три ярко накрашенных рта. Руки к тому времени уже обхватили Ивана за горло.

– Правда, у меня очень жаркие объятия. – Заявила особа, и покрылась искрящим инеем.

– Да, я чувствую это. – Прошептал Ваня в ответ.

– Так, ему, так. Ещё сильнее. – Не удержался Тринадцатый, и подсказал старушке.

На секунду мать Лотты потеряла над собой контроль, и приняла вид дряхлой старухи.

– Не мешай. – Закричала она Тринадцатому. Собралась с духом, и вновь стало молодой девицей.

Её сильные руки полностью обвили Ивана, и притянули к себе.

– Смотри, какая у меня красивая грудь. – По всему животу, от шеи до пупка девичий стан был увешен «мужской, розовой мечтой» – женской грудью.

Как на огромном стенде выделялись сосцы. Любых размеров, и различных конфигураций. Девица страстно выпячивала их вперёд под нос Ивана. – Погладь её. – Приказала особа. Третья рука, появившаяся у девицы неизвестно откуда, взяла Ванину руку, и положила себе на грудь.

На лице отца появился неописуемый восторг. Вокруг него начали собираться гроздья Желания. Запахло серой. Тринадцатый схватил гроздь Желания, и начал ей отгонять другие гроздья. Желание запищало, но не улетало.

Тем временем Ваня обеими руками потянулся к манящей груди. Лишь только его руки коснулись сосцов – грудь исчезла. Между головой и розовой попкой образовалась пустота. От неожиданности отец икнул.

Особа мило улыбнулась, и повернулась боком. Перед глазами Ивана вырос огромный ряд женских ножек. Что это были за ножки! У девицы они росли «прямо от ушей».

– Погладь мои ножки. Они так соскучились по ласке. – Попросила девица.

И, Ваня погладил. Лишь стоило ему прикоснуться к ноге, как весь ряд так же исчез, как и грудь. От такого поворота дела отец заморгал. В полумраке подъезда от всей девицы осталась одна голова и живот. Не смотря на чёрный провал между ними, они сосуществовали вместе.

– Ну, что же ты меня не целуешь? – Липла она всё ближе к отцу. И все три рта тянулись за поцелуем.

Ваню начало поташнивать. Он постарался вырваться из объятий особы.

– Ты хочешь меня прямо здесь. Смотри, какой у меня животик. Моему животику позавидует лучшая королева красоты. Погладь его.

И, не дожидаясь действий со стороны Ивана, девица сама положила его руку на свой живот. Рука провалилась. Живот отпал, вместе с другими мягкими частями тела. Перед Ваней появился скелет, а на скелете прекрасная мордашка с тремя ртами.

– Нет!!! – Заорал Ваня, и начал яростно вырываться из объятий особы.

– Ты хочешь меня прямо здесь, да любимый? Давай я помогу снять тебе брюки.