Все, приступающие работать Господу в молитве, научитесь быть, подобно Ему, кроткими и смиренными и истинными сердцем; не имейте лукавства в душе, двоедушия, не будьте хладны; постарайтесь иметь Дух Его, ибо кто Духа Христова не иматъ, сей несть Егов (Рим. 8, 9), и — Господь подобного Себе и сродного ищет в нас — к чему могла бы привиться благодать Его. — Помните, что ни одно слово даром не пропадает в молитве, если от сердца говорится, и каждое слово Господь слышит, и каждое слово у Него на весах. Нам кажется иногда, будто наши слова только воздух бьют (Ср.: 1 Кор. 9, 26) напрасно и напрасно раздаются, как глас вопиющаго в пустыни (Мф. 3, 3): нет, нет.
Тише едешь, дальше будешь. Меньше ешь, дольше проживешь. Как так? — Вот как. Меньше дров, меньше пламя; и дольше печка не растрескается. Кроме того, машина выдерживает больший напор сил, когда больше дров в печи и больше паров, А при большой силе огня и паров может и котел лопнуть. — Может быть и остановка всей машины. — А тело наше — как машина, притом мягкая, нежная, удоборазрушимая. — Желудок — печь и вместе котел. — Клади много дров, увеличивай жар — ускоришь ход жизни всего тела, сообщишь ему излишнее количество крови, соков и чрез меру напряжешь его силу, а этим излишком отнимешь у него все те силы, которые, быв сбережены умеренностию, могли бы поддерживать его на будущее время. Помни, что в теле постоянное горение совершается. — Вот отчего постники всегда почти долголетни. Итак, не прельщайся насыщением чрева. — Святой Митрофаний Воронежский сказал: воздержно пий, мало яждь — здрав будеши.
Не обилие пищи старайся привлекать в себя, а обилие Духа: и будешь благонадежен, покоен и блажен! Ядущие тебя еще взалчут… Не множеством брашен плотских обременяй себя, а обилием брашна духовного, то есть Слова Божия и молитвы — питай сердце свое и ум свой, — да духовного созерцания и размышления.
Во славу Отца Небесного. Скоро слышит и избавляет нас от бед душевных Отец Небесный. Надо было садиться кушать. Я прочитал про себя «Отче наш», да усумнился: слышал ли меня Господь, и тесно так стало на сердце. Я снова повторил «Отче наш», но с усиленною верою; только все несовершенною верою досягнул до Отца Небесного: немножко полегче, впрочем, стало; наконец в третий раз прочитал и вспомнил, как Сын Божий Иисус Христос молился Отцу Своему Небесному, нам показуя пример, и как вскоре же Отец Небесный отвечал Ему на Его молитву (См.: Ин. 11, 41–42; 12, 28); вообразил, что Отец Небесный так же точно видит и слышит меня — и что же? Сейчас мне стало легко, легко, весь ужин было так легко. Слава Отцу Небесному. Так Он везде нас видит и слышит, Преблагий и Прещедрый: только с верою и надеждою воззови. — Возведох очи мои в горы, отнюдуже приидет помощь моя. Помощь моя от Господа, сотворшаго небо и землю (Пс. 120, 1–2).
Молящийся по готовым церковным молитвам да будет твердо убежден, что церковное слово совершенно чуждо мирского пустословия, преувеличения и лжи, а есть точный отпечаток истины и выражает действительные, настоятельные нужды нашего падшего естества.
Изображаем на себе часто крестное знамение 1) для того, чтобы постоянно помнить величайшее благодеяние нам Господа — искупление нас крестными страданиями и смертию от грехов и вечных мучений за грехи и 2) чтобы чудесною силою Животворящего Креста утверждаться все более и более в этой уверенности, что Господь Крестом и смертию вошел в вечную славу и о имени Его поклоняется всяко колено небесных и земных и преисподних (Ср.: Флп. 2, 10) и что, если и мы будем нести крест свой во время здешней жизни, то и мы войдем в вечную славу; ибо Крест — предтеча вышней и вечной славы; еще силою Креста, действующего в нас, мы убеждаемся до осязательности в той истине, что Господь всегда с нами, по обещанию Своему: се, Аз с вами есмь во вся дни до скончания века (Мф. 28, 20), — в нас и одесную нас, никакоже от нас отлучался, но пребывая неотступно [293]: потому мы и должны утверждаться этою силою Креста в надежде на Христа Иисуса во всех обстоятельствах нашей жизни.
Как достойно причащаться? С живым сознанием своего недостоинства, а главное, с твердою и несомненною верою, что в каждой частице Тела всецелый Христос, в каждом глотании Крови или в каждой частице Тела, какую можно вообразить, и в каждой частице Крови, какую можно представить — всецелый Христос —раздробляемый и между тем не разделяемый [294]. Потому сколько бы ты приемов ни сделал Тела и Крови, при каждом приеме и глотании говори внутренне: «Христос, Христос, Христос», хоть бы пятьдесят глотков сделал, говори каждый раз — «Христос», и говори непременно с полною уверенностию сердца. Скажешь: что за мелочные подробности? — Нет, не мелочные: может ли быть мелочным при таком высочайшем Таинстве всякий совет искренний, всякое слово, с опыта говоримое? А я говорю искренно, пред Богом, во Христе, и говорю с опыта, что это так быть должно, что такой веры Господь от нас хочет, что от такого образа сердечных чувств зависит достойное причащение, наше спокойствие и блаженство. Еще повторю: не лишние такие подробности при Причащении, при множестве невидимых козней врага в эти великие минуты, потому что враг всячески старается рассеять тогда наши мысли сердечные и помрачить сердечные очи. А потому надо всегда иметь в готовности оружие против него, которым бы можно было действовать с быстротою мысли, как он нападает с быстротою мысли, и во мгновение опровергать его, как он сыплет во мгновение помыслы сомнения. А это оружие веры во Христа, находящегося в каждой частице Тела и Крови, как находится душа в нашем теле — и есть самое действительное оружие: ибо действительно и существенно пребывает Господь в каждой частице Тела и в каждой частице Крови, — так, как душа в моем теле. Аминь. Аминь.
Но если ты, положим, сделаешь три глотка или десять с верою, а один — с усумнением, что в нем — Христос, то это одно усумнение повредит всему, и ты не обретешь в сердце мира или Христа, оскорбленного твоим диавольским сомнением; если пятьдесят глотков сделаешь с верою, а один — с усумнением — все потерял: ибо Христос един и прост, как просто движение мысли. — Преполовение. 17 мая 1861 года.
Успеху молитвы много способствует милостыня. Доказательство тому — Корнилий. (См.: Деян. 10, 4.) И деже еста два или трие собрани во имя Мое, ту есмь посреде их (Мф. 18, 20), то есть среди тела и души, или в сердце их. Стою при дверех… (Откр. 3, 20.) Как близок Господь к человеку! У сердца стоит. — Одесную мене есть, да не подвижуся… (Пс. 15,8.) Ты со мною ecu… (Пс. 22, 4.) Какое удобство для молитвы! — Отчего же на молитве иногда раздаются слова наши как в пустыне, яко глас вопиющаго в пустыни (Мф. 3, 3)? — Оттого, что мы по маловерию и сердечному расположению сами удаляемся от Господа. († )
Аще кто от вас лишен есть премудрости, то есть кто не имеет твердой веры, кротости, смирения, незлобия, любви нелицемерной, беспристрастия к земным вещам, — тот да просит от Бога, дающаго всем — нелицеприемне и не поношающаго, и дастся ему. Да просит же верою, ничтоже сумняся: сумняйся бо… да не мнит человек он, да приимет что от Бога… (Ср.: Иак. 1, 5–6, 7.)
Смирение, между прочим, состоит в том, чтобы терпеть незлобиво несправедливые обиды и не отверзать пред обидящими уст своих (Ср.: Ис. 53, 7; Деян. 8,32). Иисус же молчаше (Мф. 26,63). — Смирение — не искать поставить на своем.
Смирение — быть доброхотным и скоропослушным во всем начальнику и даже низшим себя.
† Господь всегда с нами. Только злое расположение сердца делает Его от нас далеким, ибо злоба всегда далека от Благости, хотя и злобных Он содержит в деснице Своей.
Яви яко присно силу Твою [295] говорим мы в молитве Владычице. — Видите, Пресвятая Богородица являет в христианах постоянно силу Свою.