— Спасибо, — сказал Кальдар.

Эмель сплел пальцы на манер благочестивого священника.

— Лагару это не сойдет с рук. Кейтлин ему не позволит. Дайте мне знать, если вам понадобится помощь. Официально я ничего не могу сделать — секта не хочет быть вовлеченной, но я все же могу потянуть за некоторые ниточки. И, хм, я сам не лишен некоторых скромных навыков.

Кальдар кивнул.

— Спасибо, Эмель.

Лицо Эмеля приняло скорбное выражение.

— Кстати, о потребностях. Я пришел повидать Серизу. Есть один деликатный вопрос, который я хотел бы обсудить с ней.

Ага, деликатный вопрос — рыба с ногами, которая напала на случайных мирных путешественников на болоте. Уильям было открыл рот. Бабушка Аза положила руку ему на локоть и покачала головой. Он крепко сжал рот.

Кальдар со всей серьезностью кивнул.

— Мне очень жаль, но она ушла. Но я сделаю все возможное, чтобы передать ей сообщение.

— Мне нужно поговорить с ней о некоем животном, принадлежащем секте… обычно я не поднимаю эту тему, но секта считает, что некоторая компенсация необходима.

— Потерял своего любимца, не так ли? — Бабушка Аза вышла из задумчивости.

Эмель побледнел.

— Ну что ты, бабуля Аза, я тебя не заметил…

— Так тебе и надо. — Глаза бабушки горели яростным огнем. Поток толпы вокруг них замедлился, поскольку зрители учуяли новое зрелище. — Когда она была маленькой девочкой, ты украл ее кукол, напихал в них мертвецов и заставил их плясать! Что это должен быть за человек, который посчитает, что маленькая девочка будет счастлива с вонючей куклой, полной личинок? О чем ты только думал?

Эмель поморщился.

— Я говорю, правильно, что она убила твоего угря. И вообще, что это за домашнее животное для уважаемого человека? Не мог завести себе собаку или кошку? Нет, этот болван завел себе лысую рыбу с ногами!

В толпе послышались отдельные смешки.

— Бабуля Аза… — начал было Эмель, но она оборвала его.

— Мне все равно, что ты некромант! Подходишь сюда такой важный, и не здороваешься со своей бабушкой. Ты слишком хорош для своей семьи, Эмель? Я знаю, что не воспитывала своих внуков в таком духе. Пожалуй, я поговорю с твоей матерью!

В мрачных глазах Эмеля мелькнула искорка страха.

— Мне пора, — тихо сказал он.

— Так будет лучше, — пробормотал Кальдар. — Я передам Серизе твое сообщение.

Эмель поклонился бабушке и повернулся к выходу среди гогочущей публики.

Бабушка Аза уперла крошечные кулачки в бока.

— И я не позволяла тебе уходить от меня, Эмель Мар! Я еще не закончила с тобой! Эмель!

Некромант подхватил свою мантию и бросился бежать, скрываясь за дверью. Бабушка Аза махнула рукой и ткнула Уильяма в плечо.

— Ты видел этого ребенка? Он может запросто потопить мою лодку! А каким от был милым дитем.

ЛАГАР вытащил лодку на берег, забросил поводья на кипарисовое колено и ступил на мокрую траву. Перед ним шелестело озеро папоротников.

— Пева?

Ответа не последовало. Он шагнул в заросли папоротников и увидел тропинку из сломанных стволов, ведущую от сосны. На корнях лежал небольшой мешочек, орехи и изюм были разбросаны по земле. Над мешочком из ствола сосны на него смотрела круглая черная опалина, похожая на ту, что оставляют сигнальные стрелы.

У Певы не было сигнальных болтов. Волосы на затылке Лагара встали дыбом.

Одним плавным движением он выхватил меч из ножен и осмотрел землю.

Два прокола, две дырки в земле, отмечали место у корня сосны. Кто-то стрелял в его брата и выжил, чтобы забрать сигнальные болты. Если только Пева не принял их за свои собственные.

Лагар подбежал к краю папоротниковых зарослей. На земле валялось несколько сломанных стеблей. Его взгляд зацепился за болт, торчащий из ствола кипариса. Древко было отмечено зеленым глифом. Болт Певы, но он был расположен слишком низко для цели. Кроме того, когда Пева целился, он всегда попадал. Значит он стрелял, чтобы отвлечь чье-то внимание от себя. Лагар присел на корточки, направив острие меча в сторону болта, и повернулся в другую сторону.

Большой кипарис загораживал обзор в двадцати футах от него. Он подбежал к кипарису, обошел вокруг раздутого ствола…

Пева лежал на спине. Синий оттенок бескровной кожи, жесткие черты лица, коричневое пятно крови на груди — все это обрушилось на Лагара одновременно и ударило его глубоко в живот, где сходились нервы. Он рухнул на колени.

Пошел дождь, заливая болото холодной водой. Она прилипла к волосам Певы, наполняя мертвые глаза фальшивыми слезами. Призрачная рука сжала горло Лагара до боли.

Лагар притянул брата к себе и крепко обнял.